Чтение онлайн

Бесстрастно, безмолвно, почти безропотно капитан рейнджеров Мик Риант, вскарабкавшись по знакомому воздуховоду, воротился в ремонтную зону. Там слева был еще один спуск- транспортный пандус, видимо, ведущий на пятый подземный уровень цитадели. Но прежде, чем лезть дальше, Мик Риант решил досконально изучить доступные места на третьем подповерхностному уровне. Головокружение от успешного подземного рейда у него прошло без следа, наверное, потому что помнил, как насчет детских болезней предостерегали классики тоталитаризма. Вследствие чего, тотальный обыск ремонтной зоны лишним не будет, если обнаружится что-либо, годящееся в дело.

В самом деле, спустя недолгое время отыскались баллоны с каким-то органическим окислителем, криоемкости с жидким кислородом, и азотом, и водородом. Как ни странно, в идеальном состоянии, спустя 45 столетий-то! Нашлась еще гора вкусных ингредиентов, так что капитан Риант состряпал полдюжины зарядов старой доброй трехмерной взрывчатки. Ручных гранат объемного взрыва можно было изготовить и побольше, но на эту чепуху он пожалел время. Его лучше бы пустить на мародерство, вон один из благообразно выглядевших покойников держится за внешне исправный штурмовой айсган. Демонтировав умершую вместе с владельцем оптоэлектронику, Мик Риант опробовал ударно-спусковой механизм. Вроде как работает, бедному филологу лучше не надо. Затем он занялся испытаниями унитарных выстрелов. Патроны в мягкой оболочке с бронебойным плутониевым сердечником тоже благополучно пережили века и тысячелетия. Бронепробиваемость так себе, но холоду, шуму, стуку и грохоту достаточно — впечатляет с непривычки.

Остальные павшие в безвременьи цинь-американские воины имели относительно более продвинутое в веках армейское вооружение: древние мазеры, протонные разрядники, гравитационные пускатели. В то время как тип с отвальным полицейским айсганом, видать, у них значился кем-то вроде жандарма. Мундир на нем когда-то был сине-зеленым, а у прочих трупов синим или зелено-оливковым. Камуфляж, наверное, у них был такой веселенький…

Неторопливо, памятуя о спешной ловле когда-то где-то вымерших блох — не те нынче времена, леди и джентльмены, когда лишь живчики-инфильтранты живее всех живых — Мик Риант разыскивал еще какое-нибудь смешное добро и музейные курьезности, пока в казарме личного состава за баррикадой из металлических коек-лежанок он не наткнулся на неприметную дверцу, видимо, скрывающее место общего пользования и санитарно-гигиенические удобства. Не то чтобы ему очень хотелось туда проникнуть по неотложной причине большой или малой нужды. Дело не в том, если его пищеварительная и выделительная система физиологически латентно бездействовали в штатном порядке во время миссии, проходящей в специфичных экзобиологических условиях. В древний нужник капитана Рианта неудержимо потянуло по неистребимой командной привычке инспектировать, ревизовать казарменные и лагерные места коммунального предназначения. Он же все-таки командир спецгруппы на правах отдельного фельд-плутонга рейнджеров, а это вам не фунтик изюму; привык он, понимаете, школить и дрючить вверенный его попечению личный состав. Ведь стоит дать им волю, зеленым капралам-разгильдяям и недалеко от них ушедшим терц-сержантам, то они вмиг нужники загадят, никакому-такому роботизированному ежику-уборщику и самой умной сантехнике вовек с накопившимся дерьмом не справиться. А если проверка сверху вдруг нагрянет? Тогда беда. Поэтому временами и местами служака, педантичный до одури, целеустремленно и не задумываясь, капитан Риант победно и сокрушительно отворил дверь цинь-американского сортира для военнослужащих.

Лучше бы он этого не делал. Из полуоткрывшейся двери ему прямо в нос шибануло не вонью киснувшего тысячелетиями дерьма, а объемным взрывом мины-ловушки. Вероятно, какой-то шутник 45 столетий тому назад кого-то решил забавно разыграть или, предварительно поджарив, бризантно размолоть незащищенную цель.

А черт! Так и есть, облажался весь!!!

Вестимо, всего на одной десятой мощности силовых полей ИЗАКа капитан Риант едва ли пошатнулся при таком взрыве, но без нормальной экипировки ему, по-имперски куртуазно говоря, пришлось жарко, душно, несладко и невкусно. На детонацию и ударную волну он успел ускоренно отреагировать — уйти вправо и вниз. А вот, преодолев скорость света, избежать трехмерной вспышки никому не дано. Никакая целлеризация на свете на такое не способна. Термическое поражение, пускай вскользь, воздействует в момент.

Маска-нанофильтр вместе со слоем дефензориев моментально вплавилась в кожу лица; на груди и ниже квазиживая ткань комбинезона "комфи" тут и там была сожжена дотла, где ее не прикрывала армохитиновая сбруя экзоскелета. В общем, спереди идут проплешины ожогов, обгоревшие лохмотья комфика, а кое-где лоскуты глубоко обожженного и треснувшего наружного слоя кожи. Глаза под светофильтрами маски уцелели, и веки не слишком опалило, но вот брови сгорели до волосяных луковиц. Также под самые корешки в прах и пепел огнем пережгло вандейковскую бородку и усы Мика Рианта.

Гори оно гаром! Во где угораздило, в отхожем месте… Больно и обидно, братья и сестры…

Хотя о растительности на лице рейнджер Риант горько сожалел вовсе не из-за склонности к парикмахерскому щегольству и стильной стрижке. Отнюдь, если брови, усы и борода у него в анатомии работали как ольфатические рецепторы. Когда еще все снова отрастет? Остался, понимаете, с носом. И все. А пока рейнджер утратил на 40 с лишним процентов биологическую способность воспринимать запахи.

Биология и анатомия человека легко уязвимы, в отличие от синтетических омнирецепторов. В надбровных дугах, ресницах и в мочках ушей синтетика, кремнийорганика не очень-то пострадали и после того, как Риант треф-кинжалом срезал с собственной физиономии сгоревшую маску, оплавленные светофильтры и омертвевшие кожные покровы. Скальп-шлем тоже местами прикипел к коже головы. Но прежде лицо…

На время хирургической операции пришлось запустить металлический туман, распылить в округе криосостав и активировать боевой информационный модуль, немедленно приглушивший боль от обширнейших ожогов, затем бросивший все свои кибернетические силы на экстренную помощь симбионту — организму-носителю. Верному БИМу Мик Риант отчасти ассистировал, обработав поврежденные места масс-инъектором амбулаторных наноскафов из аварийного набора. Трудно сказать, кто кому помогал, но первая помощь израненному и обожженному организму была немедля оказана. Оставалось оценить потери от собственной командирской дури, несовместимой с одиночной миссией. Самим собой сначала научись командовать, дурак-человек с ружьем!

Вооружение и оснащение, как выяснил капитан Риант после придирчивого осмотра и тестирования, нисколько не пострадало. Старой взрывчатке не одолеть ни за понюх табаку продвинутые достижения суперлативных наук и технологий.

Функционально не поврежденными вышли из передряги и парный орган с мужественным достоинством рейнджера, прикрытые армохитиновой раковиной. Дух бойца был не сломлен и не опал бессильно от мелкой, однако же немало ему досадившей и круто его доставшей, временной неудачи.

Какой же это негодяй доставучий бомбу-то в нужнике пристроил? Вот же, сволочь древняя, хорошо сработал, на века. Небось, для своего командира старался… А может?!! Во, где безопасность была, аж сральник заминировали!!! Погодите, наша война еще и не начиналась, леди и джентльмены! Переживем и выживем…

Физиологическую боль и два-три дня, необходимых на выздоровление, придется как-то перетерпеть. В таком плачевном виде много не навоюешь. Все ладно, когда не накладно… Ладушки у бабушки, как говорит подруга Саби, руки-ноги на месте, в сапогах и перчатках, на чреслах набедренная повязка из остатков свежепрожаренного комфика. Два кинжала и айсган членом наперевес. Чем не воин-варвар из клана-племени ба-бу-бы, без страха, упрека и без штанов?

Раз такое дело, рейнджер решил не страдать попусту в подполье, впотьмах и выйти наружу натурально позагорать, подзарядить инсоляцией наноскафы, поправить внезапно пошатнувшееся здоровье. А заодно глянуть, что там снаружи на земле и в небесах творится, делается.

Идти сдаваться, эвакуироваться, срочно требовать оказания помощи тяжко раненому бойцу — капитан Мик Риант и теперь не собирался. Не ровен час, заметит кто его обгоревшую рожу — испугается, с орбиты сверзиться. Потому и выглядывал из траншеи как зоркий снайпер. И все увидел с прибаутками. В правду молвить иль солгать — нелегко не приметить замерший в нескольких метрах от него здоровенный полиамбиентный беспилотник с полуоткрытым люком и с большой желтой надписью на черном борту: Эй, капитан Вселенная!