Чтение онлайн

Винс лежал там, где я его оставила.

Увидев меня, парень обрадовался, засыпал вопросами, как остальные. Обманывать не стала, рассказала всё, как есть, и попросила послать Авалону магическую весточку.

Силы у Винса нашлись, только подсказывать, как правильно сплести заклинание, пришлось мне: от пережитого у парня все не боевые чары из головы вылетели.

Всё, теперь оставалось сидеть, ждать и молиться, что помощь подоспеет вовремя.

Разом навалилась усталость, организм требовал отдыха.

Я рухнула рядом с Винсом, прикрыла глаза и сама не заметила, как погрузилась в тяжкий, глубокий сон.

Оказывается, можно спать и в таком месте: посреди Гнилой гати и горы трупов. Лежать, не в силах пошевелиться, ни о чём не думать и ничего не чувствовать.

Я очнулась на пропахшей табаком дохе. Рядом, тоже на чьих-то тёплых вещах, явно с крестьянского плеча, вповалку лежали настрадавшиеся мужчины. Все бледные, кто с зелёным, кто с серым, кто с синим отливом кожи.

В руку упирался нос Винса. Парень сладко посапывал. Это хорошо, значит, живой.

Занималась заря. Робкие лучи солнца румянили верхушки деревьев. Щебетали птицы, поскрипывали колёса.

Телегу трясло на ухабах. Да так, что иногда казалось — дух вышибет. С такой ездой врагов не надо! Понимаю, дороги такие, но раненым от этого не легче.

Видимо, маги без сознания, потому что стонов не слышала.

А Винс спит себе, ничего не замечает. Мне бы так!

Телега в очередной раз подпрыгнула, и я, набив пару синяков, села, потирая затылок.

— Проснулись? — с участием спросил сидевший боком ко мне мужчина.

Я его не знала, поэтому с интересом рассматривала. Немолодой, толстенький, с 'гусиными лапками' у глаз, он напоминал моего учителя словесности в Межене.

Зато лицо живо обернувшегося на голос Миклоса не могла не узнать. Он тут же начал выспрашивать, не болит ли чего, и всё недовольно косился на спутника.

Третий мужчина, возница, оказался простым горожанином.

Странно, я думала, нас заберёт сам Авалон. Или он занят Гнилой гатью?

Заверив, что не пострадала, только безумно устала, обессилила и перенервничала, спросила о тех, кому повезло меньше.

Вспомнился слабый пульс Джено, полные боли глаза Иствана. Дожили ли они до утра?

— Выживут, — авторитетно заявил мужчина с 'гусиными лапками'. — У меня не умирают.

Значит, он целитель. Раз так, волноваться, наверное, не стоит. Вряд ли Авалон послал за коллегами недоучку. Смерть двух сильных магов — невосполнимая потеря для Верешена.

— А где остальные? — вопрос я адресовала Миклосу.

— Скоро вернуться должны, — уклончиво ответил тот. — Ты ложись, поспи.

Странно, если они обследуют гать, почему нельзя прямо сказать об этом? Неужели Миклос думает, будто от упоминания о болоте мне станет дурно? А ещё говорят про женскую логику — мужская тоже иногда ставит в тупик.

Целитель, представившийся Золтаном, выпускником Блошской Академии магии, расспросил о ночных событиях и удивился, как троица вообще осталась жива. Я в ответ удивилась, откуда в Верешене взялся дипломированный специалист такого уровня. Блошская академия — заведение солидное, на равных конкурирует со столичной. Наша тоже не хуже, мы всегда в тройке лучших по итогам студенческой аттестации.

И тут Верешен… В таком городке обычно практикуют знахарки и обычные лекари, но никак не целители.

Оказалось, Золтан жил в Нийске. Авалон послал за ним, когда узнал, что маги при смерти, и целитель провёл пару неприятных часов в седле, пока не добрался до Верешена.

Первую помощь пострадавшим оказали подоспевшие по весточке Винса товарищи. Тот успел рассказать о моих подвигах, наверняка приукрасив.

— Вы ведь в одном доме с Истваном живёте? — поинтересовался целитель.

Я кивнула.

— Тогда вам указания оставлю. Будете следить, чтобы он по часам всё пил.

— А как же Вилма? — с трудом, но вспомнила имя невесты некроманта.

— Она его выхаживать станет. Всем работа найдётся, — улыбнулся Золтан и поправил сползший с Джено плащ.

У моста нас ждала делегация магов Башни духов. Заспанные, всклокоченные, они мерили шагами снег, в нетерпении посматривая на дорогу. Заметив телегу, маги встрепенулись и в мгновение ока оказались рядом.

— Вижу, вы тут самая здоровая, Рената, — вздохнул Авалон, пристально вглядываясь в лица раненых. — Если б знал, ни за что бы…

Он махнул рукой и отвернулся.

— Не корите себя, — попыталась я успокоить Авалона. Тот, несомненно, считал себя виновником несчастья. Не досмотрел, не оценил степень опасности, вдобавок, едва не лишил город некроманта. А в Верешене без такого специалиста нельзя.

Мы с Винсом — тоже головная боль. Именно Авалон отвечает за наши жизни и здоровье. Представляю, какой шум поднимется, когда власти узнают!

— Олух я, Рената, — вздохнул Авалон. — Знал ведь, лич объявился — и в Гнилую гать вас послал. Стреляный воробей — и так оплошал! Ладно бы по делу, а то ради бумажки…

Я кивнула, соглашаясь. Плата оказалась слишком высока.

Авалон заверил, Гнилая гать полностью безопасна. Лес они тоже прочесали и уничтожили все гнездовья нечисти.

Но о чём-то Авалон умолчал. Я чувствовала это по интонации, по тому, как он обменивался странными знаками с другими, будто требуя, чтобы они о чём-то молчали.

— А лич, он?..

— Никого не убил, к счастью, только звери пострадали. Где его жилище, не знаю, но точно не в Верешене. Будем надеяться, ушёл совсем, новый материал для экспериментов искать. На всякий случай я всё в Министерство магии сообщил.