Знак Гильдии
Шрифт:
В памяти без приглашения возник образ дородной служанки из соседнего трактира.
– Поцелуй меня! – потребовала девочка.
Дайру тут же забыл грудастую служанку. Он неловко шагнул к этому сказочному существу, доверчиво глядевшему на него снизу вверх.
Ладони подростка легли на плечи девочки, и Дайру понял, что целоваться он не умеет. Вернее, не умел до этого мгновения. Весь его прошлый опыт не стоил и стертого медяка по сравнению с прикосновением к этим прохладным нежным губам.
Когда он выпустил девочку, та разочарованно вздохнула:
– И все? А я-то думала... Вот в сказках... и в «Скитаниях Ульгира»...
Дайру не дал ей договорить. Решительно обнял ее – какая мягкая коса под ладонью! – привлек к себе и закрыл рот вторым поцелуем, ласковым, длинным.
А потом стоял, вдыхая идущий от ее волос нежный, тонкий аромат, и с облегчением осознавал, что гром не грянул с небес, чтобы покарать его за дерзость.
– А может, и не врут сказки, – донеслось откуда-то из-под его подбородка. – Мне понравилось... А как тебя зовут?
– Дайру.
– А меня Вианни.
«Живая Песня... до чего же ей подходит!» – изумился мальчик.
Узкая ладошка скользнула по его ключицам, по шее, наткнулась на грубый ошейник и замерла.
– А это ты зачем надел? – В голосе девочки было простодушное любопытство.
Дайру опустил руки, отступил на шаг. Лицо подростка густо покраснело, губы задрожали. Словно он только что сидел гостем за пиршественным столом и вдруг его пинками выталкивают за двери под хохот слуг.
Но ничего ответить он не успел: девочка вдруг напряглась, словно вслушивалась во что-то, недоступное багровым ушам Дайру.
– Ой, отец идет! Ты с ним будешь разговаривать?
Нет, Дайру не хотел разговаривать с ее отцом! Совсем не хотел! Лучше быть подальше от этого главного и сильного, когда дочка наивно начнет ему рассказывать, как ее целовал долговязый паренек в ошейнике.
Дайру отчаянно замотал головой.
– Ну и правильно, – легко согласилась Вианни, – он сегодня сердитый.
Чувство долга с небывалой силой взыграло в душе мальчика.
– Мне надо вернуться к нашим! Они там, наверное, сражаются!
– Да говорю тебе, глупый, никто уже не сражается. Ну хорошо, иди, только стрелы не забудь. А когда встретимся, ты меня еще поцелуешь?
– А мы встретимся?
– А как же? – удивилась Вианни. – Обязательно. Только не скоро. А теперь иди, отец уже близко.
И ручкой указала, в какую сторону ему идти.
Дайру на миг задержался. В глазах блеснуло лукавое озорство:
– Только чур, пока не встретимся, больше ни с кем не целуйся!
– Конечно! – приподняла она тонкие темные бровки. – В сказках всегда так!
Дайру сделал шаг – и вокруг разметался пустынный берег. Ни леса, ни птиц. Густые сумерки. Костер среди скал. И Нитха поддерживает огонь.
Увидела его, вскочила, радостно закричала:
– Он здесь! Он уже нашелся!
Из сумрака ответили голоса – к костру спешили мужчины. Первым рядом с учеником оказался Шенги.
– Учитель, что это за складка за моей спиной? Я только что из нее вышел, даже на шаг в сторону не ступил.
Если Шенги удивился, то виду не показал. Рука нырнула в вырез рубахи, к талисману.
– Нет у тебя за спиной никакой складки. А до ближайшей топать и топать.
Нитха нетерпеливо дернула напарника за рукав:
– Ой, где ты был? Что-то интересное видел, да? А откуда у тебя арбалет?
Конечно, Дайру предстояло ответить и на эти вопросы, и на многие другие. Но сейчас он глядел на разрумянившееся от волнения личико юной наррабанки и одна мысль отодвинула все прочие на задний план.
Как мог он три года считать Нитху первой красавицей на свете? Почему вообще он счел ее красивой – с этой смуглой кожей, черными жесткими волосами, глуховатым голосом и совершенно не фиолетовыми глазами?
– Ах, как меняется облик двора, когда тон задает новая королева! И платья, и прически, и развлечения, и образ мыслей – все-все! Ясная королева Фаури романтична, любит предания Огненных Времен и в Джангаше словно время повернуло вспять! Платье, что на мне, одна из придворных портних скопировала с иллюстрации к поэме Айташа «Замок влюбленных». Моя госпожа, разумеется, читала, не правда ли, прелесть?
– Да, – кивнула Джалита Алмазная Земля, которая за всю жизнь не прочла ни единой книги. И к чему женщине книжная премудрость? Впрочем, если теперь это в моде – другое дело! Вон как уверенно Лейтиса сыплет именами поэтов!
Впрочем, Джалиту больше интересовал фасон платья гостьи. Королева наморщила узенький бледный лобик, стараясь уловить все детали необычного наряда. Подол чуть ниже колена – как смело! Рукавов почти нет – интересно! Квадратный вырез – ах, хорош! Весьма пикантно! Не то что маленький серпик у горла самой Джалиты. Королева почувствовала такое отвращение к своему вышедшему из моды одеянию, что хоть сбрасывай его на пол прямо при гостье!
Впрочем, Джалита не подавала виду. Она, в конце концов, тоже королева. Захочет – будет диктовать моду не хуже силуранской задаваки Фаури!
А Лейтиса, сочиняя на ходу сплетни, которые якобы бродят по Джангашу, неприметно приглядывалась к собеседнице и недоумевала, что в этой тусклой, бледненькой, глуповатой особе могло привлечь такого яркого мужчину, как король Фагарш. Да если еще вспомнить его рассказ о первой любви... Обычно мужчин тянет к женщинам одного типа, а тут – такое чахлое растеньице! Конечно, при вступлении в брак короли редко руководствуются голосом сердца, но это не тот случай. Какие уж государственные соображения на этой куче камней посреди моря! И богатства не принесла Фагаршу его вторая супруга. Лейтисе уже насплетничали, что будущую государыню вместе с ее сестрой привезли на остров дальние родственники: мол, приданого у сироток нет, пусть хоть слава будет, что побывали в гроте дори-а-дау. Может, не засидятся бедняжки в девицах... И расчет блистательно оправдался: обе нашли женихов прямо на острове. Старшей предложил руку некий грайанский властитель замка, а младшая и вовсе стала королевой. Повезло девочке...