Чтение онлайн

Беглец обратил взгляд на запад. До наступления темноты по меньшей мере два часа или ещё восемь миль для пешехода. Саван делажи не начнут охоты за ним до тех пор, пока не опустится ночь.

Сколько времени им потребуется, чтобы догнать его? Жаль, что он так мало знает об этих чудовищах. Может быть, стоит набраться храбрости и продолжить движение в темноте?

Нет. Слишком рискованно. Лучше потратить оставшееся до наступления ночи время на создание укрепленного редута и сбор достаточного количества топлива.

Склоны необитаемых холмов были покрыты кривой порослью, в которой имелось множество сушняка. С топливом проблемы не будет. Гораздо труднее отыскать место, где саван делажи смогут подступиться к нему только с одной стороны и где этот единственный подход можно будет перекрыть огненным барьером.

Майкл потратил целый час на то, чтобы найти в русле пересохшей реки более или менее подходящую расщелину. Возможно, что в древние времена она была промыта не существующим ныне потоком. Когда-то её уже использовали для убежища. На стенах из мягкого песчаника были выцарапаны какие-то фигуры и имелись письмена, отдаленно напоминающие рунические. Майкл решил, что граффити оставили первобытные тролледингцы, которых во времена Падения приводил в эти края сам Ян Железная Рука.

Он собирал хворост и сучья до тех пор, пока в щели для него самого почти не осталось места. После этого беглец разжег маленький костер, чтобы от него запалить большое пламя, как только появятся охотники.

— Самый трудный фокус в том, дружище Майкл, — сказал он, — чтобы не уснуть.

Он развлекал себя интеллектуальными играми, в которые не играл со времен Ребсамена. Он сочинял непристойные вирши. Он пытался вспомнить всех женщин, которых когда-либо любил. Список оказался гораздо короче, чем думали его друзья. Когда список закончился, взошла луна, и он стал мысленно рисовать разные лица на её бледной поверхности. Затем Майкл принялся составлять каталог видимых созвездий…

Проснулся он сразу, словно от толчка. Сна как не бывало. Не теряя ни секунды, он бросил ветку в оставшиеся от запального костра янтарные угли и принялся лихорадочно раздувать пламя. Стук когтей по камням становился все слышнее.

Луна стояла высоко, и, вглядевшись в сухое русло, Майкл увидел, как вдоль него скользят черные тени.

Он проспал не менее трех часов.

Сухой хворост наконец занялся, Майкл поспешно разбросал его, чтобы пламя распространялось как можно быстрее.

— Проклятие!

Жар был просто невыносимым. Тепло от огня, отражаясь от задней стены расщелины, обдавало его со всех сторон. Майкл лег на живот за грудой топлива, надеясь, что не зажарится заживо.

Как только вспыхнул огонь, из ночи донеслось недовольное ворчание. Требилкок решил, что на него охотятся по меньшей мере четыре твари. Когти монстров скребли по камням, а сквозь разрывы в пламени Майкл мог видеть рубиновые огоньки их злобных глаз.

— Надеюсь, ребята, у вас хватит терпения, — пробормотал он.

Терпения им хватило. Во всяком случае, до того момента, когда начал заниматься рассвет. Почувствовав, что конец ночи близок, чудовища заволновались. Интересно, подумал Требилкок, насколько развит у них разум. Неужели они начинают понимать, что он может поддерживать огонь вплоть до наступления дня?

Теперь чудовища издавали звуки, которые раньше ему слышать не приходилось. Это был вырывающийся из глубины груди рев ярости. Он мысленно нарисовал себе образ четырех черных, постепенно теряющих терпение тигров. Впрочем, как он хорошо знал, твари эти к кошачьей породе не имели ни малейшего отношения.

Пара глаз приблизилась к огню. Хотя чудовище стояло близко от пламени, Майкл не смог определить ни его размера, ни формы. Норат создал монстров тьмы, и они полностью растворялись в ночи.

То, что могло быть лапой, с быстротой молнии пробило стену огня, и огромный коготь рассек воздух на расстоянии пальца от носа Майкла. У него возникло искушение подразнить чудовище, бросая в него камни так, как это делают обезьяны, издеваясь над леопардом. Однако он от этой идеи отказался, припомнив, что леопардам иногда удается жестоко поквитаться с обидчиками.

Другое чудовище протянуло лапу сквозь огонь. На этот раз Майкл успел вонзить в устрашающую конечность свой меч. Монстр взревел, но Требилкок знал, что повреждение не серьезно. Ранения этих тварей мало беспокоили. Во время Великих Восточных Войн для истребления саван делажей удалось найти единственное надежное средство. Их следовало закопать в землю настолько глубоко, чтобы они не смогли вылезти.

Монстры топтались перед стеной огня и рычали друг на друга.

— Майкл, старый дружище, боюсь, что ты просчитался. Тебе следовало продолжать путь. До рассвета они тебя не догнали бы. А сейчас они готовятся к тому, чтобы на тебя прыгнуть.

Он подбросил топлива в огонь, понимая, что и это грозит ему гибелью.

Смерти Майкл не боялся, его выводило из себя лишь то, что придется погибнуть так бездарно. Требилкок всегда льстил себя надеждой, что его кончина принесет пользу любимым людям.

В вое и шипении чудовищ вдруг послышались какие-то новые нотки. Видимо, они были готовы к подвигу. Майкл поднял меч, чтобы пронзить первого монстра, который проскочит сквозь пламя.

Тональность кошачьего концерта снова изменилась. Через стену огня Майкл ничего не видел, но он был готов поклясться, что вой одной из ночных тварей исчезает в отдалении.

Остальные чудовища, судя по их реву, были чем-то недовольны.

Но вот вдали исчез вой ещё одного саван делажа. Затем ещё одного. Но один зверь оставался, и Майкл прочитал его мысли по низкому, полному ярости горловому реву. Чудовище было готово к прыжку.

Майкл зарылся в кучу хвороста и стал ждать.

Тварь взревела что есть силы. Когти ударили о камень, и Майкл с расширившимися от ужаса глазами увидел, как из яркого пламени вырвался комок тьмы. Требилкок ударил мечом, вложив в удар все свои силы. В данных обстоятельствах он с тем же успехом мог ткнуть в монстра зубочисткой.