Чтение онлайн

— Работать будете на высоте если и не четыре пятьсот, то, в любом случае, выше четырёх тысяч метров. В МВД и КНБ нет подразделений, подготовленных к работе на таких высотах. Погранвойска этот участок границы не контролируют вообще. РОИС отсутствует.

— Что такое РОИС? — нахмурился кэп, услышав незнакомую аббревиатуру.

— Рубеж основных инженерных сооружений у погранцов, — поморщился в ответ друг. — Эта ботва с докладами пограничников тянется со времён Империи: ещё тогда, каждый очередной командующий пограничным округом, вступив в должность, хватался за голову и писал в Столицу Империи о неприкрытых участках госграницы. Ну а если в Империи на это плевали, то нам сегодня тем более не до того: больно участок неудобный. Да и не враг Китай больше, лично нам по крайней мере.

Вот тут кэп товарища понимал: несколько миллионов жителей Родины действительно не имеют вариантов враждовать с Китаем «в лоб», без иронии.

— Практические навыки работы на такой высоте есть только у вас (тут было понятно, что на самом деле имелся ввиду практический опыт группы кэпа. Приобретённый по случаю, но от того не менее ценный). Потому приказ спустят нам. Как закончите работать — чекисты подтянутся снизу и примут дело в свои руки. Вместе с трофеями…

При упоминании трофеев и чекистов, кэп заметно огорчился. Зарплаты даже в элитном спецназе министерства обороны не дотягивали до уровня обычного банковского бухгалтера. И сдача трофеев чекистам в этой связи выглядела печальной перспективой.

Помимо прочего, друг сориентировал: по словам особиста, к группе будет придан сотрудник комитета.

— «На всякий пожарный случай», — иронично играя бровями, сообщил товарищ. — Вот его на днях вам привезут на слаживание, тогда тебе всё официально и доведут.

— Какой-то странный у нас в отряде режим секретности, — огорчённо заметил кэп. — По идее, секретная же операция, нет? А чего об этом звонят все кому не лень?

Кэп, после того практического опыта, который лично его группа приобрела на высотах выше четырёх тысяч метров, очень недоверчиво относился к маршрутам выдвижения, особенно к возможным на извилистом горном пути засадам и контрзасадам. А тут, когда нужная группа в стране вообще одна, а о задаче знают все, кому не лень…

— Да не ссы, — ободрил кэпа товарищ из штаба. — Это всё же наша территория, а не «там»!!! — Товарищ, не бывавший никогда дальше посёлка Первомайки, с видом бывалого группера многозначительно кивнул в сторону виднеющихся на горизонте гор, являвшихся по совместительству и южной границей государства. — Тем более, у вас связь смотри какая будет… В общем, если что, вертокрылы спасут. Но это крайний случай. «Мохнатое ухо» говорит, лучше бы пешком и тихо.

— А откуда у него такие данные, «до того как…»? — не унимался в адрес особиста недоверчивый кэп.

Которому, не смотря на олимпийское спокойствие товарищей из штаба, на выход предстояло идти лично (а не оперативить из штаба-же). И который без энтузиазма, крайне осторожно и более чем сдержанно относился к предстоящему двукратному численному превосходству подлежащих задержанию караванщиков.

— Ой, тут тебе не там, — отмахнулся товарищ.

Явно намекая, что на Родине всё совсем не так, как за границей, где кэп с группой успел и отметится, и нахвататься того самого опыта, который теперь оказался уникальным.

— У нас тебе что, Север? Какие у нас могут быть секреты? Ещё и от своих…

— Это-то и пугает, — буркнул кэп в ответ.

— Да не ссы. Они все с той стороны, откуда у них тут концы? — легкомысленно взмахнул ручкой товарищ, явно имея ввиду успокоить и поддержать морально кэпа. — Про этот караван и у нас знают, и у «мохнатых ушей», и даже на базаре… Ничего там серьёзного не будет.

— Вот ты и сходил бы с нами, проветрился, — окончательно насупился кэп, которому перспектива грядущего выхода не нравилась всё больше и больше. — В санчасть что ли завалится, аппендицит вырезать?..

— Да не сходи ты с ума! — разозлился тогда товарищ. — Ты что, совсем уже… в образ вошёл?! Всё на нашей территории! Ты что, правда что ли?.. — забеспокоился далее товарищ, уже огорчаясь от того, что понапрасну разоткровенничался.

И теперь, если кэп откажется «идти на задачу», дело запахнет керосином.

Потому что отрядный особист, протрезвев, моментально начнёт вычислять, кто из двоих осведомлёных кэпа предупредил. Что характерно, наверняка и вычислит: в тесном коллективе, кота в мешке не утаишь…

— Да ладно, пошутил я, — сдал назад кэп, крутанув мысли в голове по второму кругу и отогнав обычную паранойю. На своей территории армейской группе опасаться, пожалуй, действительно было нечего. А на случай численного превосходства караванщиков существует прибытие заранее (осмотреться, закопаться, оборудоваться и максимально использовать фору по времени). Сводящее на нет и не такую разницу в численности.

— С собой смогу брать всё, что считаю нужным? — по инерции продолжал «продавливать» собеседника кэп.

— А вот тут ты не по адресу, — сразу успокоился товарищ, обнаружив, что кэп от своего чувства долга никуда не денется. — Это когда будешь приказ получать, — товарищ с намёком стрельнул взглядом себе за спину в сторону лестницы, ведущей на второй этаж, — и детали прорабатывать, там всё и озвучишь. И предложения, и пожелания.

— Заминировать бы всё получше, — начал думать вслух кэп. — Чтоб человек пятнадцать сразу… если что не так. А самим на превышающих высотах рассесться. В дозор — Чуню и Одуванчика. Чтоб объявили тем караванщикам сразу безнадёжность их перспектив.

— А Одувана зачем? — против воли, заинтересовался товарищ. — Ну, Чунь то понятно; переводчик, команду этим отдать… А Одуванчика чего?

— А он всегда сухим выворачивается, — отмахнулся автоматически кэп, — что бы ни случилось. Толмач, если что, спроворит сообразить, если они что не то затевать начнут. А Одуван — он как талисман. Как мне иногда кажется… Ладно, чего это я, — спохватился кэп и тут же засмущался. — То наша кухня, чего я тебя этим гружу… Ты лучше скажи, когда мне «коллеги» своего прикреплённого засланца собираются присылать? Чтоб я к встрече подготовился…