Чтение онлайн

— Да, моя любовь, — подтвердил ее догадку и поцеловал в сморщенный от удовольствия носик. Я быстро сложил оставшиеся пять прутьев, собрал все верхушки в один пучок и крепко обмотал веревкой.

— Теперь нужно поправить их, чтобы получилось ровное дно и можно начинать оплетать их снизу вверх, — взял длинный корень и начал продевать через каждую петлю то снизу, то сверху. Вскоре начала вырисовываться шестиугольная форма.

— И не забывайте чередовать, сначала пропускаем корень сверху, потом — снизу.

— О, как умиротворяет эта работа! — радовалась Шелли, проворно перебирая руками. — Эти ульи будут идеальны для наших шмелей, и соты можно будет легко достать.

— Где мы их разместим? — Сет только закончил связывать вместе петли для каркаса. Все-таки эта работа больше подходит женщинам, чем неуклюжим мужикам.

— Шмели любят солнечный свет, так что предлагаю подвесить ульи на деревьях, которые растут на верхнем поле, — сказала Шелли и зажала каркас между коленей, чтобы плести было удобнее и быстрее. Нам всем настолько понравилась эта идея, что один за другим мы последовали ее примеру.

— Это будет очень удобно,потому что именно там я попросил Мило спроектировать теплицу, — добавил, довольный тем, что мозги у нас работают в одном направлении.

— Что такое теплица? — спросила Рита, вытаскивая из кучи на столе еще один корень.

— Это большой дом, сделанный из стекла. Там можно выращивать растения круглый сезон, даже когда холодно. Именно там мы будем выращивать бодроцвет. И туда же можно будет перенести ульи со шмелями, чтобы они могли в свое удовольствие опылять цветы, когда наступят морозы, — нараспев говорила Шелли, едва сдерживая ликование. Она была такой счастливой, что заражала этим состоянием всех вокруг. Благодаря этому мы сплели ульи не напрягаясь, за непринужденными разговорами обо всем и ни о чем.

Это так расслабило Олли, что он задремал в своем кресле у очага. Я еще никогда не чувствовал себя так свободно и спокойно в компании.

Поэтому когда взволнованный Бруно ворвался на кухню, это было похоже на то, что меня окатили ведром ледяной воды.

— Хозяин, извините, что прерываю, но у наших ворот стоит Ашер Уолтер. И он хочет вызвать вас на поединок.

— Ашер Уолтер… — странно, но я даже не возмутился, только скривился, как будто увидел кучу дерьма или лизнул лимон. Нашествия демонов, скачки, отравленные клинки, заговоры… Поэтому когда образ старого, плешивого стервятника с крючковатым носом всплыл в моем сознании, это не вызвало ни страха, ни негодования.

Грэг вжал голову в плечи, чуть съехал вниз по стулу и продолжил возиться с плетением. С учетом его последней встречи с этим мерзким Ашером и его неприятной женой, его реакция была понятна.

Это произошло сразу после приема у повелителя в Голубую ночь, когда мы с Ритой вырвали мальчика из лап этого ублюдка прямо в разгар ссоры. Грэг пытался отстоять честь моей жены от злобной клеветы Энджи и облил ее платье вином. Она пришла в ярость и заставила своего мужа разобраться с ним и вызвать на дуэль. Если бы мы не вмешались, он убил бы его.

— Мне казалось, мы ясно дали понять этому уроду, что никаких дел между нами никогда не будет, — какого черта ему вообще надо? Вряд ли этот трусливый стервятник решился бы вызвать меня на честный бой.

— Должно быть, для Ашера Уолтера это не так очевидно. Он отказывается уходить без аудиенции, у него даже есть подписанный документ от члена совета из Бронзовой Гавани, Алека Свана, — сказал управляющий, нервно заламывая руки.

— Нихрена не понимаю, — сжал переносицу пальцами, мозги уже начинали кипеть. — Что еще за документ?

— Бывают обстоятельства, когда дуэлянт может запросить документ, подтвержденный членом Совета Ашеров, который дополняет или изменяет условия поединка, — объяснил он и поправил монокль, переключаясь на режим профессора. — Как правило вызов на поединок может быть обусловлен тремя основными правилами. Первое: Ашер не может вызвать на бой соперника, который ниже него по рангу. Исключение составляют только случаи, когда было нанесено тяжкое оскорбление, и среди свидетелей есть непредвзятые люди, способные это подтвердить.

— Да, помню, это вроде того, как Дуэйн вызвал меня на поединок после того, как я оскорбил его честь на глазах у всех жителей Долины. Из-за этой поправки он смог бросить вызов такому ничтожеству без ранга и славы, — говоря это, взглянул на Риту и понял, что она тоже в тот момент вспоминала нашу первую встречу. Тот день был одновременно лучшим и худшим за всю мою недолгую жизнь. Рэд знатно меня потрепал, но я ни на секунду не жалел о том, что ввязался во все это.

— Совершенно верно, — сказал управляющий и продолжил свою лекцию. — Второе правило заключается в том, что оружие выбирает Ашер, которому бросили вызов. И третье, последнее, говорит о том, что победитель забирает все имущество и активы проигравшего, и может распоряжаться им по собственному усмотрению.

— Да, эти простые правила я помню, — хотя нихрена простого в том, чтобы убить человека, даже если он конченный ублюдок, не было. Ни с моральной, ни с технической точки зрения.

— Но в некоторых случаях устанавливаются дополнительные правила. Например, если нет свидетелей оскорбления, или когда Ашер хочет, чтобы имущество в случае его смерти отошло Совету или деловым партнерам. Нюансов множество и обе стороны могут договориться о них до начала поединка. Для этого нужно обратиться к наиболее влиятельному Ашеру в городе и составить документ, в котором это все прописано. Таким образом простые, нерушимые правила окрашиваются в полутона.

— Так… Это что-то вроде делового соглашения? — начинало доходить до меня. — «Эй, я хочу убить тебя, но на всякий случай, если ты доберешься до моей глотки первым, мне бы хотелось, чтобы дальше события все равно развивались по моему сценарию». Это такая сделка?

— Или что-то вроде: «Твое присутствие оскорбляет мою тонкую душевную организацию, но единственный, кто может доказать, что это небезосновательно, — это воооон тот жирный поросенок», — в шутку Сет вставил свои пять копеек, за что получил мое одобрение. Забавно, именно так и было у нас с Адлером.