Чтение онлайн

Но тот раз - особенный, дурацкий!
– я не выдержала и засмеялась.

Нехорошо веселиться по поводу беды подружки, но я смеюсь не над болью Смирницкой, а над ситуацией.

Если смех лезет, его обратно палкой не загоню.
– Мы втроём - я, Мрин, и Ангел... Гаврюша - болтали в холле под колючими ежистыми пальмами.

Обезьяны на пальмах живут в Африке, и мы не далеко ушли от обезьян.

По телеку показывали новости, и - ЗАЧЕМ?!!
– вставили достижения наших Олимпийских чемпионок гимнасток.

Я сразу почувствовала приближение беды, у меня в носу зачесалось, а ноги окунулись в огонь.

"Смирницкая! Не вздумай!" - я чувствовала, что подружка сейчас сморозит глупость, совершит еще один не самый умный поступок в её жизни.

"ХО! Гимнастки! Разве трудно, пройти колесом по ковру?

Белка в колесе крутится, белке никто медаль не вешает на шею, значит - ничего сложного".

И не успела я открыть рот и двинуть языком в нужную сторону вопля, как Смирницкая отбросила костыль.

Поняла руки, оттолкнулась здоровой ногой, и...

Если бы древние инки видели "колесо" Смирницкой, то они бы никогда не изобрели круг.

Мрин сразу же с хрустом упала под пальму - на радость далеким обезьянам из Южной Америки.

К сломанной, но уже вылеченной ноге добавилась треснувшая кость руки - на счастье.

Подружка покрасовалась перед Гаврилой, изображала Олимпийскую Чемпионку по художественной гимнастике.

Доизображалась, гибкая наша одноногая.

На что рассчитывала скалолазка гуттаперчевая? На временное отключение силы тяжести?

Поэтому - почётное место около меня пока свободно.

Надеюсь, что Смирницкая не сломает себе еще что-нибудь на потеху Гавриле или Главному врачу.

– Дин Гиор! Угостите даму сигареткой!
– Кэт кивнула мне, показывала, что выслушала гениальный рассказ о Смирницкой.

Небрежно выхватила у Ашкалунина пачку сигарет "Кэмел": верблюд курит.

– "Кэмэл"? ФУ! Гадость! В следующий раз для девочек покупай "Макинтош", - радистка Кэт вернула очумевшему от наглости Ашкалунину пачку.

Сигареты в школе запрещены, поэтому ребята, которые не думали о курении, тайком курят.

Если бы сигареты разрешили, и на уроках ботаники и географии учителя заставляли бы нас: "Домашнее задание: выкурить по пачке сигарет "Мальборо", "Ява золотая", "Прима" и по вкусу определите, где собран табак", - то мы бы плевались от сигарет, убегали от них, а на курильщиков смотрели бы, как на самоубийц.

Мечников с интересом взглянул на радистку Кэт, оценил её наглость, я бы сказала - хамовитость.

Никак не вяжется образ начитанной, культурной тонюсенькой, дистрофичной девочки Питерки с ролью бесшабашной Маньки-хулиганки.

Неужели, Мечников влюбился? и не в меня?

От интереса до любви - Мечникову сто раз штангу поднять.

Я обернулась к зеркалу - каждый раз, когда мимо прохожу, сканирую свою осанку.

Зеркало находится на каменном острове - оазис школьный.

Большие валуны окружают пятачок с цветами, дикобразами (я называю дикобразами кактусы) и зеркалом.

Зеркало поставили для увеличения пространства - цветы и камни отражаются, и возникает иллюзия (О! красиво я сказала "возникает иллюзия", не забыть бы), что садик тянется из бесконечности в бесконечность.

Я загляделась на красотищу в зеркале: прямая спина, голова - чудо, шея лебединая, глаза - фары грузовика, прожекторы Удачи.

Рядом вышагивал Мечников с богатырским разворотом плеч (в ворота не пройдет, ворота на плечах унесет и не заметит).

По правую руку Мечникова - радистка Кэт с...

Где Кэт? Ушла, а голос остался в воздухе.

Нет, Кэт шагает на параде рядом с нами.

Но в зеркале не отражается. Ни капельки.

Я вытянула шею, вывернула голову под невообразимым углом - заглядывала в зеркало, не пропустила ли в нём Кэт.

Пусто, нигде нет Кэт по ту сторону зеркала.

Я вздрогнула, остановилась перед волшебным зеркалом.

Со стороны, наверно, выглядело обыкновенно - красавица любуется собой (на кого же мне еще любоваться?).

Сердце ритмично толкало кровь в виски, выбивало в голове барабанную дробь.

Дыхание участилась, словно я на кладбище убегала от зомби.

Я сделала шаг к оазису: может быть, радистка Кэт отразится под другим углом?

Вдруг круглое, чёрное, зловеще злобное, с душераздирающим визгом бросилось мне под ноги.

Я потеряла равновесие, запнулась о чёрта и с высоты бесконечно длинных ног упала в оазис.

В последнем отчаянном рывке, чтобы не пропороть живот иглами кактуса дикообразного выставила руки вперед и ухватилась за раму зеркала.

Зеркало покачнулось и потянуло меня за собой в зазеркалье.

Алиса - Длинные Ноги, Алёна - с иголками кактуса по всему телу.

Я чудом избежала увечий и смертельных уколов (цветы злые).

Зеркало развернулось и упало на камень ограждения.

Послышалась изумительная музыка разбиваемого стекла - стон и слезы зеркала.

В миллиметре от моей головы прозвенели острые пиковые осколки.

Кинжал азиатский тупее, чем зеркальные ножи.

Теперь не раскрою тайну - отражалась ли радистка Кэт в школьном зеркале (хоть чуть-чуть), или она - вампир.