Чтение онлайн

— Открытая одежда и накидка. Вполне нормально. — сказал Борис. — Ну и конечно знак президентского достоинства. И знак вооружённых сил обязательно, мам. Ты же у нас госпожа полковник спецназа! Что ни говори, звучит.

— Ладно. — Виктория с Ульяной выскользнули из кухни. Мужчины вымыли посуду и прибрали стол.

Через несколько минут стремительный джип вырвался из загородной резиденции «Трудовая» и, набирая скорость, помчался по направлению к Жуковскому. В сидевшей рядом с мужем загорелой женщине в лёгкой панаме и в блузке, открывавшей сильные плечи, обрисовывавшей развитую высокую грудь было трудно узнать президента России. Обычные номера, обычный автоответчик, обычный курсопрокладчик. Знак президентского достоинства, как и знак вооружённых сил России были до времени скрыты клапаном блузки. Борис, сидевший с Ульяной позади, открыто и свободно любовался мамой.

В Жуковском Знаменская и Орлов оставили джип на обычной стоянке и в числе других посетителей прошли на огромное поле. Они с интересом смотрели обширную программу авиационного праздника, с небольшими перерывами продолжавшуюся четыре с половиной часа. Сидя прямо на густой и высокой траве, в окружении россиян и иностранцев, Знаменская, Орлов и их дети были неотличимы от многих гостей праздника.

А посмотреть на этом празднестве было на что. Здесь были и юркие стреловидные истребители воздушно-космического применения, и среднеразмерные штурмовики, способные обходиться без наземного и космического наведения и выполнять задачи в полном одиночестве в тысячах километрах от ближайшей базы, и огромные тяжёлые стремительные летающие крепости, способные в одиночку делать то, на что раньше требовалась мощь целых воздушных флотов.

Праздник подходил к середине. С поля за какую-то минуту стартовали сотни огромных кораблей вертикального взлета, оружие которых было настолько разнообразно и убийственно, что многие страны мира не могли ему противопоставить ничего существенного ещё на протяжении ста пятидесяти лет.

Выполнив серию фигур высшего пилотажа, самолеты разошлись в стороны, образовав рамку, в центре которой появился серебристо-белый силуэт неведомого корабля. Знаменская услышала, как защёлкали с разных сторон цифровые фотоаппараты и увидела, как люди пытаются найти в объёмных банках памяти карманных ридеров что-либо соответствующее этому нараставшему на глазах силуэту. Но соответствия, даже близкого, не было.

— Восьмипалубник! — раздался справа возглас молодой женщины. Орлов видел, как люди поднимаются с травы, как сотни биноклей обшаривают приближающийся корабль.

— Названия нет. Опознавательных знаков нет. — констатировал припавший на одно колено пацан лет двенадцати, не спуская с приближающегося корабля линз большого морского бинокля.

Корабль между тем почти бесшумно приближался. Его громада снижалась, целясь точно в центр поля. Только когда корабль невиданной формы и циклопических размеров замер над центром огромного лётного поля, зрители обратили внимание, что слева по краю поля выстроились чёткие «коробки» подразделений сухопутных войск России, а справа — военно-воздушных и космических сил.

— Он сейчас сядет. — выдохнул пацан, опуская бесполезный уже бинокль. — Какая громадина…

Едва гигант коснулся опорами плит поля, грянул артиллерийский салют из трёх сотен орудий. Над полем расцвели мириады ракет, образовавших в вышине голубого неба разноцветный герб России.

— Трап. — отметил ещё один мальчишка, едва успевавший нажимать на сенсор спуска своего цифрового фотоаппарата. — Надо было видеокамеру брать, а я…

Действительно, корабль спускал на поле широченный трап. Едва аппарель коснулась плит, по её бокам выстроились гвардейцы спецвойск России, а из чрева корабля стали выходить все новые и новые офицеры и солдаты.

— Они ведут «коридор» к нам! — констатировал третий мальчишка, лихорадочно перезаряжая диск высокой плотности записи в своём фотоаппарате. — Интересно, почему именно сюда?

Коридор, образуемый все новыми и новыми воинами, дотянулся до кромки поля и упёрся остриём в тот сектор, в котором сидела президент с семьей.

— Экипаж выходит. Впереди командир. — выдохнул тот мальчишка, который пожалел о том, что не взял видеокамеру. — Боже, на них же форма космофлота России, но какая-то новая. У меня в ридере такой точно нет. — он всунул ещё один диск и нажал сенсор непрерывной записи с интервалом в секунду. — Они идут сюда, но к кому? — Он оглянулся, обшаривая взглядом близстоящих людей и замер, увидев Знаменскую, прижавшую к себе Ульяну. — Президент?

Его возглас о президенте был услышан. Знаменская встала, выпрямилась, сняла панаму и её чёрные волосы разметались по плечам. Праздной отдыхающей больше не было. Среди людей своего народа стояла настоящая императрица — сильная, быстрая и строгая.

— Президент здесь! — послышались изумленные возгласы. Вокруг Знаменской мгновенно образовалось свободное пространство, в которое уже вступил командир корабля, сопровождаемый двумя офицерами рангом пониже.

— Госпожа президент России. Экипаж крейсера приглашает вас на борт. — козырнув, доложил старший офицер.

— Рапорт принят. — Знаменская пожала руку старшему офицеру и обменялась кивками с его сопровождающими. — Ну и устроили вы волнение россиянам, господин Серебров. Вашего корабля в плане праздненства точно нет.

— А мы ввели. — улыбаясь, офицер отступил в сторону, приглашая президента пройти к кораблю. — Прошу, госпожа президент.

Оказавшись у аппарели корабля, Знаменская по-уставному поздоровалась с экипажем.

— И что сие значит? — спросила она командира, выслушав стройный уставной ответ членов экипажа.

— Сегодня исполняется сто дней с момента вступления вас, Виктория Станиславовна в должность президента России. Личный состав космических сил России и сотрудники военно-промышленного комплекса России дарят вам этот корабль. Он был заложен в момент принесения вами присяги президента на Красной площади и построен из сэкономленных материалов сотрудниками ВПК страны в свободное от основной работы время. Это подарок вам, как президенту и это — наша благодарность народу России. Прошу вас наречь корабль. — он протянул Знаменской пульт с единственной кнопкой. — Корабль должен иметь имя. Он — флагман космофлота России, флагман её элитных космических вооруженных сил. И имя у него соответствующее. — Серебров ободряющее улыбнулся. — Просим вас, Виктория Станиславовна.

— Ладно. Я, кажется, догадываюсь, какое у него имя. — она открыла крышку пульта и надавила серую клавишу. Броневая плита отошла в сторону, открывая славянскую вязь слова «Россия». Офицеры взяли под козырёк, солдаты вытянулись по стойке смирно, люди на поле и на трибунах секторов подтянулись и замерли.

— Дожимайте до конца клавишу, Виктория Станиславовна. — подсказал Серебров.

— Хорошо. — Виктория выполнила просьбу командира и дожала клавишу. Другая броневая плита отошла в сторону и открыла огромный герб России. В тот же самый момент грянули три сотни орудийных стволов и над кораблем в строю «стрела», держа парадное равнение и чётко расходясь в стороны, прошли две сотни истребителей элитного авиаполка «Россия». Впереди шёл флагманский истребитель, на котором Виктория Знаменская когда-то совершила свой первый полёт ещё в бытность президентом теневого кабинета. Она узнала машину и проводила её взглядом, пока силуэт мог быть ещё различим в синеве неба.