Чтение онлайн

Я помнила это из маминых уроков. Мысль о том, чтобы знать день собственной смерти, всегда ужасала меня, словно нечто холодное и неестественное. Теперь я чувствовала, что моя может наступить в любой момент.

– Когда мой предшественник выбрал своим преемником меня, он понимал, что никто не воспримет всерьез мальчишку, совсем ребенка. Потому-то мы вместе с ним и создали этого андроида. Когда пришло время огласить имя нового Хранителя, он назвал имя Нейт. Каждый в нашем правительстве знает меня просто как посла и дальнего родственника лорда Нейта.

На лице Матиаса проявилась гримаса пренебрежения.

– Это возмутительно. Ты обманываешь собственный народ.

Хайсен повернулся к Матиасу и взглянул очень жестко:

– Мои люди обеспечены, ни в чем не нуждаются и ни на что не жалуются.

– А почему твой андроид объявил, что не верит мне? – спросила я.

– Это для жюри, – видя замешательство Матиаса, Хайсен пояснил: – Жюри из двенадцати Советников и городских Сенаторов должно присутствовать на каждой встрече с Хранителем, чтобы удержать его от необдуманных решений.

Он склонился над роботом и нежным движением вернул кончик носа на место.

– Я знаю, что они ни за что бы не дали свое согласие, поэтому я перепрограммировал Нейта, чтобы он просто защитил мой народ от психоэнергетической атаки. Он активирует маскировочные завесы вокруг нашего Дома, если наши датчики засекут высокие вспышки психоэнергии.

– Вот почему ты настаивал, чтобы мы первым делом отправились на Весы, – сказал Матиас.

– Конечно. Для меня мой народ важнее всего. И на этот счет не может быть никаких шуток. – Хайсен пересек комнату и распахнул потайную дверь: – Роу, позволь кое-что тебе показать.

Матиас собрался встать между нами, но я увернулась. Мне и самой не терпелось заглянуть в секретную комнату. Однако то, что я увидела, заставило меня пошатнуться.

Комната была шестиугольной, и все шесть стен полностью заполняли искусственные стеклянные глаза различных форм и размеров, каждый с радужной оболочкой песочного цвета, как у Нейта. Они так быстро вращались взад и вперед, что казались живыми, и все они смотрели на большой голографический эфемерид, что медленно кружился в центре комнаты.

– Закрой его! – вскрикнула я, отскакивая назад.

Хайсен прошептал код, и эфемерид тотчас исчез.

– Он не подсоединен к Сети, – пояснил он.

Все глаза теперь уставились на меня, и это было по-настоящему жутко. Рядом возник Матиас, шокированный не меньше моего.

– Это комната, в которой я читаю звезды, – сказал Хайсен, глядя на меня. – У меня нет такого таланта, как у тебя, Роу, поэтому пришлось прибегнуть к помощи технического прогресса.

Даже под прицелом стольких глаз я различила небывалое напряжение во взгляде Хайсена.

– Я сделаю все, чтобы защитить свой Дом.

Увидев теперь настоящего Хайсена, я не сомневалась в нем ни на минуту. Я шагнула внутрь шестиугольной комнаты, и все глаза проследовали за мной.

– Очень необычно, – признала я. – А как это работает?

На его лицо наползла кривая улыбочка, затем он наклонился и нежно поправил один глаз.

– Каждый из этих окуляров – это кибермозг. Они собирают и анализируют информацию со звезд, затем передают данные во все наши города. Также они связаны с Нейтом и «Ноксом». – Он обвел рукой комнату. – Тридцать шесть сотен умов работают в непрерывном режиме. Массивная параллельная обработка информации. Их выводы намного более объективны и обширны, чем выводы субъективного человеческого разума.

Его голос заметно оживился, и я подумала, что страсть к технологиям, очевидно, заложена в его натуре. Он был похож на Скорпионца так же сильно, как и на Весианца.

И затем я опять, как когда-то ребенком, почувствовала, что все эти отличительные черты между нами весьма условны и размыты. Например, Весианцы превыше всего ценят справедливость, и образование они рассматривают как верный способ ее достижения. Поэтому образование, что, по сути, является распространением знаний, в Доме Весов является обязательным. В то же время знания – это главная ценность у Козерожцев. Вот и Хайсен всегда на шаг впереди благодаря тому, что использует технические средства для расширения своих знаний.

– Искусственный астролог, – проговорила я, думая, как это круто. – Ты его сам изобрел?

Он скромно пожал плечами, пожалуй, впервые не напрашиваясь на комплимент.

– Я представил лишь общую концепцию, выступив на ежегодном симпозиуме Борьбы за Справедливость. Мне тогда было девять лет. На этом симпозиуме любой Весианец, вне зависимости от возраста, может подать новую идею, изобретение, проект, что угодно, если это содействует нашему стремлению к справедливости. Вот почему мой предшественник выбрал меня. – Хайске коротко усмехнулся: – Ну и, конечно, из-за моего непревзойденного весианского нрава.

– А это хитрое изобретение не предсказало случайно трагедию нашего Дома? – спросил Матиас. – Видело ли оно атаку на твой корабль?

Хайсен сразу поник, точно погас лучик солнца:

– Нет… и я не знаю почему.

– Значит, не такое уж оно и точное. – Матиас нахмурился и вышел из шестиугольной комнаты.

– Может, оно не способно видеть сквозь Темную Материю, – предположила я.

Хайсен уставился на окуляры в глубокой задумчивости. Он словно окаменел, и лицо его выражало крайнее напряжение. Я почти ощущала, как в его умной голове проносятся гипотезы и расчеты. Я сделала шаг к нему:

– Хайсен, тебе придется рассказать нам о твоем психощите. Ты можешь помочь и другим Домам?

– Пойдем. – Он привел меня назад в мастерскую, где взял стакан с голубоватой жидкостью.

Подцепив щипчиками со дна несколько крупиц зернистого осадка, он бросил их в неглубокую посудину.

– Я хочу сделать тебе подарок, Роу. Только, к сожалению, он еще не закончен.

Он показал мне содержимое блюда – с полдюжины крошечных круглых бусинок. Когда Хайсен слегка наклонил блюдо, они сверкнули радужными огнями.