Чтение онлайн

– Хорт.

Здоровяк немного ослабил хватку, дав возможность пленнику говорить.

– Вон тот дом, с синим фасадом, - мужик едва не плакал, сдаётся мне, после нашего ухода в местном криминальном мире начнутся серьёзные разборки на тему кто кого сдал.

– Его пока придержите, - проговорил Гловер, оглядывая указанный дом. – Виктор, идём со мной.

Дом выглядел обычно. Простое одноэтажное здание из кирпича, спереди выкрашенное синей краской. Высокое крыльцо, внутри явно одна квартира, в которой располагается мастерская по ремонту чего-нибудь.

Но ещё до того, как мы поднялись по крыльцу, раздался звук отодвигаемой мебели, потом топот, потом кто-то попытался придержать дверь. Не вышло. От мощного пинка сапогом хлипкая дверь из реек просто рассыпалась.

– Куда ты ломишься, это частная территория, я вас… ыыыы! – тощий старик в бархатном жилете, надетом поверх белой рубахи, прервал гневную тираду по простой причине, ствол револьвера вошёл ему в рот и перекрыл дыхание.

– Простите, господин, - издевательским тоном сказал Гловер. – Мастерская Дронта здесь находится?

– Вы кто такие? – когда вынули ствол, старик немного отдышался, вытер слюни рукавом, но вёл себя теперь не в пример вежливее.

– Мы – те, кто может расстрелять тебя, твою семью, твоих помощников, спалить этот дом и всю эту вшивую улицу. Мы – те, кому очень нужно сделать своё дело, а всё остальное значения не имеет. Либо ты нам поможешь, либо сдохнешь долгой и мучительной смертью. Выбор за тобой. Если поможешь, останешься жить, и сможешь дальше торговать своими леденцами из синего листа.

Тут и до меня дошло. С порога ноздри защипал запах какой-то горьковатой травы. Наркопритон, синий лист – наиболее доступный наркотик в землях, прилегающих к черноте. Его собирают травники, потом вываривают в особом растворителе, а употребляют в виде леденцов, где сироп смешан с отваром. По эффекту немногим слабее героина, при этом обладает ещё и мощным галлюциногенным эффектом. Законом, естественно, запрещён, в медицине почти не используется.

– Согласен, - старик заглянул в документы, после чего всё понял и затих. В его случае, с властями сотрудничать нежелательно, но с такими её представителями лучше разойтись миром. – Что вы хотите?

– Пятеро проиграли в карты, а один утонул в болоте, - сказал я фразу, что обронил Гланд при последней встрече.

– Что передать?

– Передать, что нам надо встретиться, лучше назвать нам место, мы сами его найдём.

– Не найдёте, - старик покачал головой. – Парень так напуган, что… Без меня не найдёте.

– Веди.

Сказать это было легче, чем сделать. По словам Дронта, двигаться следовало через пригороды на одну ферму, где прятался Гланд, и которая принадлежала Дронту. Надо полагать, там, на этой ферме и варили те самые леденцы, хоть и на привозном сырье (синий лист за пределами Черноты не растёт). И тут вставал вопрос: запросить поддержку местной полиции, которая сопроводит нас до места, обезопасив тем самым от нападений заговорщиков (может, ничего и не будет, у страха глаза велики), либо же отправиться туда исключительно в своём составе, чтобы не спугнуть прячущегося от всех торговца.

Поразмыслив несколько минут, мы выбрали второй вариант, приказав местной полиции двигаться следом в количестве шести верховых с винтовками и револьверами. Сами же, вызвав повозку о двух конях, отправились в пригород.

Надо сказать, что Таити был, хоть и небольшим, но довольно красивым городом. Места здесь тёплые, почвы плодородные. Пригороды были заняты фруктовыми садами и виноградниками, отовсюду пахло фруктами, вином, мёдом и (куда же без этого) навозом. Часть хозяйств принадлежала крупным компаниям, что работали на всю страну, остальные, процентов этак семьдесят, находились во владении фермеров. Эти-то фермеры были завязаны на сам город и ближайшую округу, что радовало, поскольку почти круглый год на столах обывателей имелись свежие овощи, мясо и молочка. Не говоря уже про вино. Стоило оно дёшево, было вкусным и забористым. Мы, правда, редко пили вино, предпочитая ещё более забористую водку, которую гнали из винограда, яблок или зерна.

Впрочем, я отвлёкся. Главным было то, что ехать приходилось по узкой дороге, справа и слева от которой были посадки, а в посадках этих мог прятаться кто угодно. Гловер пытался использовать какой-то новый амулет для обнаружения жизни, но тот постоянно показывал какую-то ерунду, реагируя на мышей-полёвок, сусликов и дворовых собак. В результате, почти всю поездку мы не убирали руки с оружия.

Дорога заняла два часа, после чего Дронт, собственноручно управлявший лошадьми, остановил повозку, как-то неуверенно покосился на нас и велел слезать.

– И где он? – спросил я, оглядывая место.

Место выглядело, как большинство ферм, с поправкой на то, что здесь не было следа хозяйской руки. Сады основательно заросли сорняками, часть фруктов лежала на земле, другие ожидали сбора, но никто их не собирал.

– Идите за мной, - сказал он. – Осторожнее только, и сразу за оружие не хватайтесь.

Мы прошли вслед за ним в просторный деревянный дом, по причине тёплого времени его окна и двери были нараспашку. Внутри было тихо, но в воздухе висел явный химический запах. Ага, значит, лаборатория здесь.

Три человека сидели за столом и занимались измельчением растительной массы, на толстых деревянных досках они рубили большими ножами тот самый синий лист. Справедливости ради, лист был зелёный, только в зрелом виде у него по краям появлялась синяя кайма. Увидев нас, все трое подскочили, а один даже потянулся в карман, но Дронт просто поднёс палец к губам.

– Где он?

Один из химиков молча указал наверх. Дом одноэтажный, но там явно жилая мансарда. Пришлось залезать по лестнице, первым наверх пробрался Дронт, потом – я, а следом остальные. Увидев меня, торговец всё понял. Реакция у него была хорошая, отпрыгнув с кровати в угол, он выхватил револьвер и приготовился стрелять.

– Извини, Петер, - Дронт развёл руками, - но выбора у меня не было.

– Он прав, - я показал Гланду пустые руки, демонстрируя мирные намерения. – Ты ведь за этим давал свои координаты? Вот мы и пришли.

– Что вам надо? – хриплым голосом проговорил он.

– Догадайся, – Гловер вышел из-за моей спины.

– Я, пожалуй, пойду, - Дронт понял, что сейчас пойдут разговоры, которых ему лучше не слышать, поскольку это может неблаготворно сказаться на продолжительности его жизни.