Блеск
Шрифт:
Вика вся подобралась, сложив перед собой руки, как примерная ученица:
– Пока никак, Татьяна Васильевна… Говорят, они в таком виде не хотят, скучно. Просят переделать все.
– Переделайте, – велела Бельская. – К выставке оно должно уже выйти.
Вика испуганно моргнула:
– Можем не успеть…
И тут же встретилась с ледяным взглядом директора, который не предвещал ничего хорошего.
– Сделай так, чтобы успели, – каменным голосом приказала Бельская. – Это, между прочим, твоя работа. На сегодня все.
Выйдя из-за массивного стола, она, цокая каблуками, покинула зал.
– Моя работа, – проворчала Вика, захлопывая блокнот. – Чуть что, так сразу я…
Анна тоже поднялась. Краем глаза она заметила, как супруга Бортникова резко подалась вперед и, прежде чем ее муж успел что-то осознать, выплеснула ему на брюки еще горячий кофе. Послышался недоуменный возглас. И пока все с остолбенелым видом смотрели на дымящиеся штаны Бортникова, его жена молча вышла из зала.
– Договаривались же! – жалобно захныкал он, разглядывая темное пятно на брюках.
Спрятав улыбку, Анна зашагала к выходу. За ее спиной раздался голос Вики:
– Видишь, Бортников, как полиамория опасна для жизни…
Она заторопилась из зала, догоняя Иванушкину:
– Ань, погоди!
Анна обернулась вполоборота, не снижая шаг, и вопросительно посмотрела на Крапивину.
– Понимаешь, у меня свидание в кои-то веки наметилось! Я только на эпиляцию одиннадцать косарей потратила, прикинь? А теперь должна в офисе до ночи сидеть, интервью турка переделывать?!
Анна пожала плечами:
– От меня-то ты что хочешь?
Вика уже открыла рот, как неожиданно дверь кабинета напротив распахнулась и наружу выглянул невысокий худощавый мужчина:
– Девчонки, привет!
– Привет, Миш, – напряженно улыбнулась Вика. Анна лишь кивнула, думая о чем-то своем.
– Наш стилист, как всегда, любит подслушивать чужие разговоры? – прищурилась Вика, и Михаил покраснел.
– Иванушкина! – позвал он, стараясь не смотреть на Вику. – Я тут придумал, как все украшения в один зал впихнуть! Зайди, новую схему глянешь.
Он торопливо прикрыл дверь, и Вика тронула Анну за локоть:
– Если я узнаю, что у тебя роман с Мишей, я очень сильно расстроюсь.
Глаза Иванушкиной расширились, но она тут же взяла себя в руки.
– Ты что, ревнуешь, Вик? Какой роман, ты что! – сказала она, едва сдерживая смех. – Он же…
Она с многозначительным видом помахала рукой в воздухе.
– Эгегей? – с надеждой спросила Вика, и Анна кивнула.
– А я-то думаю, чего он на меня внимания не обращает, – пробормотала Крапивина. – Ладно, бог с ним, с этим хануриком… Короче. Ты хотела себя проявить, чтобы тебе зарплату повысили? Вот тебе шанс, подруга. Добей интервью султана – а я поговорю с Бельской.
Анна замедлила шаг, изумленно уставившись на Вику.
– Ты это серьезно?
– Абсолютно! – поклялась она. – Когда я тебе врала? А мы с моей эпиляцией сваливаем. Справишься?
– Конечно! Спасибо, Вик!
– Ну все, пока-пока…
Двери лифта раскрылись, и она, войдя внутрь, помахала Анне своей пухлой рукой.
Прислушиваясь к характерному гудению, девушка развернулась. Дверь кабинета Михаила была вновь открыта, и она, помедлив, зашагала к стилисту.
– Ты где ходишь-то? – тоном обиженного ребенка спросил он, целуя в щеку Анну.
– Так… дела, – уклончиво ответила Иванушкина, обводя равнодушным взором кабинет Михаила. В рабочем помещении стилиста компании царил форменный бардак – до самого верха кабинет был завален платьями, юбками, блузками, создавая иллюзию склада вещевого рынка. На журнальном столике валялись каталоги мод, папки с документами, пустые бумажные стаканчики и упаковка из-под пиццы, пол был усеян приглашениями с прошлых банкетов, в углу неровной шеренгой выстроились разнокалиберные бутылки с элитным алкоголем – подарки партнеров.
Закрыв кабинет на ключ, Михаил пристально посмотрел на Анну.
– Я скучал, – сообщил он сварливо, будто в этом была вина девушки.
Легонько пихнув ее в кресло, стилист присел на колени.
– Взял бы да позвонил, раз скучал, – сказала Анна. Она глубоко вздохнула, когда он принялся стягивать с нее трусики.
– А ты? Ну хоть чуточку скучала? – задал Михаил вопрос.
– Да, – без раздумий отозвалась Анна и задрала голову, уставившись на кривую трещину, зигзагом скользившую по потолку.
– У меня такое чувство, будто тебя пару минут назад оглушили мешком по голове, и ты только сейчас приходишь в себя, – признался Михаил, поглаживая гладкую коленку Анны.
– Все нормально, – вздохнула она. – Только теперь я думаю – как успеть это дурацкое интервью с султаном…
Стилист обиженно выпятил нижнюю губу:
– Ань! Ты можешь хоть сейчас поговорить о чем-то другом, кроме работы?
Его взгляд уткнулся в смятые трусики, одиноко лежащие на полу.
– Ну невозможно так!
– Ничего не поделаешь, Миша. Я хочу бабла и славы, значит, надо вкалывать, – резюмировала Иванушкина.
– Ты Вику свою побольше слушай, ага, – ворчливо проговорил стилист. – Она тебя специально задвигает, потому что ездить на тебе удобно. Неужели ты не въехала до сих пор?! Давно бы уже подсидела ее!
Анна наклонилась и мягко обхватила его лицо ладонями:
– Не, Миша. Я так не могу. Все по-честному должно быть.
– Откуда ты только такая честная взялась…
Она погладила его по голове, и тот нарочито медленным движением приподнял юбку девушки. Анна вздрогнула, издав тихий стон.