Фигляр
Шрифт:
Хан Со-ён (вполголоса, без обвинения):
— Зачем ты всё время её задираешь?
Ми-ран, идущая чуть впереди, делает вид, что не услышала. Но на самом деле просто думает. Затем, едва заметно пожав плечами, отвечает почти равнодушно:
Ли Ми-ран (с усмешкой):
— Теперь? Уже по привычке.
(короткая пауза)
— А изначально… даже не помню, если честно.
Квон Джэ-хён (со своей фирменной рассудительностью):
— Вредная привычка. Даже пагубная — если учесть, из какой она семьи.
Ми-ран молчит. Возразить нечего. Сун-ми действительно из влиятельной семьи чеболей.
Хан Со-ён (после короткой тишины, чуть насмешливо):
— А ты правда хочешь видеть нас всех у себя на дне рождения? Или это всё, чтобы подловить Ми-я?
(пауза)
— Могу привести в качестве оппы Чжи-хуна. Думаю, он не откажется. Особенно если узнает, что там будет Сун-ми.
Ми-ран останавливается на секунду, бросает на девушку быстрый, внимательный взгляд:
Ли Ми-ран (заинтересованно):
— Ты серьёзно приведёшь его?
Хан Со-ён (невозмутимо):
— Увидишь. Когда он узнает, что там будет она — обязательно придёт.
Джэ-хён сдержанно усмехается и качает головой.
Квон Джэ-хён (укоризненно, но беззлобно):
— Когда-нибудь твои манипуляции людьми плохо для тебя закончатся, Ми-ран-а.
Ли Ми-ран (беспечно, как будто речь идёт не о ней):
— Ну и что. Я справлюсь.
Она делает грациозное движение плечами, как будто стряхивает с себя нечто надоедливое.
Квон Джэ-хён:
— А если Сун-ми возьмёт и устроит скандал на твоём дне рождения?
Ли Ми-ран (на ходу, с уверенностью):
— Не устроит. Она слишком хорошо воспитана для таких сцен.
Квон Джэ-хён (с усмешкой):
— Ну а вдруг устроит… чтобы отплатить тебе за всё той же монетой?
Ми-ран сбивается с шага, на мгновение теряет ритм. Её взгляд устремляется в сторону Джэ-хёна — сначала с недоумением, потом с лёгкой тревогой.
Ли Ми-ран (медленно, будто сверяя с собой):
— Она? Сун-ми всегда спускала мои колкости. Всегда.
Квон Джэ-хён (с сомнением):
— Всегда, это до вчерашнего дня? А потом взяла и поставила миллион вон против. Это уже не детские игры, Ми-ран. Ты думала, как будешь отдавать проигрыш? Родители точно увидят такой перевод с карты.
Ли Ми-ран (не понимая):
— Почему ты считаешь, что я проиграю?
Квон Джэ-хён (с издёвкой):
— Ну а кто нам обещал, что будут журналисты, репортёры и в своём знаменитом бьюти-блоге сбирался осветить событие во всех деталях?
Ми-ран кажется ещё не понимает к чему ведёт Джэ-хён.
Хан Со-ён (догадавшись):
— Точно! Тогда Ин-хо наверняка продержится ещё неделю в топах.
Квон Джэ-хён (сочувственно):
— Вот именно. Ты сама, своей вознёй, обеспечиваешь себе проигрыш Ми-ран. Стоит задуматься.
Он говорит это спокойно, взгляд серьёзный, изучающий. Ми-ран слегка прикусывает губу, глаза на секунду теряют фокус. Взгляд скачет между друзьями — в поисках поддержки или опровержения? Со-ён не вмешивается, по её лицу видно, что мысли унеслись далеко.
Ли Ми-ран (с сожалением, будто подводит итог):
— Похоже, нашим детским играм приходит конец.
Ми-ран поднимает взгляд. Улыбки больше нет. Что-то в ней изменилось. А Со-ён, всё ещё задумчиво глядя вдаль, просто кивает, словно подтверждая услышанное.
СЕУЛ. ОФИС КОМПАНИИ DAEWON GROUP. ДЕНЬ
Рабочее место Чон Со-мин — строгий, минималистичный интерьер с панорамными окнами, через которые льётся солнечный свет. Большой стол с двумя мониторами, стакан с кофе и телефон. Со-мин, одетая в безупречный деловой костюм, стоит у окна, держа телефон у уха. Её лицо напряжено, пальцы нервно постукивают по подоконнику.
РАЗГОВОР ПО ТЕЛЕФОНУ:
Пак Чон-хо (голос, с ноткой авторитарности):
— Со-мин-сси, я хочу, чтобы вы лично проконтролировали визит Ин-хо в дом моей семьи. Его нужно привести сегодня.
Со-мин выпрямляется, её пальцы замирают, голос сдержанный, но с лёгкой тревогой.
Чон Со-мин (сдержанно):
— Поняла, Чон-хо-ним. Но я не могу связаться с ним. Он не отвечает на мои звонки.
Пак Чон-хо (голос, после паузы, резче):
— Тогда найдите способ. Используйте любые ресурсы. Не позволяйте ему игнорировать, как в прошлый раз. Вы поняли? Никаких хостелов, гостиниц и кампусов. Он сегодня должен переговорить с моим отцом.
Со-мин делает глубокий вдох, её плечи напрягаются, голос обречённый, но твёрдый.
Чон Со-мин (спокойно):
— Хорошо саджанним. Я вё сделаю.
Гудки. Со-мин опускает телефон, её взгляд становится решительным. Она возвращается к столу, роняет ручку, та катится к краю, задевая кофейный стакан. Чон Со-мин прокручивает контакты, останавливается на "Канг Ин-хо". Нажимает вызов. Длинные гудки, затем автоответчик: "Оставьте сообщение…" Чон Со-мин закатывает глаза, пробует снова гудки, без ответа. Она бросает телефон на стол.
За дверью офиса — приглушённые шаги, звон лифта. Чон Со-мин вздыхает, проводит рукой по волосам, расправляя пучок. Она снова берёт телефон, прокручивает контакты, останавливается на "Ким Хе-вон". Нажимает вызов. После нескольких гудков отвечает игривый, но слегка раздражённый голос.
Ким Хе-вон (голос, с капризом):
— Алло?
Чон Со-мин садится на край стола, голос прямолинейный.
Чон Со-мин (твёрдо):
— Хе-вон-а, ты сегодня говорила с Ин-хо?
Ким Хе-вон (голос, жалобно):