Чтение онлайн

Она все-таки сказала это, выплеснула свои самые глубокие страхи, но Клим, кажется, этого не заметил. Он погрузился в раздумья, и Катя начала жалеть, что так неосмотрительно открылась практически незнакомому парню.

— А ты не думала, что должна найти его, Катя? — резко повернулся Аверин, и Катя поразилась, насколько его глаза теперь казались настоящей бездной. — Вам не приходило в голову обеим, что мужик имеет право знать, что у него есть дети? Целых двое! Ладно, сразу не сказали, но потом?

— Через мой труп, — отрезала она. Аверин молча разглядывал ее некоторое время, а потом потер ладонями лицо. — Ладно, давай работать, так точно до утра просидим.

Катя проснулась на диване, укрытая легким покрывалом и поняла, что замерзла. Вспомнила, как вчера сначала клевала носом, а потом без зазрения совести прислонилась к качественно прокачанному торсу Аверина. Наверное, он переложил ее на диван, а сам ушел. Интересно, куда? Отправилась на поиски и очень удивилась, увидев Клима, выходящего из детской комнаты.

— Клим? — Катерина удивленно моргнула спросонок. — Что ты там делал?

— Спал. Единственное спальное место, которое я нашел, оказалось в детской. На кресле все же лучше, чем на полу, — ответил тот, сделав недовольное лицо, и тут ее как молний пронзило, она проспала ночной подъем на горшок, она ведь приучала мальчишек ночью просыпаться!

Наверное, вся бурная гамма чувств отразилась на ее лице, потому что Клим с тревогой переспросил:

— Что-то случилось?

— Я проспала, — дернулась Катя в сторону детской, но Аверин мягко удержал ее за руку.

— Все в порядке с твоими детьми. Они полночи по очереди ходили то на горшок, то воду пить, недавно угомонились, пусть спят. И ты поспи.

— Что значит, ходили? Они сами еще не могут, им нужно помогать.

— Вот я и помог, на горшки посадил, горшки вынес, воду принес. И даже рассказал стих, вспомнил на адреналине. «Уронили мишку на пол, оторвали мишке лапу».

— Агния Барто. Мальчики ее очень любят, — подтвердила ошеломленная Катя.

— Я заметил. Все время просили повторить, прочел раз восемь, думаю, это от скудности репертуара, надо бы подучить…

— Погоди, Клим, — она никак не могла взять в толк, — как ты понял, что они хотят?

— Я же не совсем безнадежный, Катенька, вот этот, который слева спит, я не запомнил сразу кто где, Ваня, кажется…

— Матвей, — потрясенно поправила Катя, — он более решительный, Ванечка у нас слишком стеснительный и нежный.

— Значит, Матвей. Он проснулся, достал горшок и стащил меня с кресла. Я решил было, что это предназначено для меня, признаться, был момент, даже запаниковал, но он объяснил мне, что от меня требуется, и дальше пошло как по маслу. Я разбудил второго, там вообще проблем не было. Потом парни попросили пить, потом я помог им уснуть.

Катя в изумлении разглядывала Аверина. Выглядел тот неважно, покрасневшие уголки глаз и красные пятна на скулах говорили, что их хозяин не спал всю ночь либо вперившись в ноутбук, либо выпив немало алкоголя. Последнее исключалось, так что по всему выходило, что она уснула, а Климу пришлось в одиночку сидеть над ноутбуком. Потом он, видимо, отыскал единственное свободное спальное место в доме — кресло-кровать в детской, Катя первое время спала там с малышами, — но проснулся Матвей, и начался квест «Догадайся, что от тебя хочет незнакомый полуторагодовалый ребенок».

Впрочем, несмотря на довольно скудный лексикон, — всего-то десять-пятнадцать слов, — Матвей проговаривал их старательно и относительно внятно. Климу повезло, что это был Матвейчик, если бы его в курс дела вводил Иван, не миновать Аверину ночного бдения на горшке. Она с трудом подавила рвущийся наружу смех и покаянно прижала руки к груди.

— Прости, я нечаянно уснула. Давай я сейчас поработаю?

— Я все закончил сам, Катя, хорошо, что ты уснула, все же это моя работа, — Клим потер глаза, и те стали еще краснее, а потом он спросил уже тише: — А это у тебя каждую ночь так? Они тебе тоже не дают спать по полночи?

— Почему полночи? — удивилась Катя. — Конечно, по-разному бывает, но я стараюсь сама их быстро поднять, пока они не совсем проснулись, и дальше они как зомби, брык обратно и спать. Ты, видимо, вдохновил их на подвиги. А вот когда мальчики болеют, это настоящий трэш…

— И ты потом идешь на работу?

— Конечно, Клим, если я не буду работать, мне не отдадут детей и отберут квартиру, я ведь уже объясняла.

— Но это невозможно, Катя! Ты же не Терминатор! Я вот еле на ногах держусь!

— Перестань, они уже взрослые, а поначалу было действительно тяжело с непривычки. Я никого в офисе не посвящала в свои проблемы, только Чистяков знал, но и он не сделает за меня мою работу. Теперь привыкла, я хорошо высыпаюсь. Это у Зиминой полная задница, когда у Тимки приступ, и то она старается на удаленке день-два побыть, не больше.

Клим слушал ее, наморщив лоб, а затем объявил безапеляционным тоном:

— Я отправил отчет Чистякову, он дал нам на сегодня отгул, так что ложись досыпать, а я тоже поеду отсыпаться. Сегодня прогуливаем работу абсолютно официально.

«И… что? И… ничего?»

Катя сама понимала, как это глупо выглядит, но то, что Клим собирался уехать почему-то задело.

— Может, позавтракаешь? Или хотя бы кофе выпьешь… — вырвалось само собой. Аверин помолчал, а затем неожиданно обнял за плечи:

— Спасибо, Катенька, но не нужно, я хочу чтобы ты отдохнула, а то они скоро проснутся…

«Они» — это дети. Похоже, Клим действительно остался под впечатлением от ночи, проведенной в обществе ее малышей. Ей снова стало смешно, пришлось опустить голову, чтобы он ничего не заметил.