Чтение онлайн

Кучер принес белую рогожу, в которую положили капитана и отнесли в карету.

Мы с Гариным так и не пожали друг другу руки. Кажется, наш конфликт только разгорался и мог закончиться только смертью одного из противников. В Гарина я бы сегодня точно не промахнулся.

Перед тем как карета уехала, Крылецкий подошел и протянул запечатанный конверт.

— Капитан Николаев просил передать лично вам, в случае своей гибели…

Я подошел к обрыву реки, сел на траву и вскрыл конверт.

' Господин Никитин, если вам передали это письмо — значит меня уже нет в живых. Может это и случайность, но сегодня ровно год, как я полностью потерял свою семью в трагическом пожаре. Для меня это было огромным ударом. Говорят, время лечит. Но только не меня. Я очень сильно любил жену и детей, и как только похоронил родных — жизнь для меня уже не имела смысла. Я начал выступать на дуэлях и стреляться за господ как одержимый и искал погибели, но пули меня не брали. Я был будто заговоренный и забрал жизни еще четверых. Однако сегодня все закончится, мой дорогой друг. Не от вашей, так от моей собственной пули. Прощайте и любите своих родных. Капитан Алексей Николаев, Драгунский лейб-гвардии полк'.

Повестку на судебное заседание доставили на третий день после дуэли. Заседание назначили на понедельник, у меня еще оставалось целых четыре дня.

— Что мне может грозить, Егор Сергеевич? — спросил я Вахрушева.

Ротмистр задумался:

— Андрей Иванович, давайте рассуждать с точки зрения нашего законодательства. Вы избили и покалечили дворянина. Да, он негодяй и подлец, похитил вашу невесту, бил ее, пытался взять силой… но фактически Аглая — крепостная девка, даже не вольная. Кстати, почему вы до сих пор не дали невесте вольную?

— Это моя промашка. Хотел сделать Аглае подарок прямо перед свадьбой.

— Теперь ничего нельзя исключать. Думаю, Андрей Иванович, вам угрожает до пяти лет ссылки, возможно даже отречение от дворянства… подобный случай произошел в прошлом году в Царицыне…

Да что же такое! Опять пять лет… Неужели за то, что я отделал мразь и подонка?

— Председатель уездного суда Вершинин — приятель Гарина. Он наверняка попытается вынести максимально суровый приговор, но окончательное решение за Сенатом. Я рекомендую вам обратится за помощью к полковнику Кудасову, наверняка он сумеет помочь.

— Я уже отправил письмо Кудасову, где подробно изложил обстоятельства дела.

— Поговорите с соседями. Я имею в виду генеральшу Попову. На судебном заседании допускается присутствовать дворянам. Она замолвит за вас словечко… да и княгиня Ягупова…

— Не хочу я обращаться за помощью к женщинам, еще чего не хватало…

— Зря вы, Андрей Иванович… как бы там ни было — я за вас буду горой стоять…

— Егор Сергеевич, вас на судебном заседании не будет. Охраняйте усадьбу. Если меня отправят в ссылку, шкатулку передадите Кудасову, секретный код я сообщу. Не хочу вас и жителей имения под удар подставлять. Золотой овен и ожерелье из шкатулки — ваши, как и обещал. А после можете возвращаться в Царицын…

— Андрей Иванович, не будем мчаться впереди коней. Посмотрим еще, как судебное заседание пройдет… кстати, ваш приятель Аксаков из Царицына в приятельских отношениях с губернатором, знает многих министров. Ему обязательно тоже напишите.

— Да. Кириллу Андреевичу, пожалуй, стоит написать. Он человек грамотный, что-нибудь придумает…прямо сейчас отправлю письмо.

— Если Гарин подключил свои связи — подключайте и вы свои. Тем более, на вашей стороне правда.

— Кстати, послезавтра у меня венчание и свадьба,– ошарашил я ротмистра.

— Вот это новости…

На следующий день мы с будущей супругой почти весь день провели в Тимофеево. Я купил невесте свадебное платье, фату, белые туфли с серебристой застежкой. Себе приобрел новый фрак и выбрал обручальные кольца. Аглая попросила только об одном, чтобы свадьба была скромная.

Вечером, когда вернулись в усадьбу и поужинали, я позвал Аглаю в кабинет. Она вошла и робко встала у кресла.

— Присаживайся, Аглаюшка, в ногах правды нет…

Я торжественно достал из ящика стола вольную грамоту и протянул будущей супруге.

— Аглая Федоровна, позвольте вас поздравить. Теперь, с этой минуты, вы больше не крепостная. Свободный человек. Вольный, как птица в небе…

Она внимательно прочитала грамоту и покачала головой:

— Благодарствую, Андрюша… Но только не как птица в небе… а уж если и летать — то вдвоем… Твоя я, плоть от плоти, крови от крови…– она подошла, обняла меня и сама потянулась к губам.

После продолжительного поцелуя я взял любимую на руки, мы оказались на диванчике и долго миловались, пока на улице уже совсем не стемнело.

— Андрей, я спросить хотела,– произнесла Аглая.– А что это за странная книга в твоей спальне на столе?

— Случайно приобрел в придорожной гостинице. Ты знаешь, что в нашей местности раньше стоял город Сарай-Берке, столица «Золотой Орды»?

— Конечно я слышала, что Русь платила Орде дань триста лет, но не знала, что их столица была здесь…

— Подожди…

Я принес книгу из спальни, зажег свечу и приоткрыл страницу, на которой закончил чтение.

— Послушай, Аглаюшка…

Черный всадник из Хадж-Тархана прибыл на рассвете. Стражи подождали, пока он утолит жажду и завели его во дворец. Хан Тамирхэй неторопливо вышел из покоев, в расшитом парчовом халате.

— С чем пожаловал, Юралхай?

— С черными вестями, повелитель. Тимур-хан, железный хромец, сжег Хадж-Тархан. Он лично казнил четверых темников. Его войско, неистребимое и алчущее, огромное как море, всего в пяти днях пути от Сарай-Берке.