Чтение онлайн

— Что ещё за [Покровительство лидера]?

После того как она снова прослушала ответ, её лицо стало выражать заинтересованность. Аска взяла со стола скальпель и быстрым движением сделала короткий разрез у себя на руке.

От неожиданности я аж ойкнул, когда в том же месте у меня появилась ровная резаная ранка, а у Аски просто едва заметная царапина.

— Прикольно! — воскликнула она. — Я даже боли не почувствовала!

— А вот я почувствовал!

Аска хищно улыбнулась и впилась своими губами в мои, после чего ответила:

— Ну, теперь ты у меня на поводке. Будешь баловаться, получишь!

— Эй!

— Не эйкай. Хотя, если ты за меня теперь и в эти дни страдать будешь, я тебя в мужья возьму!

Ответить я ничего уже не смог, так как наши губы снова срослись, а руки мои потянулись к самым интересным местам, и впоследствии было уже не до разговоров.

— У-о-о-о! Смотрите! Там магазинчик с мангой! Давайте зайдём!

— Чи-и-их! Мы тут не ради развлечений! Забыла? — закатил я глаза и схватил за шиворот так и норовившего сбежать рунолога.

Девушка развернулась в воздухе, смешно болтая ногами, и заканючила:

— А на обратном пути? Ну, позязя!

Я посмотрел в её полные мольбы глаза и покачал головой:

— Не думаю, что получится. Мы собираемся ворваться в секретный охраняемый объект и смыться с особо опасными заключёнными. Ты это вообще осознаёшь?

Кажется, Чих это всё же осознавала. Но вот принимать не хотела. О чём свидетельствовала её горестная рожица, полная страданий и печали.

— Ну вот. Ребёнка расстроил, — усмехнулась Аска, когда я вернул Чих на землю.

— Но-но-но! Мы, вообще-то, ровесницы! — возмутилась Чих.

Что выглядело на самом деле весьма забавно. Потому что из-за разницы в росте Чих действительно выглядела как школьница.

— Далеко нам идти? — спросил я у Игоса.

— М-м-м… Километра четыре.

Я обернулся и посмотрел на нашу толпу народу. Блин, надо было всё же отправляться двумя группами по раздельности. Заняло бы больше времени, но было бы не так палевно. Мы, конечно, выглядели как туристы, но от этого привлекали ещё больше внимания. Поэтому в какой-то момент я всё же решился попросить Синта наложить на нас иллюзию.

Маг постарался, и вскоре мы уже выглядели как группа азиатских пенсионеров с фотоаппаратами. И это натолкнуло меня на вопрос, обращённый Синту:

— Кстати, а что видят случайные камеры наблюдения, когда мы попадаем в объектив?

Тот был максимально сосредоточен, но всё же мог отвечать:

— То же самое, что и глаз. Иллюзионизм работает со светом, а не с сознанием. Так что, с точки зрения оптики иллюзия мало чем отличается от реального объекта.

— А что со спектральным зрением? Ты уже научился скрывать ауры?

— В целом да. Вот только мне пока что трудно создать для каждого отдельный образ. Поэтому у нас сейчас как бы у всех она одна. В смысле одинаковая.

Данная информация меня немного успокоила. Поэтому я и сам начал заинтересованно таращиться вокруг. До возвращения из бездны, я в принципе никогда не был за границей. А сейчас уже посмотрел и Южную Америку немного. Вот и в Токио побывал.

И тут я подумал, что как только разгребемся с насущными вопросами, можно было бы взять Аску и рвануть в какое-нибудь путешествие, пока Земля ещё не пала под натиском бездны. Хотя мне пришлось тут же себя одёрнуть. Я заходил к Чипсету, чтобы почитать, что там пишут в новостях. И, судя по всему, гайки в отношении одарённых закручиваются лишь сильнее.

В не самых демократичных странах они становятся если не людьми второго сорта, то, как минимум, теми, к кому приковано повышенное внимание. В особо религиозных странах даже бывали случаи казней одарённых, так как, по мнению фанатиков, они были представителями дьявола на земле.

В государствах, где что-то когда-то слышали про «права человека», одарённые были обязаны регистрироваться в специальных реестрах. Хорошо, хоть никаких жёлтых звёзд пока что нашивать не заставляли.

И что самое интересное, даже либеральная общественность практически не визжала против такой явной дискриминации. А всё из-за одного инцидента, когда какой-то полоумный придурок по пьяни спалил свою жену с помощью магии. Феминистки сразу же усмотрели в силах одарённых ещё один инструмент патриархального угнетения. Естественно, игнорируя тот факт, что женщины также могут получать силы. Вот только, по каким-то недостоверным данным, мужчины становились одарёнными чаще. Да и вообще, белых гетеросексуальных угнетателей опять же среди них было больше. Поэтому преследование обладателей сил горячо поддерживалось всеми.

И читая все эти статьи, я не переставал удивляться, насколько на Земле всё отличается от Эбиса. Там класс можно было получить, только спустившись в саму бездну. Здесь же её влияние было столь высоко, что даже на поверхности можно было случайным образом инициироваться.

Вот только случайным ли? Практика показывает, что класс чаще всего снисходит на тех, кому приходится в жизни бороться. В борьбе определяются наклонности и качества человека, соответствующие какому-либо классу.

Поэтому, кстати, больше всего одарённых «поверхностников» появлялось в воюющих странах. И если такая страна была достаточно светской, то там как раз таки к одарённым относились получше, расценивая их как военное преимущество.

Что касаемо Японии, в которой мы сейчас находились, я навёл справки. Довольно консервативное японское общество не очень хорошо относилось к одарённым. В маленьком азиатском мире, где каждый человек считался лишь винтиком в корпоративной или государственной машине, подобные «бракованные» детали, которые начинают накапливать личное могущество, вызывали страх и недоверие.

Как и в Европе, они были обязаны регистрироваться в реестре. И судя по рассказам, после этого сделать какую-то нормальную карьеру им было уже проблематично. Что с ними происходило дальше, я информации не нашёл. Зато нашёл статистику по количеству преступлений за последние годы. И с каждым годом статистика становилась всё хуже и хуже. Что наталкивало на определённые мысли.

Вот только странным было то, что каких-то явных инцидентов с одарёнными в СМИ фиксировалось не то чтобы много. И как будто рост преступности было трудно напрямую связать с появлением сверхсил. Поэтому, зная то, как воздействует на умы бездна, можно было списать этот факт просто на её влияние.

«Хотя с другой стороны, а какая разница?» — подумал я. Пришли, сделали дело и ушли. Пускай они тут сами думают.

Мы находились сейчас далеко не в центре, поэтому народу вокруг было не особо много. Но всё равно то и дело мелькающие перед глазами лица вызывали во мне необъяснимую тревогу. А от проезжающих мимо громких мотоциклов рука сама дёргалась и тянулась к мечу за спиной.