Чтение онлайн

употребления отдельных военных терминов. У Гомера очень мало микенских архаизмов и

очень мало ионийских неологизмов, но множество эолийских терминов.

Исследование Трюмпи содержит в себе много разных тонких наблюдений и

разграничений, касаться которых здесь было бы неуместно. Но основной результат этого

исследования не может не обращать на себя самого серьезного внимания. Оказывается,

что, хотя расцвет героической поэзии относится к ионийским временам, вся ее основа

является эолийской; а это, переводя на язык настоящей работы о Гомере, должно

свидетельствовать о примате строгого героизма у Гомера над героизмом позднейшим, т.

е. более свободным и менее дисциплинированным.

Очень важным термином, характерным для героической идеологии Гомера, является

aidos. Термин этот с трудом поддается переводу. Обычно его переводят как «стыд» или

«совесть». Но он, несомненно, имеет также и положительное значение в смысле «чувства

чести», «чувства долга», «сознания обязанности». Имеется довольно подробное

исследование фон Эрффа «Aidos и родственные понятия в их развитии от Гомера до

Демокрита».24)

Этот автор приходит к выводу, что понятие «айдос» характерно только для

аристократического образа мыслей у Гомера. Это и правильно и неправильно. Правильно

это в том смысле, что ведущей идеологией у Гомера является, несомненно, идеология

родовой знати. Но это неправильно потому, что автор в своем исследовании не учитывает

многочисленных наслоений в аристократической идеологии Гомера и прежде всего ее

несомненной тенденции к эмансипации. Верно у этого автора также и то, что понятие это

относится по преимуществу к военной области, хотя «айдос» употребляется также и,

например, в отношениях между детьми и родителями. Неплохо говорится у автора также и

о невозможности отождествлять гомеровский «айдос» с современным понятием совести,

которое имеет исключительно моральный или общественно-моральный смысл. В

основном [173] исследования этого автора достаточно убедительно обнаруживают, что

«айдос» – это одна из самых необходимых принадлежностей героической идеологии у

Гомера. В смысле раскрытия значения этого термина имеется интересный материал также

в старой работе – Aidos. Dissert, inaugur. Tradidit. R. Schultz. Rostock. 1910.

е) Неправильная теория героизма. В науке долгое время существовала, да имеет

хождение еще и сейчас совершенно неправильная теория о происхождении почитания

героев из культа мертвых. Конечно, нельзя отрицать того, что крупный герой после своей

смерти уже начинал оцениваться вне сопровождавших его, как и всякого человека,

мелочей жизни, что совершенные им подвиги после его смерти давали более

ощутительный результат, что им начинало гордиться большее число людей, что он иной

раз начинал мыслиться родоначальником целого рода, племени, города или страны. Данай

мыслился родоначальником Аргоса, Кадм – родоначальником всех фиванцев. Несомненно,

герой часто только начинал оказывать огромное влияние после своей смерти. Но все это

совершенно не значит, что почитание героев произошло из культа умерших или из культа

предков. Наоборот, сам культ предков появился в результате реальных подвигов тех или

иных исторических героев и из сознания их великой значимости на протяжении многих

поколений. В этом отношении крупнейший филолог Эрвин Роде, так глубоко развивший

классическую филологию в разных направлениях, жесточайшим образом ошибается,

выводя почитание героев из верования в души умерших.

ж) Позднейший героизм. В заключение необходимо сказать, что определение

эпического героя, как и все определения гомеровского стиля, нельзя понимать

неподвижно, в каком-то окаменевшем или оцепеневшем виде. Гомеровские поэмы, будучи

продуктом эпохи общинно-родового разложения, также и в отношении героизма рисуют

нам весьма пеструю картину. Это весьма поздний эпический героизм, уже содержащий в

себе черты субъективизма, неустойчивости, изнеженности, изысканности и весьма

капризной психологии. Даже о самом главном герое «Илиады» Ахилле нельзя сказать, что

он герой старого и строгого стиля, лишенный всякой внутренней пестроты и капризов.

Наоборот, в течение всей поэмы он только и знает, что капризничает, вредит из-за пустяков

своим же собственным соотечественникам, а в связи со смертью своего друга Патрокла

впадает в совершенное неистовство. Гектор лишен черт такой психологии. Но и он все

время проявляет некоторого рода неуравновешенность, поспешность в своих суждениях,

частое непонимание обстановки и наивность перед лицом грозной опасности. Более

отчетливое суждение по этому вопросу должно быть выработано в тех разделах науки о

Гомере, которые посвящаются характерам героев. Но и при самом общем взгляде, каждый

[174] внимательный читатель Гомера сам приведет массу примеров неустойчивости

героических характеров, их далекости от строгого героизма, бытовыми и отнюдь не