Это (не) просто игра
Шрифт:
«А вот и Царь дропнулся. Легион пожаловал», — пронеслось в голове у Сидней.
Она встала на ноги и рванула вперёд к лучу света. Оставались считанные десятки метров. Пыхтя и крича, Сидней бежала на полной скорости, которую ей позволяли её протезы. Сзади взрывная волна самой мощной атомной бомбы в игре сметала всё на своём пути.
Над головой девушки что-то пронеслось. Кто-то выпрыгнул на ходу и приземлился прямо перед лучом. Сидней увидела впереди себя силуэт игрока, сжимающего топор. Он вошёл в луч.
Крича, на последних мгновениях перед тем, как ядерный огонь и дым поглотили пирамиду, Сидней прыгнула в луч яркого света следом, оставляя за собой стёртый с лица игры Каир.
ГЛАВА 9
Серое, каменное, просторное, тихое, ясное…
Красный.
Всё это было здесь. Игроки позабыли о страшном побоище, через которое они все пробивались минуты назад, и просто стояли как вкопанные, поражённые открывшимся видом.
Взору четырёх игроков представилась огромная долина, усеянная неизвестными цветами с яркими, кроваво-красными лепестками. Их было настолько много, что они полностью покрывали всю почву. Лёгкий ветерок приводил лепестки в движение, создавая иллюзию «колыхающейся» земли, находящейся посреди безграничного грязного неба с тёмными тучами, за которыми с Севера и Юга заливали всё ярким светом две луны. Вокруг долины, заканчивающейся куда ни посмотри резким обрывом в облака, располагались 7 ровных высоких земляных столбов, на верхушках каждого из которых находился потрескавшейся каменный трон.
Долина, кровавые цветы, две луны, столбы, троны, грязное небо.
Картина выходила за рамки привычных видов локаций остальной игры, и всё окружение больше смахивало на какой-то двойной сон. Никто из игроков не шевелился, рассматривая представленный им пейзаж, чувствуя чистоту, свободу, приближающееся откровение с наградой…
Кроме двух.
Каждый из них смотрел на другого, как будто бы общаясь лишь взглядом. В голубых глазах девушки виделась клокочущая ярость, готовая в любой момент вырваться наружу. В ярко-жёлтых гнилых глазах мужчины отражалось холодное напряжение.
И, судя по ним, они о чём-то согласились друг с другом.
— Где это мы? — шептал ЭльДьябло, осторожно ступая сквозь цветы и осматриваясь по сторонам.
— Невероятно… — говорил Сёнас. — Просто невероятно…
Внезапно у всех игроков в их панелях управления выскочило уведомление, гласящее о том, что каждый получил пожизненный баф «Благословление Валькирий», который давал огромный, просто чудовищный бонус к параметрам жизни, защиты, исходящего урона и выносливости, включающей в себя скорость бега с прыжками.
— Какого чёрта? — Сёнас настороженно оглянулся.
Однако в этот момент со стороны донёсся приглушённый металлический звук, и Сёнас заметил серебряный блеск.
— Эл…!
Но они ничего не успели сделать. Два других игрока резко бросились к ним, пробежав мимо друг друга, подняв за собой лёгкие водовороты из кровавых лепестков. Девушка на бегу выхватила свой автоматический пистолет и прыгнула вверх. Сёнас успел лишь задрать голову, прежде чем она превратилась в решето. ЭльДьябло издал сдавленный крик и с удивлением остановил свой взгляд на окровавленном лезвии топора, полностью вошедшем в его грудную клетку, прежде чем обмяк и свалился на землю, уйдя с головой под кровавые цветы.
Два игрока, стоя над трупами, развернулись к друг другу. Их отдаляло несколько десятков метров. Каждый из них сжимал своё оружие. Поднятые в воздух кровавые лепестки опали на землю, а над трупами Сёнаса и ЭльДъябло появились их Валькирии, ровно так же, как и две над девушкой, и три над мужчиной. Все Валькирии одновременно взмахнули крыльями, сметая кровавые лепестки в стороны, взлетели в серое небо, приземлились на троны, сели и застыли, смотря на оставшихся двух игроков.
Наступила тягучая тишина, нарушаемая лишь дуновением ветра и шелестом цветов долины.
— Это похоже на конец, — проговорила Сидней.
«Да. Это конец», — согласился Ревенант.
ЗАКЛЮЧИТЕЛЬНАЯ ГЛАВА:
ДОЛИНА КРОВАВЫХ ЛЕПЕСТКОВ
Сидней недоверчиво огляделась вокруг себя и остановила взгляд на Ревенанте. Тот стоял в нескольких десятках метрах от неё, сжимая в левой руке свой серебряный топор, и размеренно дышал, не сводя своих «гнилых» глаз с девушки. Та в свою очередь шумно вздохнула, засунула пистолет в кобуру и медленно опустила ладонь на рукоять своего клинка, находящегося в ножнах на левом боку.
— Прежде чем мы начнём, а мы, очевидно, ещё как начнём, мне интересна одна вещь… — громко заявила Сидней.
Ревенант пристально вгляделся в девушку, но слегка кивнул.
— Есть вообще какая-то причина или ты просто играешь роль злодея?
«Я могу спросить тебя тоже самое», — своим «демоническим» голосом ответил Ревенант.
— Я недавно умирала, поэтому у меня есть причина, — пожала плечами Сидней. — Надо восстановить шмотки всё-таки.
«И только ради этого ты преследовала меня? Творила все эти ужасные вещи?»
— Ну и потому, что ты мне противен, — с явным отвращением в голосе добавила девушка. — Вернее, твои методы. Ты не заслуживаешь… Чего бы там ни было за сбор Валькирий.
«Неужели? — протянул Ревенант. — А мне кажется причина в другом…»
— Я спросила о твоих причинах, — медленно проговорила Сидней.
«Мои причины довольно просты, — начал Ревенант, всё ещё сохраняя настороженность. — Спасение».
— Кого?
«Всех нас. От нашего собственного безразличия, нашего невежества, в том числе и твоего, каждого из нас. Я искореню неравноправие, гонения, сделаю так, чтобы никто больше не страдал. Я спасу человечество от самого себя».
— Ты? — с явной издёвкой спросила Сидней. — Мессия, что ли? Возомнил себя карающей дланью? Или притворяешься мучеником?
«Я единственный, кто может это сделать. Кто может пойти на такое решение беспристрастно, не ища в этом для себя выгоды».