Фобос
Шрифт:
— Ты правильные баллоны выбирай, — посоветовал Кротов.
— Это как?
— Если на упаковке отсутствует предупреждающая надпись, или рисунок павшего Роджера — это полпути к успеху. Далее: если среди буржуйских каракулей нет знакомых букв и даже намёка, на то, что пробовать нельзя — тоже неплохо. Но если всё написано в латинице, а снизу, по-русски, гордо реет надпись «Без ацетона» — то это прямое приглашение к дегустации. Сам видел.
— Так что же остановило? — осведомился Гоблин, очнувшийся от раздумий в своём углу.
— Цена, — улыбнулся замкомвзвода. — В магазине водка дешевле.
В помещение завалилась «тяжёлая артиллерия», в двух лицах: Виктор Бубнов, который тащил на плече зачехлённый пулемёт и Билл Рид, по кличке Базука, обутый в такие нелепые резиновые сапоги, 47-го размера, что все замерли в застывших, от удивления, позах. К тому же, на одном сапоге имелась яркая оранжевая заплата от камеры
баскетбольного мяча, весьма внушительных размеров. Бубен прошёл в угол, чтобы спокойно поковыряться с боевой техникой, а Рид встал посередине помещения, готовясь отражать атаки изумлённой братии:
— Ну, чего уставились?! Сапог, что ли, не видели?
Крот, справившись с первоначальным волнением, почесав в затылке, спросил:
— Ты, где такие черевички отхватил?
— Мои боты, большого размера и с широкими голенищами, не в пример лучше, чем твои ботинки, зашнурованные до колен.
— Почему? — искренне удивился Вася.
— Потому что, когда по морде дадут, из них легче выпрыгивать, а твоя шнуровка, пока лопнет…
— Где связь?
— Эх ты, темнота! Связь прямая, так как обувь — то же вес имеет. Почему таракан, падая с высоты, не разбивается? Потому что лёгкий.
— А мячик, зачем испортил? — наивно спросила Кузнецова.
— А ты что, в футбол хотела поиграть? — переспросил её Билл. — Из носков отличные мячики получаются, когда их, с десяток штук, в клубок свернёшь. К тому же, ароматизированные. А может ты завидуешь, а Люськ? Тогда хочешь, я тебе эти калоши отдам. Мясники вы, а не воины, потому что не умеете увидеть прекрасного.
— Что же в них такого прекрасного? — скептически заметил Боб, отрываясь от закуски.
— В них — ничего! — ответил Рид. — Замечательная ситуация, заключается в том, что этот раритет мне не принадлежит. Они в углу валялись, а я спросонья не разобрал, что к чему.
— Такими мячиками, из носков, хорошо реакцию тренировать, — поделился своими мыслями Жан Рошфор, по прозвищу Мотылёк, а по совместительству механик-водитель всего, что движется, до этого времени, не вступавший в полемику. — Не увернёшься — получишь «ароматом» в нос.
— Тебе, к таким ботфортам, не хватает белого фрака и слегка дымчатого галстука, — подал идею Таран, не расстающийся со стаканом и грезящий банкетом.
— К фраку, больше кеды подходят! — огрызнулся Базука. — Вот блин — сам видел!
Когда смех утих, подал голос, возмущённый владелец тяжёлого пулемёта поддержки:
— Кто к шестистволке, оптический прицел пришпандорил?! Крот — твоя работа?
— Да ты что, Бубен — это же последний писк моды: к нескольким
десяткам килограмм, добавить ещё парочку. И то сказать: на Фобосе, ты будешь, почти в невесомости, да и на Марсе, не слишком обременишься. Слушай, а по-моему, оптика, будет не смешной штукой.
— Эту бы энергию, да в мирных целях, — сделал вывод Витёк и призадумался, над открывающейся перспективой, — слушайте, братцы, а меня с планеты не сдует, после первой же, выпущенной, очереди?
— Пользоваться огнестрелом будем, только в закрытых помещениях, прижавшись спиной к стенкам и прочему, но это шутка, — вмешался командир и добавил. — Добро пожаловать из земного спецназа в космическую пехоту. Инопланетных битв ещё не было, поэтому вы не знаете, что боевой скафандр оснащён автоматически настраиваемым компенсатором отдачи, расположенного на спине и функционирующего от дополнительного баллона со сжатым воздухом. Только после внесения данных об оружии, общем весе и искусственно настроенной гравитации, происходит синхронизация между устройством и пулемётом.
— Ну, и на хрена всё это, — удивился Гоблин, — раз нет войн? Зачем космофлот, коль воевать не с кем?
— Будет, скорее всего, — мрачно успокоил его командир. — И война, и войны — только не с инопланетными агрессорами, а между собой. Неизвестно ещё, что бы было, привези грузовик это таинственное вещество. Может и наша интернациональная команда, уже бы не существовала, впрочем, как и все другие.
— Так что же, всё-таки, мы летим искать, — взялся уточнить ситуацию Крот, — пропавший эксклюзив? Или…
— Да ничего мы там не найдём, — равнодушно заметил Шелтон. — Корпорация имеет дело, с какими-то иллюзиями. Руководство и иже с ними, конечно, будет надеяться на то, что вернёт себе утраченное богатство, но наша, с вами, задача — искать пропавших коллег, вместе с комиссией. И боюсь — придётся нарушать прямые приказы начальства. И надеюсь, что в тайне…
В секретных подвалах компании «Марс Корпорэйшн», шла процедура вскрытия сейфа. Каждый, из трёх ведущих руководителей корпорации чихнул, икнул, показал язык и приложил палец к идентификационному устройству. Видеорегистратор отметил у Огурцова подозрительное покраснение глаз, включая радужную оболочку, а газовый анализатор зарегистрировал у подопытного нестандартный выхлоп изо рта. Кое-как, справившись с препонами, для чего понадобилось проделать дополнительные манипуляции, включающие в себя, разве что, не раздвигание ягодиц перед беспристрастным электронным глазом, сканирующего спектральный анализ, реле замка щелкнуло и дверь медленно открылась.
Представшая перед руководством картина вызвала шок, ввергший всех в длительный ступор. Наступила продолжительная пауза, сопровождающая немую сцену, во время которой все молча взирали на содержимое ячейки. Образец бесподобного вещества «Х», так тайно взлелеянного и хранимого, куда-то, безвозвратно испарился, а вместо него, сейф был набит, всё тем же бурым углём, который привёз грузовой бот «Фобос».
Манфред Гаусс с посеревшим лицом и впавшими глазами, обречённо зачитал заключение экспертной комиссии: