Чтение онлайн

— Это помогло освежить вашу память? — спрашивает Палакон.

— Ни фига себе, это еще до татуировки! — говорю я со вздохом, потому что перед тем, как закрыть папку, я успел заметить мой бицепс, лежащий на шее у Майкла. — Господи боже, это наверняка было еще в том году, когда все как один носили Levi's с рваными коленками!

— Вполне, гмм, возможно, — говорит несколько смущенно Палакон.

— Это не та девушка, что записала меня в движение «Феминистки за права животных»? — спрашиваю я. — Ну, ФПЖ?

— Гмм… эээ… — мычит Палакон, листая папку. — Она… эээ… участвовала в движении за легализацию марихуаны. Это вам поможет?

— Не вполне, зайка. — Я вновь открываю папку. — Это не та девушка, с которой я познакомился на сорокалетии Спироса Ниархоса?

— Нет.

— А ты откуда знаешь?

— Мы… я знаю, что вы не встречали Джейми Филдс на сорокалетии Спироса Ниархоса. — Палакон закрывает глаза и трет переносицу. — Сосредоточьтесь, мистер Вард.

Я молча смотрю на него и решаю зайти с другого боку. Я наклоняюсь к Палакону, а он, в свою очередь, наклоняется с надеждой ко мне.

— Я хочу техно, техно, техно, — скандирую я, внезапно заметив наполовину съеденный салат из цыпленка по-восточному на тарелке с лицом Анны Винтур, стоящий на краю стола.

— Я… не заказывал этого, — удивленно говорит Палакон, а затем, глядя на тарелку, спрашивает: — Кто это?

— Это Анна Винтур.

— Нет, — говорит он, вытягивая шею. — Это не она.

Я отодвигаю в сторону рисовую лапшу и крошечный кусочек мандарина, чтобы рассмотреть целиком все лицо sans темных очков.

— Ах да, вы правы.

— Модное местечко, — зеваю я.

Официантка проходит мимо. Я свистом подзываю ее.

— Эй, солнышко, принеси-ка мне пиво.

Она кивает и уходит. Я смотрю ей вслед, и в моей голове только два слова — «Ничего себе».

— Разве у вас нет показа в шесть? — спрашивает Палакон.

— Я — модель. У меня капризы. Но капризы — это круто. А я крут. — Внезапно до меня кое-что доходит. — Постой-ка, это что, допрос? Боже, да я уже давно не нюхаю, наверное, неделю, а то и несколько.

— Мистер Вард, — говорит Палакон, и видно, что его терпение вот-вот лопнет. — Предположительно, у вас с этой девушкой был роман.

— У меня был роман с Эшли Филдс?

— Ее имя Джейми Филдс, и у вас действительно был с ней роман.

— Слушай, чувак, мне все это по барабану, — заявляю я. — Я думал, ты диджей.

— Джейми Филдс пропала три недели назад в Лондоне во время съемок независимого кинофильма. Последний раз ее видели в магазине Armani на Слоун-стрит и в кинотеатре «L'Odeon» на Риджент-стрит, — вздыхает Палакон, листая папку. — С тех пор как она ушла со съемочной площадки, никто о ней больше ничего не слышал.

— Может, ей не понравился сценарий? — пожимаю я плечами. — Может, ей показалось, что ее героиня недостаточно часто присутствует в кадре? Такое случается сплошь и рядом, чувак.

— А вы, — Палакон растерянно заглядывает в папку, — откуда знаете?

— Продолжай, о крутейший, — роняю я небрежно.

— Некоторым лицам очень бы хотелось, чтобы ее удалось разыскать, — говорит Палакон. — Эти лица хотели бы, чтобы ее доставили обратно в Америку.

— Я полагаю, что речь идет об ее агенте и коллегах?

В ту же секунду, когда я произношу эти слова, Палакон немедленно расслабляется, словно только сейчас до него что-то дошло, после чего его лицо, впервые с момента нашей встречи, расплывается в широкой улыбке, и он говорит:

— Да, конечно. Речь идет именно о них.

— Зашибись.

— Есть неподтвержденные данные, что ее видели в Бристоле, но это было десять дней назад, — говорит Палакон. — Точнее об ее местонахождении мы ничего не знаем.

— Зайка? — Я вновь наклоняюсь к Палакону.

— Да? — Он тоже наклоняется ко мне.

— Сразу было непросто понять, о чем тут речь, — спокойно сообщаю я.

— Ясно.

— Итак, она МПА?

— Простите?

— Модель, подавшаяся в актрисы.

— Очевидно, так.

Бесконечная череда моделей скользит плавной походкой по подиуму, на гигантском экране, расположенном за Триумфальной аркой. Пару раз мелькает даже Хлое.

— Ты видел меня на обложке журнала «Youth Quake»? — спрашиваю я настороженно.

— Эээ… да, — почему-то создается такое ощущение, что Палакону нелегко было признаться в этом.

— Зашибись. — Я выдерживаю паузу. — Не дашь взаймы пару сотен долларов?

— Нет.

— Тоже зашибись.

— Это было лишнее, — бормочет он себе под нос. — Совершенно лишнее.

— Что ты хочешь этим сказать? Что я тупица? Что я засранец? Что у меня не все дома?

— Нет, мистер Вард, — вздыхает Палакон. — Это не означает ничего из вышеперечисленного.

— Послушайте, вы выбрали не того парня, — говорю я, вставая. — Я в эти игры не играю. Я вас умоляю.

Палакон смотрит на меня как-то сонно и безо всякого выражения говорит:

— Если вы найдете ее, мы дадим вам триста тысяч долларов.

Без колебаний я немедленно сажусь обратно на место.

— Плюс возмещение дорожных расходов, — добавляет он.

— А почему… именно я, чувак? — спрашиваю я.

— Потому что она вас любила, мистер Вард, — так громко, что я даже пугаюсь, заявляет Палакон. — По крайней мере такой вывод можно сделать из ее дневника за 1986 год.

— А где… вы его нашли?

— Его показали нам ее родители.

— О Боже, — цежу я, — что же они ко мне-то не заявились? Ты что, у них на побегушках? Чувак, да это было в прошлом десятилетии!