Чтение онлайн

— Нет-нет, миледи, вам еще нельзя вставать.

— Но я прекрасно себя чувствую, — запротестовала я и, опустив ноги на пол, поднялась. Ноги затекли, руки и плечи были покрыты синяками, но в остальном все было в порядке.

— Кроличья нора оказалась не слишком глубокой, — сообщила я, подумала о Джоне и улыбнулась. Улыбнулась, несмотря ни на что.

Белинда тут же подлетела ко мне. Я подняла руку, чтобы ее отстранить:

— Нет, Белинда, не стоит беспокоиться. Мне нужна очень горячая ванна. Она сразу прогонит все хвори.

«И поможет избавиться от тебя», — подумала я, но тут же поморщилась от стыда. Бедняжка тревожится за меня. Но я никого не желала видеть.

Белинда медленно вышла из комнаты, то и дело оглядываясь.

Внезапно я кое-что вспомнила и принялась панически оглядываться. Господи, где мой пистолет?

Сунув руку под подушку, я нащупала оружие и с облегчением вздохнула. Кто положил его сюда? Будем надеяться, что Джон. Неужели он позволил Белинде или кому бы то ни было увидеть оружие? Или ухитрился пробраться в мою спальню и незаметно завладеть «дерринджером»?

При мысли о том, как он лез мне под юбку и дергал за подвязку, я снова упала на постель. И долго не шевелилась, сжимая пистолет, глядя в сторону окон, украшенных рядами дырок. Решетки для несчастной помешанной Кэролайн.

Но тут появилась Белинда с горячей водой — в количестве, достаточном, чтобы утопить меня.

Час спустя я покинула Синюю комнату в сопровождении кудахчущей, расстроенной, ломавшей руки Белинды. На мне было скромное старое серое платье, выцветшее от бесконечных стирок, в котором я исходила все болота. Поверх я накинула такой же древний бархатный плащ. На этот раз «дерринджер» не был прикреплен к моему бедру, а лежал в кармане плаща, чтобы я могла мгновенно выхватить его и выстрелить в любого, кто осмелится на меня напасть. Я докажу, что сумею себя защитить!

И хотя голова продолжала болеть, я была скорее сердита, чем измучена.

Брантли стоял у входной двери. При виде меня он застыл, как гипсовая статуя греческого бога, возвышавшаяся в укромном уголке перед гостиной.

— Иду на прогулку, — объявила я тоном холоднее ноябрьского ветра. — С вашей стороны, Брантли, будет весьма любезно, если не станете волноваться обо мне. Пусть нора была и огромной, но я уже вышла из пеленок. И отнюдь не трусиха. Со мной ничего не случится, если пройдусь до речки. Мне очень там нравится.

Я подождала, пока он откроет дверь, гадая, побежит ли дворецкий сразу к Лоренсу с докладом, что его идиотка жена потащилась куда-то на ночь глядя.

Пересекая широкий газон, я не переставала спрашивать себя, правильно ли поступила, приняв решение остаться здесь. Что ждет меня в этом доме?

Будущее казалось не слишком светлым. Я вздрогнула, но не от холода, хотя солнце уже заходило и небо было свинцово-серым. Я как-то не замечала раньше, что ветки деревьев уже голые, а красочные переливы осенних листьев поблекли. Зима наконец пришла в Йоркшир. Я очень хотела избавиться от остаточного действия опия, и безумный страх оказался лучшим лекарством от сонливости.

Направляясь к речке, я низко опустила голову, терзаемая мучительными мыслями. Я сказала Брантли, куда иду. Никто не посмеет устроить еще одно покушение. Кроме того, я способна рассуждать здраво, только если никто не хлопочет рядом, не донимает меня вопросами, доводя до белого каления. Так кому я могу доверять?

Джону. Иного выхода просто нет.

Я продолжала размышлять, пытаясь все разложить по полочкам, но ничего не получалось. Совсем ничего.

Возможно, Кэролайн хочет побеседовать со мной. Но я не понимала, каким образом духу удастся это сделать.

Зло все еще обитает в Черной комнате, все еще живет там. Выжидает. Чего именно?

Я добрела до берега, поплотнее закуталась в плащ и уселась под огромной ивой, глядя на узкую серую ленту воды. Поверхность совсем неподвижная, ни малейшей ряби. Не пойму, куда делись утки.

Только сейчас я поняла, что совсем забыла о Джордже. Его не было в Синей комнате! Оставалось надеяться, что мисс Крислок или Джудит позаботились о моем любимце. Если с ним что-то случится, не знаю, что сделаю! Будь у меня хоть немного больше сил, я вернулась бы за ним. Но сил почти не осталось.

Я почувствовала, как в спину впивается шершавая ивовая кора.

Постепенно мной овладевала истерика. Ничего не может случиться с Джорджем! Но если и случится, я собственными руками разнесу Девбридж-Мэнор до основания!

Не знаю, сколько я просидела так, прежде чем услышала его голос.

— Белинда остановила меня в коридоре и долго ныла, что вы сорвались с постели, едва не утонули в ванне и куда-то исчезли. Я спросил Брантли, видел ли он вас, и он поведал, что вы, еле живая, решили отправиться к реке.

Он безразлично пожал плечами, но я его знала. Готовится разгромить меня.

— Но я и не думала тонуть в ванне!

— Черт побери, Энди, вы обещали, что больше не останетесь одна! Да что с вами творится? Неужели вы лишились остатков разума? Нет, такова ваша натура, верно? Отвечайте же, черт возьми!

Он был прав, разумеется, если посмотреть на вещи с его, слишком рациональной точки зрения. Но я лишь покачала головой, ничего не ответила, чем обозлила его еще больше.

Он быстро подошел и встал передо мной, расставив ноги и упершись руками в бедра. Настоящий гигант. Но теперь я знала, что он совсем не опасен, хотя, очевидно, с удовольствием швырнул бы меня в реку.

И я улыбнулась этому человеку, который когда-то внушая мне такой страх.

— Со мной «дерринджер». — Я вынула руку из кармана и прицелилась в него. — Так что я в полной безопасности.

Джон выругался. Такого цветистого проклятия, соединявшего некоторые качества людей и животных, мне еще не приходилось слышать. Дедушка был бы в восторге и, возможно, похлопал бы Джона по плечу, а то и засек бы время, чтобы проверить, как долго тот может сыпать непристойностями.