Чтение онлайн

Шлепая по прибрежному илу и цепляясь за нависшие над водой ветви, Дайру выбрался на сушу, потянулся к Нитхе, чтобы помочь ей, и вдруг завопил:

– Учитель! Слева, сверху!..

Шенги, который орудовал клинком и когтистой лапой, держа хищников на почтительном расстоянии, чуть повернул голову влево и понял, что продолжается вылазка ночных Тварей в белый день. Откуда взялась эта мерзость? Из соседней складки? Три белесые Твари с гибкими длинными хвостами били крыльями по воздуху, рывками приближаясь к стае спрутомышей, вытянув продолговатые морды в сторону черного камня.

Шенги дважды хранила судьба при встречах с этими отвратительными созданиями Подгорного Мира. И он знал, что опасны не морды без глаз и рта, а хвосты с крюком на конце, способные одним ударом пробить тело человека.

А Дайру видел чудищ впервые. Но узнал сразу, не колеблясь:

– Слепые Тени!

Две Твари поравнялись с роем спрутомышей, поддели черную плиту крюками на хвостах. От ударов сильных крыльев камень поднялся над водой. Спрутомыши, не обращая внимания на неожиданных помощников, продолжали хлопотать вокруг своей ноши.

Третья Тварь взмыла под облака и, сложив крылья, спикировала на людей. Это вам не спрутомышь, обходится без ложных атак! И на пути у нее...

– Нит-ха-а-а! – отчаянно закричал Охотник.

Девочка бросилась в сторону, споткнулась, упала, поползла прочь...

Знал Шенги, что меч не берет скользкую, словно намыленную шкуру! И все же рванулся вперед – всем телом, как кот на мышь, – и ударил клинком. А когда сталь, не причинив врагу вреда, скользнула по гибкому хвосту, Шенги отчаянно вцепился в этот хвост когтистой левой лапой!

Гадина дернулась, изумленная наглостью человека. Грозный хвост взвился, как бич. Охотник отлетел в сторону и с силой грохнулся оземь. Но атака летучей Твари была сбита, и Слепая Тень начала набирать высоту, чтобы вновь ринуться на жертву.

Шенги попытался подняться. Как болит плечо! Отдача от удара вырвала из руки меч. Ребята пытаются укрыться в кустах, спрутомыши вьются над ними...

Пронзительный вскрик Нургидана:

– Учитель! Врата!

Врата? Это может быть спасением. Даже если хищники устремятся за ними, их наверняка разметает по складкам.

– Все туда! Скорее!

Сделал шаг – и боль чуть не свалила наземь. Нургидан и Дайру подхватили с двух сторон, помогли идти.

Что за Врата? Куда ведут? Неважно, там разберемся! А проклятые мыши бьют крыльями по лицу, рвут когтями кожу. Наконец вокруг серый туман перехода... или это от боли застит глаза? А дальше темнота – пещера, что ли?

И – резкий, яркий свет летнего полдня! Буйные заросли дикой смородины, густая трава, где-то внизу журчит ручей – наверное, слева обрыв...

Но спрутомыши тоже хлынули через Порог! Да, их стало меньше, но хватит для основательной драки. И остервенели, ничего не соображают.

Выдернув локоть из заботливой руки Дайру, Шенги вскинул лапу, сомкнул когти. Что-то живое, упругое противно затрепыхалось в стиснутой пятерне. Шенги с отвращением разжал когти, отбросил на землю бьющийся в предсмертных судорогах комок. Еще одна мышь с налета ударила в лицо. Охотник шагнул назад, оступился, упал на спину. То, что он увидел над головой, заставило охнуть от лютого, предсмертного отчаяния. Слепая Тень тоже прорвалась вслед за людьми сквозь Грань Миров! Белесая живая стрела успела набрать высоту и теперь беспощадно падала на добычу.

Все... надежды нет... конец...

Шенги не успел понять, откуда он взялся – этот воин в коричневом плаще, вставший над ним и заслонивший его от смерти. Меч незнакомца спокойно взмыл навстречу летящему с небес чудовищу. Охотник хотел остеречь своего спасителя, крикнуть, что меч не возьмет эту Тварь. Но было поздно! Сверкающая полоса стали встретилась с занесенным для удара белесым хвостом и чисто, красиво разрубила его!

Искалеченный хищник дернулся, потерял высоту, и клинок достал его, провел на светлом брюхе резкую полосу. Слепая Тень рухнула наземь, беспомощно запрыгала в кустах и сорвалась куда-то вниз.

Невероятно! Немыслимо! Да что за меч такой у этого воина?!

Шенги с трудом сел и увидел захватывающее зрелище.

Спрутомыши, поняв, кто здесь самый опасный противник, оставили в покое сбитых с ног ребятишек и всей стаей навалились на человека с мечом.

Шенги мог поклясться, что воин не коснулся пряжки у горла – плащ сам сорвался с его плеч и упал, накрыв двух спрутомышей. Остальные мельтешили вокруг, норовя вцепиться в лицо. Но как ни быстро порхали злобные Твари, меч двигался еще стремительнее, кромсая крылья и щупальца, усеивая траву ошметками бурой кожи. Клинок жил, клинок пел, клинок смеялся над врагами!

Нургидан первым вскочил на ноги, кинулся на помощь нежданному союзнику, но опоздал. Воздух уже очистился от кровопийц. Ветерок разгонял резкий запах, который источали останки спрутомышей.

Воин нагнулся к плащу, под которым что-то трепыхалось, поднял его и одним движением разрубил двух последних тварей. Бережно отряхнул плащ. Нургидану послышалось, будто незнакомец шепнул: «Спасибо, Заплатка!» Затем сорвал пучок травы и, вытирая клинок, обернулся к спасенным людям. Окинул быстрым взглядом троих подростков и мужчину, тяжело встающего на ноги, красиво отправил меч в ножны и обратился к старшему из потрепанной компании:

– Подгорные Охотники, верно? Вей-о! Ну и досталось же вам!

– Досталось бы крепче, если бы не помощь, – хрипло отозвался Шенги, который успел оглядеть свой маленький отряд и убедиться, что все живы и более-менее целы. – Да, мы Подгорные Охотники. Из Гурлиана. Не соизволит ли господин сказать, куда мы попали?

Незнакомец засмеялся, тряхнул густыми каштановыми волосами.

– Из Озерного королевства? Далеко вас занесло! Это Грайан, Лунные горы... Но до чего лихо вы из Врат выкатились – как бобы из драного мешка!