Чтение онлайн

Очевидно, так и считая, он поднял с крыльца цветочный горшок, запустил им в стеклянную панель двери и, сунув руку в отверстие, откинул засов.

–  Что ты делаешь?
– взвизгнула Рэнди.
– Я вызову полицию!

Он схватил ее, не давая подойти к телефону. Теперь было необходимо сразу же что-то сказать, и если бы Фрэнк знал, что говорится в подобных случаях, то немедленно сделал бы это. Любовь и нежность, испытанные им в ту незабываемую грозовую ночь, снова захлестнули его. Не раздумывая ни секунды, Фрэнк еще крепче прижал к себе Рэнди и поцеловал ее. Едва он оторвался от ее губ, она попыталась что-то сказать, но Фрэнк снова закрыл ей рот поцелуем.

–  Нет уж, выслушай меня. Не знаю, как превратиться в героя твоих романов, но… Но я люблю тебя, Миранда.

–  Ты же сбежал тогда, - прошептала она.

–  Да. Мои чувства к тебе оказались такими сильными, что я испугался.

Это… это было восхитительно и ужасно, я никогда не испытывал ничего подобного… Так вот, я очень люблю и тебя, и Илая - с ним-то я знаком гораздо дольше, чем с тобой. Помнишь, в горах я рассказывал тебе о мальчике, моем друге? Это он и есть.

–  Илай?!

–  Да. И я буду так же любить и нашего общего ребенка, тебе не найти лучшего отца для него. Конечно, я не уверен, что мне сразу удастся стать хорошим мужем и отцом, но обещаю очень стараться… Я… - Напористость Фрэнка вдруг исчезла.
– Выходи за меня замуж, Миранда… Пожалуйста! Два месяца я терзался тем, что сбежал от тебя, неизвестно почему. Мне казалось, что я забуду все, вытесню из памяти. Только ничего не вышло - лунный свет, силуэты деревьев в темноте, твои клубничные вафли…

–  Что?

–  Я сам не знаю - что. Ты. Просто ты. Миранда, давай поженимся, а?

Не успела она ответить, как забытый ими Илай отбросил журнал.

–  Да, да!
– радостно завопил он.
– Мама выйдет за тебя! Да, да, да!

–  Но так вот сразу… Я не могу.
– начала было Рэнди, но мальчик уже обнимал их обоих. Фрэнк подмигнул Илаю:

–  Миранда, не забывай, нас уже четверо.

–  Но…

Он опять нежно поцеловал Рэнди:

–  Я люблю тебя. А ты разве нет?

–  Да!
– улыбнулась она.
– Ты не заслуживаешь этого, но люблю. Кстати, что с Джулианом? По-моему, в последний раз ты обошелся с ним довольно скверно.

–  Вот он, первый укол ревности! За шесть недель ему до смерти надоело заниматься устройством личной жизни, и я взял его обратно, сократив оклад вдвое, чтобы не зарывался. Итак, если это единственный камень преткновения, я готов попросить тебя еще раз: Миранда, выходи за меня замуж!

Невдалеке послышался вой сирены, и тут же раздался страшный грохот. Сирена оказалась не по вкусу черному коню Фрэнка, и он вскочил в открытые двери дома.

–  Кретин!
– рявкнул Таггерт.
– Тупая тварь!

–  А кому принадлежит идея с лошадью?
– ехидно поинтересовалась Рэнди.

–  Мне!
– одновременно откликнулись Илай и Фрэнк.

Оглядев их, Рэнди наконец-то поняла, кого ей так напомнил Фрэнк, когда она увидела его впервые, - сына!

–  Хорошо.
– Она обняла Таггерта.
– Я выйду за тебя замуж.

–  Ну вот, - спокойно заметил Илай, - я получил все, что хотел, - и на Рождество, и на день рождения.
– Он почесал затылок.
– Все-таки Кембридж лучше Принстона, а?

Мальчик не дождался ответа. Фрэнк и Рэнди опять целовались. Отойдя от этих непонятных взрослых, которые стояли в обнимку рядом с вороным конем, весело косящим на мальчика своим блестящим фиолетовым глазом, Илай набрал номер Челси, чтобы сообщить ей последние новости: Робин Гуд и Мэриан ле Джюн снова достигли своей цели.

–  Я не верю в чудеса, - объявила Карен, строго поджав губы и глядя на свою золовку Энн. Чисто вымытое лицо Карен блестело на солнце, и она походила на фотомодель до того, как визажист приступил к нанесению косметики Правда, отсутствие краски имело свои преимущества, так как позволяло видеть безупречную кожу, идеальные черты лица и глаза - два темно-зеленых изумруда - Разве я говорила что-нибудь о чудесах?
– пришла в отчаяние Энн. В отличие от белокурой Карен Энн была темноволосой, на две головы ниже и соблазнительно пышной - Я только сказала, что на Рождество тебе надо обязательно пойти в клуб на танцы При чем здесь чудеса?

–  Ты сказала, что я могу встретить там какого-нибудь замечательного мужчину и снова выйти замуж, - упрямо повторила Карен, стараясь не вспоминать о том, что автомобильная катастрофа отняла у нее любимого мужа - Ну хорошо, я виновата и прошу меня извинить. Прищурившись, Энн смотрела на свою некогда красавицу невестку и не могла поверить, что в былые времена бешено завидовала ее наружности Теперь волосы Карен безжизненными прядями висели по плечам, и даже невооруженным глазом были видны их сеченые концы.

Бледное, без косметики лицо Карен делало ее похожей на школьницу. Вместо прежней элегантной одежды она теперь была облачена в тренировочный костюм, принадлежавший некогда ее покойному мужу Рею.

–  Ты была самой ослепительной женщиной в нашем клубе, - почти со слезами сказала Энн.
– Как сейчас вижу вас с братом, танцующими на Рождество: ты в красном платье, помнишь, в том самом, с разрезом чуть не до пояса? На вас стоило посмотреть, когда вы танцевали вместе! Все мужчины в зале пускали слюни, глядя на твои ноги. Все мужчины в Денвере, но, конечно, за исключением моего Чарли, он-то никогда не бросил на тебя даже взгляда.

Карен слабо улыбнулась, спрятавшись за своей чашкой.

–  Если тебя внимательно слушать, то в твоих речах можно выделить всего два главных слова: «красавица» и «Рей», - вздохнула Карен.
– И то и другое уже в прошлом.

–  Дай мне высказаться!
– Голос Энн стал умоляющим.
– Можно подумать, что тебе сто лет и заботит тебя лишь одна мысль: какой гроб себе выбрать! А тебе тридцать, разве это много? Мне уже стукнуло тридцать пять, и то возраст меня не остановил.

С этими словами Энн тяжело поднялась со стула и, положив руку на поясницу, проковыляла к плите, чтобы налить себе очередную чашку травяного чая.