Чтение онлайн

— Хорошо, — сказал Майкл. — Хорошо. Приступаем к борьбе. Но прежде всего отдайте приказ удвоить охрану дворца. Нельзя исключать возможности новых покушений.

Майкл так и не признался, что сам привел в королевство убийц культа Хариш, а затем передал контроль над ними Абаке. Не стал он говорить и о том, что ему много известно о деятельности Креденса. Задачи, которые перед собой ставил Требилкок, не совпадали с целями обеих противоборствующих сторон.

Абака во все стороны рассылал убийц культа Хариш, держа войска Короны в постоянном напряжении. Дезертирство стало бичом как для армии мятежников, так и для регулярных частей королевства. Убийцы несколько раз покушались на жизнь Нората, и волшебник ещё дважды был ранен. Не имея поддержки своих колдовских монстров и будучи не в силах справиться с партизанской тактикой Абаки, волшебник нашел какой-то благовидный предлог и ретировался в Хаммад-аль-Накир. Однако следовало признать, что в его отсутствие дела у Мегелина действительно шли довольно скверно.

Приход зимы застал обе враждующие стороны в состоянии паралича. Ингер контролировала города и замки, Абака же держал под контролем всю сельскую местность. Солдаты с обеих сторон не проявляли большого желания изменить сложившуюся ситуацию. Им не хотелось воевать против тех людей, с которыми они сражались плечом к плечу во время Великих Восточных Войн.

Майкл оказался между двумя враждующими сторонами. Он вел игру, масштабы и цели которой были известны лишь ему одному. Каждый из противников видел в нем своего человека. На самом же деле Майкл начал вести собственную войну в качестве третьей силы. Война эта была крайне опасной, ему ни на миг нельзя было терять бдительность. Что бы Майкл ни думал, что бы ни говорил, как бы ни притворялся перед другими и самим собой, он понимал — подлинных друзей у него в Кавелине не осталось. Это королевство-каннибал сожрало их всех.

Впервые в своей жизни Майкл испытывал страх. Это было всего лишь легкое прикосновение страха, даже, скорее, опасение провала, но тем не менее он боялся.

— Будь ты проклят, Браги, — повторял он снова и снова, словно это было какое-то заклинание. — Почему ты решил к концу свихнуться? Почему ты сбежал, взвалив всю ответственность на нас?

В разгар зимы в те моменты, когда Ингер или Креденс за ним не наблюдали, Майкл исчезал. Появлялся на поверхности он лишь изредка, без всякой системы и в самых неожиданных местах. Как сказал, находясь на смертном одре, Дерел Пратаксис, у Майкла была своя теневая империя и свое теневое правительство. Он просто исчезал в этом темном мире, жители которого были бесконечно верны как ему лично, так и его мечте. Подданные его империи находились повсюду и были столь же похожи на фантомы, как и он сам.

Майкл превратился в невидимую подводную скалу в потоке войны. Этой скалы никто не видел, но присутствие ощущали все. Никто до конца не мог понять того, что происходит, однако всем при составлении любых планов приходилось учитывать наличие какой-то третьей силы. Майкл оставался под водой как скала. Всем приходилось действовать с оглядкой и соблюдать никем не писанные правила. Кавелину это шло только на пользу. Тот, кто пытался игнорировать Майкла, подвергал себя огромному риску.

Конечная цель той войны, которую вел Майкл, заключалась в выигрыше времени. Ему было известно нечто такое, о чем не подозревали все остальные основные участники политических игр. Только Кристен, Ширили и дети Рагнарсона были посвящены в его тайну.

Выиграть время. Дождаться того момента, когда появится возможность развязать настоящий ураган. Этот ураган явится расплатой за все хищные устремления с их враждой и кровью… Майкл верил в то, что расплата неизбежно наступит. Жестокий ураган придет.

Это должно произойти потому, что в Троейсе есть человек, который не умер и который решил вступить на тот путь, который должен превратить его сердце в слиток холодной стали.