Чтение онлайн

– Охотиться-то он охотился, – усмехнулся Ревенкрофт. – Только не на меня, а на нашего бывшего рулевого Кедрика. Я собирался было вмешаться, но меня опередил какой-то эльф.

– Должно быть, то был Итрандил из Кандара, – кивнул Заффа. – Так, значит, этот «компас» отслеживает местоположение Кедрика?

– Скорее всего. Тот головорез напал как раз на Кедрика, а в стрелке – человеческая кровь. Чутье вампира обмануть нельзя, – с гордостью добавил Ревенкрофт.

– Слушай, – указал Заффа на артефакт, – а он тебе нужен?

– Разве что раскусить стрелку в качестве аперитива перед обильной трапезой, – рассмеялся вампир. – Не вижу причин, по которым я мог бы разыскивать Кедрика. Возьми, если хочешь. – Ревенкрофт протянул артефакт Заффе.

– Спасибо. – Маг положил коробочку на полку рядом с книгами. – Ну что ж, до встречи, дружище вампир.

– Бывай, – усмехнулся Ревенкрофт, обернулся нетопырем и выпорхнул в открытое окно.

«Полетел гадить на головы стражникам Королевского квартала», – подумал Заффа, провожая нетрезвым взглядом крылатую тень.

На следующее утро, умывшись и причесавшись, Заффа отправился прямиком в кабинет ректора Академии. Но разговора, который помог бы биланцу получить представление о своем ближайшем будущем, не получилось. Стоило Заффе и Дорнблатту обменяться словами приветствия и сесть за стол, как в дверь кабинета постучал секретарь архимага – полуэльф по имени Альтамир.

– Мессир Дорнблатт, вас желает видеть какой-то странный человек, – сообщил он. – Утверждает, что дело, с которым он явился, имеет государственную важность.

– Почему бы, в таком случае, ему не отправиться к королю? – улыбнулся ректор Академии. Было заметно, впрочем, что такое отношение весьма польстило старому волшебнику. – Что ж, пусть войдет, – сказал Дорнблатт секретарю. И, повернувшись к Заффе, добавил: – Можешь пока побыть здесь. По опыту знаю, что такие «важные дела» обычно не отнимают много времени.

Альтамир впустил в кабинет нежданного визитера. Для аудиенции у архимага тот действительно выглядел весьма нелепо. Растрепанные волосы, помятая одежда, стоптанные сапоги, потрескавшаяся гитара на тесемке через плечо – и совершенно безумный взгляд. К тому же от гостя ощутимо несло потом и выпивкой. А довершал эту потешную картину нос вошедшего – длинный и острый, как у деревянной детской куклы.

– Здравствуйте. – Близоруко щурясь, «государственно важный» гость топтался на пороге.

Полуэльф, кивнув патрону, удалился.

Дорнблатт недовольно нахмурил брови: «Если каждый грязный забулдыга будет бежать ко мне со своим пьяным бредом, – подумал он, – придется, наверное, принимать меры по снижению своей популярности». Но выказывать своего раздражения архимаг не стал.

– Кто вы, сударь? – вежливо спросил он, не торопясь, однако, предлагать пахучему «сударю» место за столом. – И что привело вас сюда?

– Меня зовут Намор, – шмыгнув своим гигантским носом, ответил странный пришелец. – Бард Намор Долгонос, вы, может быть, слышали?

– Не имел удовольствия, – внутренне усмехнувшись, сказал Дорнблатт.

«Не нужно слышать о тебе, чтобы понять, что ты – Долгонос», – подумал он при этом.

– Я прибыл сюда по поручению мага по имени Каздан, – сказал Намор.

При звуке этого имени Дорнблатт понял, что перед ним стоит не просто перебравший вина и эля молодчик, решивший порадовать ректора Академии вестью о вторжении красных драконов, которые если куда и вторглись, так это в его собственную хмельную голову.

– Присаживайтесь, – сказал маг, указывая Намору на стул напротив себя.

Тот, слегка пошатываясь, проследовал к столу и тяжело опустился на сиденье. Стало заметно, что он не только пьян, но еще и очень устал.

– Ну что ж, Намор, – произнес Дорнблатт, сцепив пальцы рук в замок и внимательно глядя на расхристанного собеседника: – Значит, вас прислал Каздан. А где же он сам?

– Не поймите меня превратно, – еще раз шмыгнув, сказал Намор – похоже, он еще и простудился в дороге, – но Каздан – точнее, то, что от него осталось – сейчас находится здесь. – С этими словами бард постучал указательным пальцем по своему взмокшему лбу.

– Что? – Архимаг выглядел слегка растерянным. – Но… как такое возможно? Я не советовал бы вам смеяться надо мной, юноша.

– Я не смеюсь, – помотал бард головой, то ли отрицая ернические намерения, то ли пытаясь таким образом сосредоточиться. – Сам толком не понимаю, что именно произошло. Три дня назад я, как обычно, развлекал народ в таверне «Приют пилигрима»…

Борланд продолжал свой путь в глубь леса, следуя за стрелкой «компаса». Она не спешила поворачивать в сторону – стало быть, оборотень Торн этой ночью решил никуда не ходить.

Внезапно Весельчак почувствовал запах дыма. «Пожар? Нет, откуда бы ему взяться в сыром вечернем лесу всего через полчаса после дождя?» – Борланд замер, весь обратившись в слух. И услышал доносившиеся из-за кустов можжевельника звуки, больше всего напоминавшие чей-то приглушенный разговор. Только вот велся он не на человеческом и даже не на эльфийском языке. Несколько собеседников что-то неразборчиво бубнили, временами срываясь на самое настоящее звериное рычание.

Борланд догадывался, кто это может быть. На всякий случай достав оружие и окружив себя «живой броней», Весельчак раздвинул острием меча заросли и вышел на поляну, где горел костер.

Вокруг огня сидели шестеро забавных созданий. Выглядели они так, как если бы некий чудаковатый волшебник снял головы у трехмесячных медвежат и пристроил их на невысокие мохнатые тела, комплекцией напоминавшие человеческие. То были багбиры – одна из многочисленных разновидностей обитавших в схарнийских лесах и долинах гоблинов.

Несмотря на наличие густой бурой шерсти, что покрывала их с головы до ног, багбиры, подобно людям, изготавливали себе одежду. То было не единственное, что роднило их с людьми: у каждого из шестерки висел на поясе короткий меч. Но, в отличие от троллей и некоторых других гоблинских племен, эти «мишки» не отличались агрессивностью и с людьми никогда особо не конфликтовали.