Чтение онлайн

Он вновь глубоко вздохнул и призвал свои гормоны к порядку.

– А теперь давай внесем ясность в один вопрос.

– Да, милорд, – прошептала она и прильнула к нему.

– Нет, нет! Я не это имел в виду! – Он отступил на шаг, удерживая ее подальше от себя. – Послушай. Если я правильно понял, то единственная причина, по которой ты следовала за мной, – это страх, что я попаду в переделку, из которой мне самому не выкарабкаться.

Она помолчала. Ледяная волна разочарования погасила бушующее в ее глазах пламя. Девушка потупила глаза.

– Да, милорд.

То, как она это произнесла, навело Рода на мысль, что она чертовски много не договаривает. Однако он поспешил задать следующий вопрос.

– Но теперь ты знаешь, что я – чародей. Верно?

– Да, милорд. – Он еле-еле расслышал ее.

– Значит, ты понимаешь, что мне нечего бояться, так ведь? Следовательно, тебе больше незачем следовать за мной по пятам. Правильно?

– Нет, милорд! – Девушка посмотрела ему в глаза. Затем она вскинула подбородок – гордая, надменная и упрямая. – Я не отстану от тебя, Род Гэллоуглас. В этом мире есть уйма заклинаний, о которых ты даже и не подозреваешь.

Больше всего в ней раздражало то, решил Род, что она всегда была чертовски права. В этом безумном, вывернутом наизнанку мире наверняка существовали такие «чары», которых он и представить себе не мог. Но, с другой стороны, сомнительно, чтобы она сама знала их все до единой. Скорее всего, она просто ведьма-любительница, которая уже слишком стара, чтобы вступить в ковен – вероятно, они почти ровесники. К тому же, ее «ведьмовское искусство», кажется, включало в себя лишь умение изготовлять косметику, способность превращаться в птицу (вот этого он пока не понимал) и необычайную для женщины отвагу.

Да, она была права – у нее действительно имелись достаточно веские причины беспокоиться за него. Он мог попасть в беду... но и она тоже.

Нет. Без толку требовать, чтобы девушка отстала от него она все равно последует за ним. Он-то выйдет, как всегда бывало, живым из любой передряги, а вот ее прикончат где-нибудь по дороге. Или, быть может, она настолько свяжет его, что они погибнут оба. Род энергично помотал головой из стороны в сторону. Он не мог позволить ей погибнуть. Он должен был так или иначе убрать ее со своего пути... и он уже понял как. Его рот скривился в презрительной усмешке.

– Выходит, правду говорят о деревенских девушках: будь хоть чуть-чуть с ними добр, и ты от них ни в жисть не отвяжешься. У тебя, милая, просто уникальный дар приставучести.

Она ахнула и отшатнулась от него с искаженным от боли лицом, прижав ладонь тыльной стороной к губам. Ее глаза заполнились слезами. Впившись зубами в руку, она повернулась и убежала.

Род не отрывал глаз от пола, вслушиваясь в ее затихающие вдали рыдания и ощущая растущую в нем пустоту.

Тяжелую дубовую дверь потряс удар кулака. Род выкарабкался из глубин сна и забарахтался в сене, пытаясь принять сидячее положение. Большой Том и блондиночка лежали как статуи, не сводя глаз с две Род хмыкнул и вскочил на ноги.

– Не бойтесь, – буркнул он. – Духи не стучат!

– Эй, менестрель! – взревел грубый испитой голос. – Пошли к моему хозяину!

Род натянул камзол, поднял лютню и распахнул массивную дубовую дверь, мотая головой, чтобы прочистить мозги от тумана своего недолгого сна.

– По крайней мере, ты мог бы быть малость повежливее в столь ранний час, – буркнул он. – И кто, черт возьми, твой хозяин?

От тяжелого удара, обрушившегося на его ухо, Род отлетел к стене. Он с трудом взял себя в руки и не бросился на этого парня, чтобы сломать ему шею.

Сквозь громкий звон в ушах он расслышал сочный садистский смешок.

– Больше не забывай, как следует разговаривать с теми, кто тебе не ровня, шут. Запомни навсегда этот поучительный урок, крестьянин.

Род поднялся, держась руками за стену, и смерил взглядом своего обидчика. Перед ним стоял простой солдат, затянутый в кожу и в кольчугу, которые нуждались в чистке не меньше, чем он сам. Хоть он и выглядел простолюдином, но даже от них обычно так не воняло, а смрад от гнилых, источенных кариесом зубов, обнаженных в самодовольной улыбке, был просто неописуем.

Род вздохнул и выпрямился, решив, что ему лучше продолжать играть свою роль. Строго говоря, он заслужил этот удар, выйдя на секунду из образа. В средневековом обществе шут был средством эмоциональной разрядки. Он не только развлекал людей, но и служил своего рода «мальчиком для битья».

– Ладно, – сказал он. – Я усвоил урок. Пошли.

На сей раз кулак угодил ему в челюсть. Катясь по полу от удара. Род услышал, как солдат весело прорычал:

– Усвоил, но не до конца. К господам ты должен обращаться «хозяин».

Род обратил свой гнев в холодную, трезвую, расчетливую ярость и, прыгнув, нанес три молниеносных рубящих удара ребром ладони.

– Я знаю правило помудрее, солдат: «сперва удостоверься, кто на самом деле хозяин положения». Теперь веди меня к своему господину.

Его господином, как оказалось, был герцог Логайр. Рода проводили в увешанный гобеленами средних размеров зал с высоким потолком. Род видел сквозь три высоких узких окна лучи закатного солнца, отраженные в брызгах водопада, наполняющего комнату ревом. Однако звук казался приглушенным. Приглядевшись внимательнее, Род увидел, что у окон двойные рамы, отстоящие друг от друга фута на три. Кто-то припомнил кое-что из всеми забытой технологии. На стенах висели гобелены, на полу лежал толстый ковер. В центре покоев находился большой овальный стол. Во главе стола сидел Логайр, справа от него – его старший сын. Дюрер сидел по левую руку. За столом разместились еще восемь людей, чьи лица показались Роду знакомыми. Узнав их, он выпучил глаза: герцог Ди Медичи, граф Романофф, герцог Бурбон, князь Габсбург и их советники. Эти четверо были самыми могущественными из Великих Лордов, после Логайра, конечно. А раз вся пятерка собралась здесь, то, может, и остальные семь Великих Лордов где-то поблизости?

Они сидели и завтракали, но ни один из них, казалось, не видел, что именно он ест. Взять, например, Ансельма, сына Логайра – он жевал, словно заводная игрушка, не отрывая взгляда от тарелки. На его лице застыла маска холодной ярости.

Его отец сидел, опустив голову и вцепившись руками в стол перед собой.

Надо полагать, уразумел Род, папаша с сынком малость повздорили, и герцог Логайр взял верх... но лишь приказав сыну замолчать.

И Рода позвали разрядить обстановку. Ой-ей-ей! Чего только люди не ждут от артистов!