Чтение онлайн

– Благословения Басту, учитель!
– Поприветствовала я Риваллу.

Он улыбнулся, отчего его его глаза стали хитро-ласковыми.

– Ясного неба! Присядь, детка!
– Поманил он меня рукой.
– Ты что-то хотела?
– Спросил он, когда я придвинула стул к столу и приземлилась на него.

– Да, у моей служанки мама очень плоха. Давняя обсидиановая рана. Можно ей помочь?

– Обсидиановая, говоришь?
– Риваллу взялся теребить кончик своей чахлой косы.
– Я думал, мы знаем обо всех случаях, ан нет... Мы не научились лечить их. Можем только поддерживать пострадавшего. Но Иварри в последние годы работал над этой проблемой. Если тебе срочно нужен ответ, найди Ригги, он недавно заходил сюда, и узнай. Он точно в курсе всех успехов и неудач Иварри. Да, Ирри, не задерживайся, после обеда у нас очень важное дело.

Ригги я встретила в коридоре, он направлялся к Повелителю.

– Риггионель, можно отвлечь Вас на минутку?
– Вежливо спросила я его, не забыв присесть в небольшом реверансе.

– Можно, только быстро!- Согласился Ригги.

– Иварри работал над проблемой излечения обсидиановых ран?

Ригги нахмурился.

– Я сейчас к кузену, а потом зайду к тебе, и мы поговорим, хорошо?

Мне не оставалось ничего иного, как кивнуть.

Через час мы подходили к небольшому домику. Зря Мияна стеснялась, он выглядел небогато, но аккуратно, увитый зелёным покрывалом растений с крупными ароматными цветами в виде лилий. Я такое первый раз встретила, но пахли они изумительно, чем-то медовым, похожим на акацию. Я бы стояла и наслаждалась здесь этой волшебной атмосферой, но Мияна пригласила нас в дом. Тимиозо же остался снаружи любоваться этим живописным покрывалом. Уже внутри к нам выбежали молоденькая девушка и мальчик с меня ростом, такие же конопатые, как и раньше моя служанка. Мияна обняла обоих, шепнула сестре несколько слов и повела в дальнюю от входа комнату, которая была оставлена чуть богаче. На кровати лежала бледная измождённая женщина, эльфийка, похожая на Мияну и с такими же рябинками, от которых так рьяно избавилась её дочь. Её платиновые волосы разметались по подушке, высокий кружевной воротник скрывал шею. Больная не спала. Она с удивлением смотрела на похорошевшую дочь, меня и Ригги.

– Мамочка!
– Бросилась Мияна к матери, которая попыталась приподняться, но это усилие, видимо, вызвало сильную боль, потому что она охнула и обессилено опустилась обратно. На её лице выступила испарина.

– Позвольте Вам представиться, госпожа!
– Решительно шагнул вперёд Ригги.

Я удивилась, у него был такой серьёзный тон, которого я раньше не наблюдала.

– Я - Риггионель ди Каавэир, со мной рядом Иррьен ди Каавэир Кариоло'о, я думаю, Вы уже слышали о ней.
–

После его слов женщина едва заметно кивнула.

– Мы только что узнали о Вашей болезни. Зря вы не обратились к магу, потому что обсидиановые раны они обязаны лечить за счёт казны - это распоряжение Повелителя.
– Продолжил Ригги.
– Но я не об этом, в любом случае я сейчас Вас подпитаю, а затем мы дополнительно попробуем ещё один способ. Позвольте я вас осмотрю.

Мияна тотчас же наклонилась к матери и отбросила лёгкое покрывало, начала расстёгивать пуговки на лифе и освобождать шею матери. Нам открылась ужасная картина: слева, где бьётся жилка, чернела старая рана. Выглядела она безобразно, да и запах был ужасный, похожий на сырую и затхлую плесень. Вся шея до груди была покрыта чёрной сеточкой, похоже, сосуды и капилляры умирали. Мияна, зажав рот рукой, смотрела на мать расширившимися глазами, полными слёз. Я оглянулась, вторая дочь, подсматривающая из-за двери, точно так же отреагировала.

Ригги, наоборот встрепенулся и просил нас отойти. Он взял небольшой кристалл, размером с фундук и положил больной в центр груди. Сначала ничего не происходило, потом камешек едва заметно засветился голубоватым светом. Ничего заметного не происходило, но Ригги ждал.

Мияна с такой надеждой смотрела на кристалл, что я подумала, как она могла столько времени улыбаться мне, если знала и переживала за мать. А то, что она не была равнодушной, я была уверена. Их семья - бедная, с окраин Леса, и поэтому они ничего не знают про распоряжение Элоэна. Ведь могли уже давно получить помощь и не доводить до такого ужасного состояния мать семейства. Рана была как раз в том месте, где приставляют нож к горлу. Пока девушка была молодой, и жизненных сил было в избытке, рана почти не менялась, едва заметно ухудшаясь, но супруги справлялись травами. Едва эльфийка начала стареть или, может, заболела, обсидиановое проклятие проснулось и начало пожирать женщину.

Очень хотелось спросить об этом Элоэна, но вспомнив про смерть его жены, я в корне задавила это желание. Наверное, он так любил свою жену, что до сих пор - один, я не слышала, что у него есть связи на стороне. Создавалось впечатление, что он или слаб в мужском понятии, или просто монашествует. Скорее, второе, конечно.

Я очнулась от мыслей и посмотрела на кристалл - камешек угасал, и наконец, стал просто серым. Ригги убрал его, и мы увидели, черная сетка стала чуть бледнее и отступила немного, совсем чуть, на пару сантиметров.

– К сожалению, Вы сильно запустили процесс, - покачал головой мой спутник.
– Теперь остается надеяться на второй способ.

Он опустил руку в неизвестно откуда взявшуюся поясную сумку и достал нечто, завернутое в шёлковый платок. Мы с любопытством наблюдали за ним. У него в руке осталась сизая масса, по виду мягкая и пластичная, но держащая форму.

– Принеси что-нибудь, чтобы закрепить повязку!
– Распорядился Ригги.

Мияна опрометью выбежала и комнаты, а маг начал отщипывать кусочки и покрывать ими рану.

Буквально через пару секунд, необходимых, чтобы паста вступила в реакцию с телом, раздалось слабое шипение, шорох - это пузырилось ставшее жидким средство Ригги. Комната наполнилась удушающим серозным с примесью нечистот запахом. Я бросилась к окну и открыла его, сразу стало свежее. Мать Мияны, что было поразительно, терпеливо наблюдала за происходящим, ни разу не дёрнувшись или шевельнувшись. Через минуту реакция прекратилась, и Ригги стал накладывать второй слой, подоспевшая Мияна протянула свернутый белый платок и узкий рулончик ткани. Вот и бинт увидела эльфийский, отметила я. В это время Ригги ловко прибинтовал платок с пастой эльфийке, Мияна помогала магу, приподнимала мать.

Когда они закончили и прикрыли больную покрывалом, женщина расслабилась и стала засыпать. Её глаза закрылись. Ригги кивком велел уйти, и мы с Мияной на цыпочках вышли вон, сам маг тоже не остался там и закрыл за собой дверь.

Мы прошли в комнату, оказавшуюся гостиной. Скромные голубые с жёлтыми цветочками занавески на двух окнах, деревянные чистые полы, как в обычном деревенском доме, а стены - оштукатуренные, глиной, наверное, и окрашенные бледно зелёным цветом. Видавший виды диван с выцветшей серо-зелёной обивкой и соответствующие ему три кресла, грубоватые по дизайну, жёсткие. Бюро около окна, потершееся потемневшее дерево, сразу видно, что кто-то в семье проводил очень много времени за ним, небольшая тумба около другого окна, выполнявшая роль столика, на котором красовалась простая, но стильная ваза из молочного стекла с сиренью, аромат которой изысканно ласкал присутствующих. Здесь было небогато, но аккуратно.