Чтение онлайн

Просто чаем поить практика, за которым охотилась секта Фу Дай, было как-то не комильфо. Поэтому на стол выставились остатки обеда, мисочка варенья, персики. Ян Шань довольно прищурился и принялся уплетать варенье. Буквально на первой ложечке он замер, посмаковал блюдо, задумался о чём-то и довольно кивнул.

— О как… — Под его взглядом стало понятно, что части варенья я лишусь, поэтому, как приличной хозяйке, стоит предложить самой, чтобы не заставлять гостя выпрашивать или просто забирать желаемое. Улыбаемся и машем:

— Если вам так понравилось, я могу предложить вам баночку на дорогу, — надеюсь, я достаточно аккуратно завуалировала, чего от него ожидала. Точнее, что пора и честь знать.

— Баночку можно, — покладисто уточнил желтоглазый. Кажется, легко отделалась. А нет, в какой-то момент, глядя на меня, Ян Шань задумался, а потом уточнил:

— У тебя подобные сладости ещё есть? — Ян Шань внимательно посмотрел на меня.

Врать ему было нельзя, и я покачала головой: таких нет. Да и других вроде тоже.

— Только хурма сушёная, — уточнила я.

Желтоглазый задумчиво посмотрел на меня, а потом, удовлетворившись ответом, кивнул и заметил:

— Если будут — я не откажусь.

Кто б сомневался. Я невольно закусила губу. Мне не очень хотелось связываться с практиком, которого считают демоническим. Вот только отказ, похоже, даже не рассматривался. Хотелось бы, конечно, встать в позу и картинно отказаться, пообещав натравить Бай Шаня, но с ним пока непонятно что, поэтому будем паиньками. Надеюсь, кое-кто, кто разбудил спящего медведя, после того как проспится, будет мучиться дичайшим похмельем. Ну а пока…

— Я вам отложу баночку, как только сварю. А как вам её передать? — поинтересовалась я.

— Не стоит беспокоиться, — мне вежливо улыбнулись. — Возможно, я сам зайду.

Это мне не понравилось ещё больше. Впрочем, задерживаться Ян Шань не стал, допил чай, доел варенье и уже собирался уходить, как замер на пороге и напомнил:

— Что бы он у тебя не пил, не давай ему это — снова возиться с ним не хочется.

— Я не поила, — попробовала я отмазаться, но мне, естественно, никто не поверил.

— И да, займись уже своей безопасностью, — взгляд желтоглазого стал неприятно тяжёлым. — А то не поместье алхимика, а проходной двор какой-то.

— Обязательно, — пообещала я, искренне не понимая, почему ко мне проявляют своеобразную заботу.

Выпроводив желтоглазого, я перевела взгляд на Бай Шаня, посапывавшего на скамейке, где ещё недавно, до того, как у него появилась отдельная комната, спал Сяо ма. Осёл был искренне возмущён вторжением Бай Шаня на его территорию. В конце концов, у меня руки не доходили пока создать нормальное стойло. Посомневавшись, стоит ли мне перемещать Бай Шаня, я решила оставить пока всё как есть. Жалко, рассола нет. Рассол — полезная вещь при похмелье. Вот только я была не совсем уверена, страдают ли практики похмельем. Вот и выясним, — тихо хихикнула я и вернулась к подготовке к экзамену, потому что пока тридцать два способа обработки ингредиентов в моей голове не укладывались.

Когда я уже решила, что всё успокоилось, вернулся Сяо Ма, крайне расстроенный:

— Четыре серебряных монеты! Надо было собрать самим, ну или попроситься в подмастерье — всё бы дешевле вышло.

Я только покачала головой:

— За всё сразу не берись, иначе получишься средним универсалом. Лучше быть хорошим специалистом, но в одной области.

Сяо Ма недовольно покусал губы, а потом обратил внимание на не до конца убранную посуду.

— У нас были гости?

— Можно и так сказать, — усмехнулась я. — Подъели всё.

Вот уж действительно странные практики. Что-то мне подсказывало — желтоглазому тоже совершенно не обязательно было есть, но у меня им как мёдом намазано.

— Так что ужин придётся готовить, — развела я руками, хотя изначально предполагалось доесть остатки обеда.

Сяо Ма тяжело вздохнул, и мне вдруг стало его так жалко, что я не удержалась и предложила:

— Могу я?

— Ну уж нет, — отмахнулся Сяо Ма. — Ваши кулинарные изыскания — это, конечно, очень вкусно, но последствия… всегда интригуют.

Пока Сяо Ма кулинарил, я вышла во двор утешить расстроенный кустик. Он поник и, кажется, стал меньше, словно его несколько месяцев не поливали. Вот жешь, никогда не думала, что мне придётся беспокоиться о психологическом настрое флоры. Кажется, что Бай Шань и Ян Шань стали источниками его психологической травмы. Обижают бедного все кому не попадя.

— Ничего, ещё вырастешь, немного крупнее — и задашь им всем, — постаралась я утешить поникшее растение. — Они-то вон какие большие, тебе сейчас надо хорошо расти, много кушать, чем там тебя мыши подкармливают, и копить силы. Эти двое тоже не сразу сильными стали. А потом, когда вырастешь, можешь их покусать. И вообще, ты Бай Шаню мантию порвал, а это ого-го какое достижение!

Поникший куст встрепенулся и повернул ко мне цветок, словно задумчиво посмотрел. Я осторожно погладила расстроенную флору и влила в него немного ци. Куст довольно замахал листиками — кажется, его психологическое состояние восстановлено. Отлично. С этой проблемой разобрались.

Я медленно обошла двор, отделённый от леса низким, мне по колено, каменным заборчиком. У меня даже ворот приличных не было. С одной стороны мне нравилось и так, с другой — ко мне не то что практик вломиться может, меня ограбить под силу любому бандиту. Странно, что подобная мысль ещё никому в голову не пришла. А что — живёт себе девушка в лесу, из всей защиты — осёл да мальчишка.

В общем, как бы мне не было неприятно признавать, но желтоглазый был прав: у меня не было никакой защиты. Про защитный артефакт любимый дядюшка даже не вспоминал. Возникало ощущение, что я всё-таки не смогу его получить, либо смогу, но за такую цену, которую сейчас я потянуть не могу. И то и другое было не очень хорошо. Возможно, стоило просто смириться и подумать, как я могу защититься ещё. Просто в алхимических книгах, которые мне попадались, не было ничего про защиту. Возможно, стоило использовать какие-нибудь зелья для создания ловушек. Но я пока с трудом представляла, что можно сделать. Не яму же с кольями — для практиков это будет как слону дробина. К тому же подозреваю, над моими не слишком умело замаскированными ловушками — я в себя не очень верю — они просто посмеются.