Чтение онлайн

Все эти проблемы, разумеется, не являются неразрешимыми, однако интеграция в российскую экономику двух восточноукраинских регионов значительно более сложна и проблематична, чем, например, Крыма и требует большой работы и тщательных расчетов.

Дефицит вертикали

Налаживание экономической жизни — важный, однако далеко не единственный компонент первоочередных шагов, которые необходимо сделать правительству ЛНР и ДНР. В условиях гражданской войны, когда фиксированная линия фронта отсутствует, а боестолкновения разворачиваются в разных точках провозглашенных юго-восточных республик, жизненно необходимо провести централизацию принятия решений, возможно в качестве временной меры.

Сегодня в Луганской и Донецкой республиках существует острый дефицит управленческой власти. Мало того что оба образования действуют во многом независимо и в рамках своих административных центров — Луганска и Донецка; даже делегаты каждой стороны приезжают в Москву и договариваются о помощи по отдельности. Проблема усугубляется тем, что ополченческое движение также раздроблено и действует в границах определенных городов, поселков, точек боестолкновений.

Между тем гражданские войны выигрываются не только оружием, но и работой с местными жителями. «Когда игра ведется вдолгую, как в начале XX века в нашей стране, в конечном счете решающую роль играет критическая масса поддержки со стороны населения, — убежден Михаил Ремизов , президент Института национальной стратегии. — Не обязательно по принципу политической поддержки “красных”. Люди поддерживают ту сторону, с которой в большей степени связывают ожидание наведения порядка. Сигналы о способности установить этот порядок, обеспечить нормальную жизнь, нормализовать экономику являются важным фактором и в ходе военной кампании гражданских войн».

Очевидно, что уже сегодня, даже в период военных действий, руководство ЛНР и ДНР должно планировать и осуществлять меры по государственному строительству новых республик. Проведенные в мае референдумы о признании лишь первые шаги к легитимации новообразований. Впереди ряд последовательных шагов по выстраиванию управленческой вертикали. В этом плане ситуация серьезно осложняется отсутствием монолитной поддержки новых властей. И если местные жители, ожесточаемые бомбежками и карательными акциями украинской армии, все в большей степени одобряют действия ополченцев — не по политическим мотивам, а из протестных соображений, то с местной бюрократией не все так однозначно. Органы что местного самоуправления, что правопорядка чаще всего демонстрируют опасливый нейтралитет, ожидая развязки военного конфликта и осуществляя свои прямые обязанности без энтузиазма. Между тем это тот самый управленческий скелет — депутаты, мэры, старосты, на который теоретически и должна «нанизываться» новая государственность республик.

Перед ополчением стоит очень непростая тактическая задача по привлечению местных бюрократов на свою сторону. Здесь очень важно не перейти грань, действовать мягко и аккуратно, чтобы не вызвать ожесточения управленцев. Склонять на свою сторону не угрозой оружия, но демонстрацией силы и способности контролировать ход мирной жизни, возможностями прямых контактов с Москвой. Местная бюрократия и интеллигенция должны стать поставщиками кадров в руководство республик. В этом смысле назначенные на 14 сентября парламентские выборы в ЛНР, несмотря на все проблемы военного характера, должны обеспечить приток новых легитимных управленцев, обеспечить связь центра с территориями, завоевать лояльность избирателей. Этот процесс должен также стать важной вехой построения государственности в провозглашенной республике. Кроме того, выборы в ЛНР было бы правильно синхронизировать с аналогичной инициативой в Донецке.

Уже сегодня в ЛНР и ДНР необходимо сформировать управленческий аппарат, обязанностями которого должны стать вопросы мирного развития республик. Нужно проработать систему власти, которая бы подразумевала параллельное существование и координацию действий военного блока и гражданских чиновников. Именно гражданское правительство, а не военные функционеры должны осуществлять централизованное распределение гуманитарных грузов, замкнуть на себя контакты с землячествами в странах СНГ, осуществлять адресную помощь населению пострадавших районов, проводить финансово-налоговую политику, работать с малым, средним и крупным бизнесом.

Компании-поисковики обладают потенциальным механизмом контроля интернета. Вмешательство человека в автоматизированные алгоритмы поиска способно радикально изменить информационную картину дня

section class="box-today"

Сюжеты

Интернет:

«Яндекс» сел в авто

«Серой» интернет-торговле установили предел

/section section class="tags"

Теги

Интернет

Общество

Инвестиции

Вокруг идеологии

/section

«Кто контролирует интернет, контролирует мир, — любил повторять создатель WikiLeaks Джулиан Ассанж . — Если глобальная сеть становится тоталитарной, то таковым становится и весь мир, буквально в одну секунду». Сетевая монополия, контроль над Всемирной паутиной, управление искусственным интеллектом — для обывателя эти темы балансируют на грани конспирологии и сценария голливудских боевиков. Бесконечно сильна вера в интернет как в новое гигантское свободное пространство, избавленное от диктата властей и СМИ, полное безграничных возможностей, регулируемое лишь рынком и амбициями программистов. Еще немного — и можно будет избавиться от смерти, земных тягот и невзгод, загрузив сознание в дивный виртуальный мир.

figure class="banner-right"

figcaption class="cutline" Реклама /figcaption /figure

Эти постмодернистские мифы, сродни коммунистическим байкам о скором переселении на другие планеты, живы и сегодня. Между тем чем больше сфер жизни человек доверяет электронному миру, тем менее защищенным становится его личное пространство. Ваши банковские счета, аккаунты в социальных сетях, запросы в поисковых системах, электронные билеты, покупки уже загружены в интернет и доступны определенному кругу лиц. Телефонные переговоры, электронные письма, дипломатическая переписка больше не тайна, Эдвард Сноуден и Джулиан Ассанж подтвердят. Любые сетевые компании быстро сдадут вас спецслужбам (даже не рассчитывайте на защиту личных данных), а гигантские дата-центры сохранят полное досье и после вашей смерти.

Глупо винить излишне любопытные власти, когда сама интернет-индустрия не гнушается использовать персональные данные в своих интересах. Так, например, работает контекстная реклама, считывая информацию о ваших поисковых запросах и активности в социальных сетях. Чрезвычайно доходная штука, между прочим.

Российский сегмент Всемирной паутины, довольно молодой, но чрезвычайно успешный, какое-то время жил будто онкилоны на Земле Санникова. В порочащих связях с государством замечен не был, традиций Большой Земли не ведал, рассчитывал лишь на свои силы. Европа, США, Китай шаг за шагом подминали интернет-индустрию, не только ограничивая отрасль законами, но и негласно выстраивая систему взаимовыгодных отношений. Для некоторых государств интернет из инструмента контроля превратился в удобное оружие манипуляции общественным мнением, успешно опробованное в ряде информационных войн и «цветных» революций.

В России тем временем по-прежнему «воевали с ванту» и «охотились на мамонтов». Лишь в последние годы государство стало активнее вмешиваться в работу Рунета, что после десятка лет безграничной вседозволенности было расценено как стремление к тотальному сетевому контролю. В процессе этой борьбы вскрылись довольно интересные особенности функционала российской паутины. Выяснилось, что отечественные социальные сети годами хранят удаленную информацию с аккаунтов. Что пиратство не отличительная черта отечественного пользователя и борьба с ним может быть эффективной. Что новостной агрегатор «Яндекса» можно заподозрить в ангажированности — о чем и пойдет сегодня речь.