Чтение онлайн

Меджидов справедливо опасался, что нападавших много, и потому не стоило распыляться.

Теперь его УАЗ оказался последним, чему Вали втайне был очень рад. Он совсем не горел желанием подставляться под пули. Для этого есть его «братья». Пусть они гибнут во имя Аллаха.

Вали Меджидов такой ерундой голову не забивал. Он был хитрее и умнее. В противном случае ему ни за что не удалось бы не просто выжить на зоне, но и заработать авторитет.

Колонна проехала совсем немного, как вдруг Меджидов услышал, что кто-то барабанит по крыше его кабины. Извернувшись, он высунулся в боковое окно.

Стучал Маркел. Этот кяфир был старшим над неверными, которые стояли на внешней охране лаборатории, поскольку своим соотечественникам Мага столь ответственное дело не доверял. Кяфиры держались особняком. Их открыто недолюбливали, но конфликтовать с ними никто не решался. Эти неверные были не из того городского быдла, кого постоянно захватывали в плен и скармливали таинственным существам, которых Вали никогда не видел, хотя очень хотел бы посмотреть хоть одним глазком.

Кяфиры Маркелова когда-то были военными, среди них имелись даже офицеры. Как они попали к Маге, Меджидов не знал, но мог сказать точно: если они здесь, значит, на то есть серьезная причина, значит, каждому из них по закону военного времени грозит расстрел, и не только за дезертирство.

– Чего тебе? – спросил Меджидов не очень вежливо.

– Тормози!

Тон Маркела был не менее вызывающим.

Вали не преминул это отметить и скрипнул зубами. Когда-нибудь он лично зарежет этого неверного, а пока придется терпеть.

– Зачем?

– Тормози, говорю. Я с парнями выйду.

– Че?! – взвился Меджидов, еще больше высовываясь из окна.

Он никак не ожидал того, что сделает Маркел.

Тот схватил его за горло стальной хваткой и прошипел:

– Ты… Урка… Я тебе щас кадык вырву… Тормози!

Водитель, видя такое дело, затормозил сам.

Основная колонна тоже остановилась метрах в пятидесяти впереди. В темноте оттуда не видели, что происходит с отставшей машиной, поэтому ждали спокойно, предположив, что у нее заглох мотор.

Митяй и его люди тут же выпрыгнули из кузова, где им в соседстве с пулеметом было тесновато, но по понятным причинам они держались вместе. Обычно и водителем был кто-то из них, но в этот раз Меджидов еще на базе демонстративно приказал одному из своих сесть за руль, а сам уселся на пассажирское сиденье. Этим он подчеркнул, что возмездие, которое его «братья» несут Асмолову, будет исходить только от них, а кяфирам отведена второстепенная роль.

Освобожденный Вали заперхал и выхватил пистолет, выставив его в окно.

В ответ люди Маркелова и он сам вскинули автоматы, вразнобой клацнув затворами.

– Ты че, струсил? – прохрипел Меджидов.

– Сам ты струсил! Я о твой шкуре забочусь, гандон штопаный! Дальше по дороге, примерно в полукилометре отсюда, есть удобное место для ночной засады. Я со своими парнями прочешу там, поэтому вам надо ехать помедленнее, чтобы мы успели за вами.

Меджидов продолжал целиться пистолетом в лицо Маркелу, не веря ни одному его слову.

– Помедленнее?! – яростно прошипел Вали, уже придя в себя полностью. – Наши братья ведут бой, а мы должны ехать медленнее?!

– Если засады нет, я очень удивлюсь, – ответил Маркел, также целясь в уголовника. – Молись, чтобы я ошибся. Тогда подберете нас за изгибом дороги.

– По-настоящему ты удивишься, когда Хаким-бей узнает о твоей трусости, – зловеще проговорил Меджидов.

– Езжай, урка, – усмехнулся Маркел. – И Аллах тебе акбар.

Вали презрительно глянул на неверного и ругнулся сквозь зубы:

– Ха вирен тен доъл.

Когда колонна уехала, Митяй скомандовал:

– Рысью, мужики. Если там не будет засады, возвращаться на ферму нельзя. Этот урка преподнесет дело так, будто мы струсили. Тогда нам крышка. Но лично я устроил бы засаду именно здесь.

– Ты командир, тебе и карты в руки, – заметил кто-то из его подчиненных.

– Ну, тогда рассредоточились. Вперед!

– Живы будем – не помрем! – азартно выкрикнул старшина. – Ну, понеслась!

Автомобиль со «станкачом» уже стоял на дороге, а Коленвал находился в кузове, развернув пулемет в сторону приближающейся колонны. В голову ему ударила кровь, в этот момент он готов был воевать хоть со всем светом.

Грохот длинной очереди разорвал округу, добавившись к доносившейся издалека перестрелке. Мощные пули разворотили лобовое стекло головного УАЗа.

Будь Вали Меджидов в первой машине, не миновать ему смерти. И он возблагодарил Аллаха за свою прозорливость, за то, что надоумил остаться в хвосте колонны.

Радость Меджидова длилась недолго. Справа ударили несколько очередей. Пуля, не задев Меджидова, размозжила голову водителю. Вали почувствовал, как что-то мокрое и теплое плеснуло ему в лицо.

Он толкнул дверцу, вываливаясь вниз, но сильный удар под левую ключицу острой болью пронзил все тело, заставив Меджидова громко вскрикнуть. Он умер, наполовину вывалившись из кабины – ноги остались внутри, а голова и руки свесились к колесу.

Спецназовцы били длинными очередями по кузовам и кабинам остановившихся автомобилей. Пули разбивали стекла, выбивали щепу из бортов, мягкими шлепками врезались в тела, кроша кости, разрывая сосуды…

Люди корчились, кричали и стонали, лежа в кузовах вповалку. А безжалостные маленькие шершни продолжали и продолжали поражать слабые тела.

Кто-то успел выпрыгнуть, скрыться за автомобилями, но резкие вспышки, грохот и тучи осколков оборвали их жизни.

Лишь единицам повезло выжить, но все они были ранены либо пулями, либо осколками, оглушены и контужены взрывной волной. Оказывать какого-то сопротивления они не могли.

Рассредоточившись в предутреннем мраке, подчиненные Маркела бесшумной поступью скользили между деревьев, готовые вступить в бой в любую секунду.