Чтение онлайн

Основной ком-дисплей замерцал, и женщина, которая представилась как Даниэла Маджилл, глянула на них. Ее корабельные компьютеры уже не манипулировали с сигналом, и кровь Эдиты Соколовска похолодела, когда она опознала знаки различия на скафандре. Они не принадлежали какому-либо сотруднику "Рабсилы Инкорпорейтед", вероятнее всего была совершена ошибка.

— Я полностью осознаю, что первоначальный экипаж платформы, который вы захватили все еще на борту, — холодно сказала женщина с миндалевидными глазами на дисплее. — Будьте уверены, что у меня есть достаточное количество людей на борту "Рапунцель", чтобы отобрать у вас это поселение, одновременно с мертвыми телами. Также сообщаю, что если станет необходимым сделать это, я сделаю. А если что-нибудь случится с невинным персоналом на борту этой платформы, я лично гарантирую, что будет довольно много мертвых тел на момент, когда мои люди закончат.

Она сделала паузу, позволив им увидеть железно-жесткую искренность в этих агатово-карих глазах.

— Если вы сдадитесь, я гарантирую, что вы будете взяты под стражу до справедливого судебного разбирательства, — продолжила она через некоторое время, — но это единственная гарантия, которую я готова вам дать. У вас есть пять минут, чтобы решить, что вы собираетесь делать. Лично я советую вам сдаться без дальнейшего сопротивления. В противном случае, поверьте мне, вы пожалеете об этом.

— Какого хрена мы теперь будем делать? — потребовал Ватанабе, поворачиваясь, чтобы посмотреть на Соколовска. — Нас скрутили — скрутили! Мы не…

— Заткнись! — резко оборвала его Соколовска. Он моргнул, а она схватила его за костюм и затрясла с рычанием. — Там проклятый флот манти, ты идиот!

Ватанабе облизнул губы, его лицо побледнело. Звездное Королевство Мантикора сделало свою позицию по генетической работорговле совершенно ясной: работорговля и пиратство были юридически равны, в чем был заинтересован Королевский Флот. Это означало, что каждый сотрудник "Рабсилы" на борту платформы будет подвергнут смертной казни… и "справедливое судебное разбирательство" или нет, но в полномочиях Харрингтон было разрешить судить их и выполнить казнь здесь и сейчас.

Это было верно для всех них, но если случилось так, что мантикорцы знали о конкретной деятельности Эдиты Соколовска и Джулиана Ватанабе, то почти наверняка еще более верно для них.

Каковое полностью игнорировало то, что манти узнали бы об их действиях прямо здесь, в Казимире, если бы кто-то из первоначального персонала платформы имел возможность давать показания.

— И что? — потребовал Ватанабе через некоторое время. — Ну и что, что это чертов манти! Что мы собираемся делать? У нас нет даже проклятых левых пугачей, и если они действительно отправят чертовых морских пехотинцев…!

— Заткнись! — отрезала она снова, а затем оттолкнула его в сторону от себя с гримасой.

— Ты… Бейкер! — рявкнула она парализованному технику связи с побелевшим лицом. — Отправь открытое сообщение губернатору Обермейер. Скажи ей, что мы находимся под атакой мантикорского эсминца, и ей лучше отозвать эту чертову суку от нас, если она не хочет свалиться с нами!

— Но…

Техник посмотрел на нее, потом встряхнулся, как собака, стряхивающая воду.

— Но Беата от нас практически на другой стороне звезды! Я должен направить энергию от одного из ретрансляторов в поясе астероидов, а если я пошлю открытое, то все будут знать, что мы говорим! И отставание передачи будет в лучшем случае сорок минут на каждый отрезок пути!

— Так кодируй, черт! — зарычала Соколовска.

— Но отстава…

— Что заладил проклятое "отставание"! — Если бы у нее был пистолет, она бы выстрелила в него немедленно, подумала она злобно. — Отправь… это… чертово… сообщение, — проскрежетала она, выделяя каждое слово. — И убедись, что проклятый эсминец знает, что ты послал его!

На мгновение ей показалось, что идиот собирается открыть свой рот еще немного, но потом со щелчком закрыл его, кивнул и повернулся обратно к своей консоли.

— Есть одна особенность, — сказал Ватанабе. Его голос был спокойнее и тише, чем до того, хоть ей не очень понравилось то, как она выглядит в его зеленых глазах. — Обермейер может быть не в состоянии "отозвать" что-то вроде этого. А даже если бы она могла, у нас нет полутора часов, прежде чем что-либо от нее может хотя бы вернуться к нам!

— Я знаю, что ты идиот. — Она посмотрела на него. — Но ты знаешь, как и я, что произойдет, если проклятые манти получат нас в свои руки. Нас, Джулиан, что бы ни случилось с кем-то еще!

— И нужно остановить происходящее именно так? — потребовал он.

— Если эта сука там — эта Харрингтон — будет знать, что мы послали сообщение, она также узнает, что у нас есть все виды контактов с силли. Может быть, она пока не понимает, насколько сильно может обжечь свои пальцы, так что чертовски не повредит, если мы скажем ей об этом сейчас, не так ли? И в то же время, будь я проклята, если я перевернусь и сыграю мертвеца для нее! Она не сможет получить эту платформу открытой, не убив на ней этот драгоценный "невинный персонал", а там всего лишь чертов эсминец.

— А как насчет тех морских пехотинцев, которые, по ее словам, есть на борту" Рапунцель"? — засомневался он.

— Это, наверное, блеф! Меня не волнует, что она говорит — я уверена, что это только торговец, она взяла его где-то для использования в роли прикрытия, чтобы подобраться к нам достаточно близко, — отстрелялась Соколовска, и когда она это сделала, поняла, что на самом деле верит в то, что сказала. — Если бы они успели собрать реальную силу для нападения, они должны были отправить его подальше от эсминца, Джулиан! Это проклятое грузовое судно, вероятно, работает порожняком! Поэтому, все, что у них, вероятно, есть это один взвод морских пехотинцев, а у нас есть около тысячи двухсот человек на борту этой орбиталки!

— Ни один из которых не имеет боевых доспехов, — отметил Ватанабе.

— Ну и что? Даже в доспехах их только тридцать или сорок человек, и это при условии, что у них есть броня для всех, что чертовски маловероятно. И даже если она на самом деле думает, что у нее есть достаточно морских пехотинцев, чтобы получить нас из рук в руки, она будет знать, что некоторые из этих людей, за которых она так чертовски беспокоится, скорее всего, попадут под перекрестный огонь. Поэтому давай посмотрим будет ли она такой же чертовски готовой прийти сюда за нами, если мы скажем ей, что нет такого пути в аду для того, чтобы мы сдались, и она уже будет знать, что я доложилась местному системному правительству!