FIDES
Шрифт:
– Верю, – ответила Нина, не зная, что добавить к его откровению. Спрашивать разные глупости и обсуждать заседание было выше её сил, упомянуть о «семейном положении» не хватало духа, да и руки ещё дрожали. Разумеется, Снейп сказал так, чтобы спасти её, наивную и самонадеянную девицу, от прямого рейса в Азкабан. Но, с другой стороны, об их романе уже говорила вся Школа, кто-то удивлялся, что у мрачного слизеринца есть и личная жизнь, кто-то рассуждал, где причина, а где следствие: появление Нины в Школе обязано её отношениям с профессором, или наоборот.
Нина не знала, как на это реагировать, потому что её устраивал любой расклад, лишь бы рядом с Ним, но… как-то глупо всё получалось изначально, и по её вине: сначала ему навязали помощницу, потом навязали её поселение в его покоях (это спорно, конечно, потому что случилось само по себе), после навязали даже «роман». А теперь дошло до того, что он должен звать её невестой при всём официальном сброде.
Примерно так рассуждала девушка не без грусти, поэтому робко молчала.
Северус ушёл в душ, и вернулся в своей домашней одежде, которая так удивила Нину с утра.
– Мы никуда не пойдём больше? Ну, в смысле на ужин.
– Я сыт по горло всяким бредом, – ответил Снейп, – а бутербродов я и здесь поем.
Само собой, Школа уже смакует новые подробности, или обсуждает произошедшее в суде, – в болтливости малолетних гриффиндорцев не стоило усомняться, да и директор запросто мог поведать всё коллегам. А слухи в Хогвартсе распространялись со скоростью света.
По виду профессора было понятно, что он не пойдёт даже в лабораторию, и мысли девушки подтвердило то, что он улёгся на кровати с учебником по ЗОТИ и карандашом.
Нина, поразмыслив, отправилась тоже в душ взбодриться, хотя собиралась ещё погулять.
В ванной она с радостным удивлением отметила, что ни диадемы, ни меча там нет, – «гостей» можно было не бояться, Снейп спрятал «посторонние предметы». Очнулась от забытья она, когда сверху полилась ледяная вода: Нина машинально нажала рычаг, не меняя его положения. Бррр. Неудивительно, что у Снейпа вечно руки холодные…
Северус уже отбросил учебник в сторону, и лежал, устремив взгляд в потолок.
– Так непривычно видеть «грозу подземелий» валяющимся на диване, – по-доброму усмехнулась девушка, и он сел, сохраняя задумчивый вид.
Нина ничего не спрашивала, а он, очевидно, как раз пытался мысленно ответить на её вопросы.
– Северус… – лаборантка понимала, что он хочет поговорить, – ты очень достойно выступил в суде… Если честно, мне было жутковато во всём этом бестолковом официозе…
– Что, перспектива стать миссис Снейп испугала не меньше Азкабана? – перебил профессор, с усилием пытаясь пошутить.
– Сев… Прости, что так вышло, тебе… не нужно было… теперь только и расспросов будет… Но спасибо, что не оставил меня в министерстве, – она прислонилась к его плечу.
– Ты сомневалась, что могу оставить? – внимательно спросил он.
– Нет, но было страшно, что мы отправимся в крепость вдвоем уже не по приказу директора.
– А ты… вот этого добивалась? Блэк в бегах, Петтигрю съеден…
– Ну… в целом вышло неплохо, разве нет? Блэка не будут преследовать.
Снейп напряжённо молчал.
– Расслабься, Сев, – Нина провела пальцами по его спине. – Суд уже позади, Поттер будет под присмотром крёстного, и даже с уроками будет легче: Дамблдор устраивает Люпина…
– Я буду очень счастлив его видеть, – насмешливо сказал Снейп.
– Вы же помиритесь… – Нина понимала, что дело ещё и в должности, которую Снейп ждёт лет десять. – Или попробуем уговорить Дамби, чтобы Слизнорта позвал, а ты будешь ЗОТИ вести…
– А мой лаборант что будет делать? – изучающее посмотрел на неё Снейп. – Гораций не очень-то уделяет внимание практике, поэтому никогда не нуждался в помощниках. Даже помню, называл их лабораторными мышами, когда они выискивались.
– Значит, мне придётся быть лабораторной мышью… Летучей… – грустно вздохнула девушка, – «опять загвоздка во мне».
– Готовься к завтрашним урокам, не надо нам лишних зельеваров, – приобнял её Северус.
Нина чувствовала, что он до сих пор «под током», хотя и без «маски», и прижалась к нему посильнее, но он ещё больше напрягся.
– Давай сделаю массаж? Тебе надо расслабиться и отдохнуть, – Нина поцеловала его в щёку и расстегнула рубашку, – ложись.
– Ну, ложись! – она просто сняла его рубашку в ответ на его настороженный взгляд..
В её движениях не было привычного стеснения, и мужчина покорно упал на одеяло. Стеснялась Нина только своей непрофессиональности, – навыки массажиста она тренировала на подруге Кате, которая, будучи психологом, всё время намекала, что она не лучший объект для утоления тактильного голода. Но не сопротивлялась.
А сейчас объект был более чем подходящий, и отсутствие практики легко скрывалось за уверенными и плавными движениями.
– У тебя синяки на полспины! – возмутилась девушка.
– Твоим экспеллиармусом можно было горного тролля завалить, – проворчал он в подушку.
– Это комплимент? – она заметила, как в ответ приподнялись уголки его губ, и сходила в кабинет за мазью.
Уже через несколько минут профессор тихо мурлыкал что-то себе под нос, и в итоге почти уснул.
– Я пойду погуляю, Сев, – шепнула ему в ухо Нина и, погладив по спине, накрыла пледом.
Девушке надо было прийти в чувство после такого трудного и нервного дня, и она отправилась на улицу, стараясь не попасться на глаза идущим на ужин студентам. Ей встретился только Дамблдор.