Чтение онлайн

— В этом городе — да. Ты ничего не знаешь о кинозвездах, не так ли?

— Нет. Вэнс единственный из звезд, с кем я общался.

— Давай, расскажу тебе о кинозвездах.

— Валяй.

— В нашем городе имеется несколько разновидностей могущества: самое большое — это власть делать фильмы. Второе по значимости — личное влияние, богатство, красота, сексуальный магнетизм, и, наконец, власть послать на… любого, и при этом, этот любой без звука пойдет туда, куда его послали. Вэнс — один из нескольких людей в городе, обладающий каждым из этих разновидностей могущества, если называть вещи своими именами. Даже такие люди, как Луи Ригенштейн и Дэвид Стармак в совокупности не обладают ими. Кинозвезды зациклены на себе так, как ни один простой смертный. Друзья, жены, дети — все отходят на второй план после КАРЬЕРЫ, которую делает звезда экрана. Звезда может ощущать себя таковой без тени вины или сомнений, поскольку он твердо знает, что все зависит от его КАРЬЕРЫ. Таким образом, любое решение принимается на основе вопроса, а выгодно ли это мне? Я не говорю о сиюминутных решениях, я говорю о любых решениях. Например, где я буду сегодня обедать, что в переводе означает: «Где меня увидят, чтобы я мог получить от этого максимум пользы?»

Стоун спросил.

— Ты это серьезно?

— Совершенно. И, если простые решения принимаются именно так — степень теплоты приветствия, где запарковать машину, когда пойти в туалет — тогда можешь себе представить, сколько же усилий тратится на важное решение, например, в каком сниматься фильме. Первый вопрос, который задает себе звезда экрана, когда ей дают в руки сценарий — может ли он продвинуть мою карьеру?

— Полагаю, это вполне резонно.

— Несомненно. Приветствуется все, что способствует карьере. Вот почему, когда кинозвезда получает сценарий, происходят странные вещи: сцены, написанные под других актеров, неожиданно переписываются под звезду. Единственное слово, которое понравилось звезде, берется у другого актера и передается ей. Продюсеры и директора нанимаются, или увольняются; некоторые актеры вторых ролей приближаются, другие удаляются. Весь гардероб, пошитый для фильма, исчезает в шкафах звезды. Кстати, ты тоже получил одежду и обувь в подарок.

Стоун засмеялся.

— Ты начинаешь понимать, что я тебе говорю?

— Думаю, что да. Если жена звезды киноэкрана исчезает, его первая реакция, это беспокойство, как бы таблоиды про это не узнали.

— Ты быстро схватываешь, дружище.

— И каждое последующее действие, которое он предпринимает в отношении ее исчезновения, диктуется тем, как ему лучше защитить себя.

— Ну, малый, ты только что заработал степень доктора психологии по Голливуду.

Стоун очнулся с ощущением, что лишился левой руки. Постель была залита солнцем, его грудь покрывали длинные рыжие волосы, и у него сильно затекла левая рука. Он почти моментально понял, что ее отлежала Бетти. Он осторожно высвободил руку, стал сжимать и разжимать пальцы, чтобы разогнать кровь.

— Который час? — не раскрывая глаз, спросила она.

Стоун поднял голову и взглянул на стоящие на тумбочке часы.

— Десять минут седьмого.

— Господи, у меня нет времени, чтобы растлить тебя, — застонала она.

— Ты в этом уверена?

Она неохотно поднялась с кровати, убирая с лица волосы.

— Мне надо выехать на студию не позже, чем через двадцать минут!

Бетти исчезла в ванной, и Стоун услышал шум льющейся в душе воды. Он повернулся на спину, уставясь на тени в потолке. Он, определенно, чувствовал себя прекрасно. Девушка была чертовски хороша, и ему нравилось, что к сексу она относилась без комплексов. Встав с постели, он натянул шорты, пошел на кухню, и начал варить кофе. Когда она, одетая, спустилась по лестнице вниз, он протянул ей чашку.

— Приготовить тебе завтрак?

— Ооооо! — выдохнула она, — это мечта любой женщины, а я должна спешить на работу! — Она перелила кофе в термос. — Слушай, не звони мне ни по какому телефону, кроме этого. — Она нацарапала номер телефона на обратной стороне визитки.

— По нему не дозвониться никуда, кроме моего рабочего места, и, если кто-нибудь, кроме меня возьмет трубку, сразу разъединяйся. Кстати, куда ты сегодня собираешься?

— Я еще не решил. — Он взял у нее ручку и другую карточку. — Вот номер моего мобильного телефона, и, хотя он приписан к Нью-Йорку, можешь звонить на него. Может, я сумею получить лос-анджелесский номер, чтобы было проще пользоваться моим мобильником.

— Не ставь машину возле моего дома, я не хочу, чтобы ее заметили. Найди место на улице, это совсем нетрудно.

— О'кей.

— Что мне нужно сделать сегодня?

— На данный момент считай, что что-то неладно с исчезновением Аррингтон, поэтому будь внимательной ко всему, что может иметь к этому отношение и впитывай любую полезную информацию.

— Номер моего пэйджера в визитке. Если не найдешь меня в офисе, воспользуйся им, и я тебе сразу же перезвоню.

— Неплохая идея.

Она крепко поцеловала его, выбежала за дверь, потом остановилась у выхода, чтобы вынуть почту и оставить ему две газеты, и, наконец, исчезла.

Стоун положил булочку в тостер, приготовил себе апельсиновый сок и кофе и прочитал обе газеты New York Times и L.A. Times. Закончив это занятие, поднялся наверх, принял душ, побрился, оделся и пошел в кабинет Бетти, уселся за ее письменный стол и стал думать. Наконец, он позвонил Дино.

— Лейтенант Бачетти.

— Привет, это Стоун.

— Привет, дружище. Ты вернулся?

— Нет, собираюсь пробыть здесь какое-то время.

— В чем дело?

— Это слишком длинная история и кое-чему ты просто не поверишь.

— Давай, попробуем.

Баррингтон вкратце поведал свои приключения с тех пор, как оказался в Лос-Анджелесе.

— Весьма странно, — заметил Дино. — Повтори мне это итальянское имя?

— Ипполито?

— Да, оно, кажется, мне знакомо. Когда-то был парень с таким именем, связанный, как я полагаю с Лучиано.

— Нет, не может быть тот самый парень. Может быть, его родственник?

— Дай посмотрю, что я могу о нем узнать.

— Хорошо, но прежде, чем ты сделаешь это, мне потребуется помощь здесь, на месте. Помнишь, когда мы забирали того толстяка мафиози из Лос-Анджелеса несколько лет назад?

— Никогда не забуду, как мы летели назад.

— Как звали того полицейского, который передал его нам? Он занимался борьбой с организованной преступностью или что-то в этом роде.

— Точно, ты прав. Это был… подожди минутку… как же его звали… Грант?

— Ричард Грант, так точно.