Глаз
Шрифт:
И мне кажется, что убийство монарха и свержение власти было одним из таких событий. Сколько бы не пытались предотвратить грядущее, вырезая целые семьи будущих заговорщиков, это всё равно произошло. Правда, случилось иначе. Позже. Страшнее.
Да, на уничтожение Ордена ничто не указывало — не возникало ни единого эпизода предвидения, связанного с этим…
Всё же есть силы, которые нельзя взять под контроль. Они подобны стихии и попытки остановить её сродни безумию. Это лишь привносит в хаос ещё больше беспорядка.
Мы всегда должны готовиться к ответу за последствия своих поступков. За каждый шаг. Вероятно, в этом и состоит главная мудрость предвидения. Но люди слишком привыкли использовать дар в качестве оружия.
Укорачивающиеся тени на песке свидетельствовали о том, что время близится к полудню. Это значило, что час тренировок, или скорее, час истязаний, подходил к своему завершению. Единственную пользу, которую я могла из этих занятий извлечь это отвлечение от траурных мыслей. Со смерти наставника Лаврия минул месяц, но я не могла не вспоминать.
В памяти представала одна картина за другой. И так бесконечно. По кругу.
Я знала — нужно жить дальше. Только вот не жилось…
Всё вокруг казалось пустым, чуждым и лишённым смысла, а внутри будто до сих пор тлели искры того погребального пламени, что разожгла я вложив частицу себя самой. Пламя горечи и гнева.
Физические нагрузки позволяли на время забыться, а ещё давали выход моей боли. Правда вместо боли душевной, приходила боль физическая — многочисленные синяки и ссадины — каждый противник не просто проверял меня на прочность, а рьяно пытался доказать своё превосходство. Им нравилось напоминать мне о том, что девушке не место в Ордене, и я не смогу быть с ними на равных.
Я терпела поражения, но относилась к этому с равнодушием. Не из желания показать силу духа. Просто я не могла подвести наставника.
Ведь ничего не изменилось. За одним исключением. Его больше не будет рядом и мне остаётся только помнить его уроки. И следовать им…
— Шальтиса Ясень, тебя вызывает верховный магистр. Будь добра поторопиться, — прозвучал над тренировочной площадкой чуть резковатый мужской голос.
Я удивлённо завертела головой, щурясь от яркого солнца, но успела заметить лишь спину удаляющегося в сторону главной анфилады, мужчины.
Надо же, меня почтил своим визитом сам личный секретарь магистра собственной персоной. Причём явился он, не дождавшись окончания занятий, а значит, дело было серьёзным.
— Слушаюсь! — бросила я ему вдогонку, не задавая лишних вопросов, и опрометью кинулась по направлению к нужному зданию. Если приказали поторопиться, значит, нет времени на переодевание.
В главном здании Ордена Видящих, где многие были облачены в традиционные мантии, в своей запылённой и прожженной местами одежде я чувствовала себя не совсем в своей тарелке. Но сцепив зубы и устремив взгляд только вперёд, я добралась до кабинета магистра. Дверь была слегка приоткрыта, но я всё равно постучала, жутко робей перед этой встречей.
— Заходи, Шальтиса, — послышался спокойный голос главы Ордена.
Я проскользнула внутрь, представ взору строгих глаз оттенка вечернего неба перед грозой и выдавив из себя положенное приветствие. И вроде не было ни единой возможности провиниться, но чувствовала я себя так, как будто совершила один из самых серьёзных проступков в своей жизни.
Смотреть в эти глаза было тяжело, а потому я сосредоточила внимание на его руках, где сверкал крупный золотой перстень — знак особого расположения монарха.
— Сегодня во дворце должен состояться небольшой праздник в честь приезда послов сразу двух государств. Мне нужно, чтобы ты присутствовала там, — проговорил мужчина, не сводя с меня пристального взгляда.
— Что я должна буду делать? — спросила я.
Собственное сердце ушло куда-то в пятки. Непонятно, что волновало меня больше — этот странный разговор и взгляд верховного магистра или перспектива участвовать на неком ответственном задании. Ещё никогда прежде я не удостаивалась таких поручений.
— Веди себя непринуждённо, развлекайся. Мой секретарь введёт тебя в курс дела, — просто сообщили мне, оставляя в глубоком недоумении.
Звучало слишком просто и в то же время подозрительно, но мне ничего не оставалось делать, как покорно принять это «задание». Слово верховного магистра Ордена не подлежит обсуждению. И какие бы чувства не душили меня в тот момент, я была обязана нацепить этим вечером дежурную улыбочку и направиться ко двору.
Именно это послужило началом моего знакомства с Эаном Актиром. С человеком, который сыграл в моей жизни пусть и эпизодическую, но немаловажную роль.
Вряд ли кто-то смог бы заменить мне наставника. Но Эан стал тем, кто действительно поддержал меня и благодаря ему я постепенно справилась со своей утратой.
А если задуматься, то именно знакомство с Эаном и спасло мне жизнь в тот злополучный день. Я спешила, чтобы сообщить ему о своём решении стать его женой.
Знал ли великий магистр о том, что всё случится именно так, а не иначе?
Разобравшись с вопросом о демоне, мы пробыли у Магдаль совсем недолго. Необходимо было возвращаться к своим повседневным обязанностям, да и оставлять надолго Храм на фоне последних событий не хотелось. Но, как оказалось, даже за это короткое время, успело случиться нечто, чего уже никто из нас не ожидал.
Первым среагировал Клён, рванувшийся на лестницу и опередивший нас с Ивой. В доме царил переполох, сопровождаемый плачем Ирис. Можно было решить, что на нас снова кто-то напал, но всё обстояло гораздо хуже…
— Госпожа, простите, это я виновата, не уследила за ней! — женщина с причитаниями бросилась ко мне навстречу.
— За кем? Что случилось?
— Майя пропала, — сообщила Ива вместо гувернантки. Девушка только что заглянула на кухню, где завтракали остальные дети.
Вспомнив о словах демона, я внутренне похолодела. Неужели магу всё-таки удалось достичь своей цели и похитить обладающего даром.