Чтение онлайн

— Ты будто и не голодный совсем, — бросает Дима, уплетая свою порцию.

Знал бы он, как отчаянно сводит мой желудок. Прежний Леон любил покушать, и это рыхлое тело сейчас просто вопит, требуя калорий. Но я сжимаю зубы и сдерживаюсь. В какой-то момент к горлу все же подкатывает предательская тошнота. Я замираю, глубоко дышу и пережидаю спазм. Отпускает. Дальше я не рискую и просто мелкими глотками допиваю бульон. Вспышка перед глазами приносит неожиданную награду:

? [УСЛОВИЕ ВЫПОЛНЕНО: Вы подавили животные инстинкты плоти при экстремальном физическом истощении и стабилизировали пищеварение волевым контролем] Разблокирован пассивный навык: [Железный желудок]

Описание: Вы приобрели устойчивость к отторжению пищи в состоянии физического шока и способны безопасно усваивать простые нутриенты даже на пределе сил.

Так и живем. Чем упорнее я сопротивляюсь слабостям тела, тем щедрее Система отсыпает навыки. Интересно, этот аттракцион невиданной щедрости сохранится и дальше, или со временем «подарков» станет меньше? Доживу до второй стадии — узнаю. Хм. А доживу ли?

Нет, Леонид. Отставить упаднические настроения. Еще как доживешь! Правильный настрой — это половина победы. Я сам вдалбливал это ученикам на уроках истории, приводя в пример великих полководцев. Значит, пора и самому следовать своим же лекциям.

За столом стоит привычный гул голосов. Краем уха выхватываю обрывок разговора — Линария, тяжело вздохнув, делится с Ритарией:

— Из дома дошли сведения, что мой так называемый жених был «крайне расстроен» моим поступлением в Училище.

— Еще бы! Такой облом, — мстительно улыбается Ритария. — Теперь-то ему тебя ни за что не догнать.

Наверняка у обеих девочек припрятаны занятные истории, раз уж они променяли аристократическую жизнь на грязь и пот кузницы Гонцов. Обе благородных кровей, что для местных девчонок — явно редкость. Видно невооруженным глазом, что наши брюнетка с блондинкой — самые статные и утонченные. Порода, как говорится, лезет изо всех щелей, даже в пропотевшей форме.

— Малышня, чего рассиживаемся? — голос Симона, проходящего мимо рядов, бьет как хлыст. — Поднялись! За мной, у вас практика в поле.

Мы не просидели и двадцати минут. Желудок возмущенно сжимается, но спорить с Бегуном — себе дороже. Бросаем недоеденное, подрываемся с лавок и валим во двор. Там уже вовсю кучкуются другие классы, выстраиваясь за своими кураторами.

Симон выводит наш класс за крепостную стену и направляет по извилистой тропе прямиком в лес. Вскоре он срывается на бег. Группа тянется за ним, а мне в очередной раз приходится глотать пыль в хвосте. Пока моя норма — быстрый спортивный шаг.

Я догоняю остальных уже на лесной опушке. Там обнаруживается телега, доверху груженная пузатыми вещмешками с широкими лямками. Мастер Грон, усевшись на борту, как раз заканчивает инструктаж, так что я успеваю поймать лишь финал:

— … Надевайте и топайте по тропе. По прямой до самого Училища. Выполнять.

Пока все толкаются у повозки, разбирая амуницию, я легонько тычу Димона локтем в бок:

— Выжимку дашь? Что я пропустил?

— Э-э… Мастер сказал… как же там… — парень чешет затылок, мучительно подбирая слова.

— Марш-бросок по пересеченной местности с утяжелением, Лёня, — приходит на выручку Кира, закидывая мешок на плечо. — Надеваем груз и добираемся до Училища.

— Тебе еще повезло, что разрешили идти быстрым шагом, а не бежать, — Ритария оглядывает меня с сомнением. — Хотя, в твоем случае и это спорно.

— Боишься, что похудею и потеряю свое очарование? — я с улыбкой подмигиваю брюнетке.

Она вспыхивает, заливаясь румянцем:

— Да как ты вообще мог такое подумать!

Вздернув носик, Ритария спешно ретируется под защиту Линарии и принимается ей жарко жаловаться, то и дело тыкая в мою сторону пальцем. Стоящий рядом Тимур прыскает в кулак, едва не сгибаясь пополам.

— Ну ты за словом в карман не лезешь, Лёня!

— Иди за грузом, Тимургррин,— шикает на него Лина, и светловолосый послушно топает к телеге.

Я тоже пристраиваюсь в хвост очереди. Впереди маячит очередной локальный филиал ада. Но где наша не пропадала! У меня есть кое-какой опыт земных турпоходов. Кроме того, Система подкинет какую-нибудь подсказку, да и уже разблокированные навыки помогут не сдохнуть на первом же километре.

Когда доходит моя очередь, я не хватаю первый попавшийся мешок, а придирчиво осматриваю инвентарь. Все они под завязку набиты песком. Тут два вида мешков, и я целенаправленно выбираю тот, что сшит плотнее, а его лямки — более широкие и жесткие. Выбираю так, потому что узкие ремни под весом в пятнадцать килограммов моментально пережмут сосуды на плечах, и руки просто отнимутся.

Мастер Грон, сидящий на борту телеги, с явным любопытством наблюдает за моими манипуляциями.

— Это поможет в контроле маны, мастер? — спрашиваю я, закидывая тяжеленный куль на спину, чисто чтобы завязать разговор и подобраться к нужной мне теме.

— Любое усилие это делает, Новик, — отзывается Грон. — Наша задача, как мастеров — направить ваши усилия в русло Гонцов, чтобы вы развивались именно в этом направлении.

В целом понятно. Махал бы я сейчас молотом до кровавых мозолей, к примеру, — обретал бы навыки Кузнеца. А раз стираю ноги на лесных тропах, преодолевая препятствия — расту как Гонец.

— Тогда нам бы неплохо и верхом ездить. А еще лучше — приручать зверей, — как бы невзначай замечаю я, подгоняя ремни на груди.

— Ишь ты, какой прыткий! Сначала на своих двоих бегать научись, Новик Леон! — раскатисто смеется он.

Я лишь пожимаю плечами и, стараясь держать спину ровно под навалившейся тяжестью, отхожу с грузом. Ничего страшного. Первый камушек заброшен, почва прощупана. Потом попробую закинуть удочку еще раз, да и других мастеров стоит потеребить. Вода камень точит.

Наша группа выстраивается у начала маршрута вместе с остальными классами. Линария оборачивается, бросая на меня вопросительный взгляд; многие ребята тоже оглядываются. Мы понемногу становимся настоящей командой, учимся держаться вместе, и, как ни странно, я пока неплохо вписываюсь в этот коллектив.

Я ободряюще машу им рукой: мол, идите, не беспокойтесь, доберусь своим ходом. Линария коротко кивает, отдает команду, и наш отряд срывается с места. Возможно, первых на финише ждет поощрение, а последних — наказание, но уж извините. Для меня сейчас просто идти спортивным шагом — это уже подвиг. Я и сам далеко не пушинка, а тут еще пятнадцать килограммов пересыпающегося песка за спиной.