Чтение онлайн

Для разнообразия стал отводом глаз не только себя с жеребцом под моим седлом прикрывать, но и остальных моих сменных лошадей. Через неделю чередуя то отвод, то левитацию, я как раз отвод тренировал. В этот момент наконец-то пришел в себя Бер. Сначала он минут пять соображал что с ним происходит, затем стал меня искать, крутя головой по сторонам.

И только войдя в яр, жрец упер свой взгляд туда где находились я и мои лошади — Микаэл! Ты от кого решил спрятаться? Вокруг степь безжизненна на десятки километров. Я специально маршрут выбираю так, чтобы подальше от чужих стойбищ пройти. Неохота время терять на гостеприимство соседей.

— Да тренируюсь я, расширяю свои границы возможного!

Тут вдалеке я увидел всадников. Я тут же опять набросил отвод глаз, однако всадники нас успели заметить и поспешили в нашу сторону. Два десятка безбронных, но имеющих длинные копья сарматов остановились в двадцати шагах от нас, не проявляя агрессии.

Бер поднял в приветствии руку — Жрец Бога Ареса племени джанийцев Бер приветствует вас! Со мной кандидат в жрецы Хоруас, который выполняет последнее испытание для получения права войти в число Бессмертных!

Воины почтительно покосились на меня — среди них не было ни одного, кто бы имел как Бер шкуру волка — Просим уважаемых воинов посетить наше стойбище! Верховный вождь не простит нас, если узнает, что мимо прошли столь уважаемые сородичи и не заглянули рассказать последние новости!

Бер вздохнул — Ну что ж, заглянем, раз стойбище неподалеку стоит. — затем тихо сказал мне — Вот не пруха, видно перед заморозками перекочевали соседи. Надеюсь надолго нас не задержат, но пару дней придется принять чужое гостеприимство! Иначе нас не поймут и затаят на нас обиду!

В чужом стойбище при нашем появлении поднялась кутерьма — чужие в гости наведывались не часто. Мой и лошадиный панцири привлекли знатоков доспехов, начавших рьяно обсуждать возможность пробития панциря копьем. Когда я скинул с себя панцирь, все одновременно замолкли — кольчуга с одетым сверху нее бригантиной поразили окружающих как будто их молнией пришибло.

Но когда местный кузнец стал изучать пластины на моем панцире и на панцире, снятого с жеребца, он чуть не обезумел тыча в металл своим толстым корявым пальцем — Чудо-железо! Такого просто не может быть! — затем он подскочил ко мне и схватил за кольца рукава моей кольчуги — Из этого метала джанийцы даже кольчугу сплели!

Жадные взгляды воинов бегали по моей броне, пытаясь оценить ее стоимость и по виду хозяев разинутых ртов стоимость затмевала все их возможности. Когда же мы с Бером сняли с седел секиры с удлиненными ручками, также выкованные из булата, а я свой меч, чьи ножны я богато отделал золотом и драгоценными камнями, изумление местных достигло своего апогея. Если бы не приближенные Верховного вождя, которые пришли за нами, боюсь, что нас бы не выпустили из круга, пока не перещупали бы каждую вещь и не попробовали ее на зубок.

Верховный вождь ждал нас вместе со старейшинами своего племени и конечно же со жрецами. Видно им донесли о металле, который пошел на наше оружие и взгляды старейшин сразу же прикипели к нам, разглядывая нашу экипировку.

Вождь дождавшись наших с Бером приветствий, ответил тем же и кивнул на мою бригантину — Какой смысл сверху брони одевать эту куртку?

Я расстегнул ремни и развел полы бригантины в стороны, явив взглядам наклепанные на кожу чешуйки металла — Это дополнительная броня, вождь!

Тот промолчал, не отрывая взгляда от необычной брони, А Бер начал рассказывать о моем успешном сдаче экзамена и о последнем этапе испытания для получения почетного звания Бессмертного. Все перевели свои взгляды на шкуру огромного волка, которую носил Бер и зашептались — таких в округе не водилось и следовательно испытание было довольно тяжелым из-за одиночной охоты в землях чужих и невиданных. Я внимательно осмотрел старейшин и жрецов — ни на одном не было волчьей шкуры, лишь на Вожде на плечах лежала шкура степного льва, украшенная золотыми украшениями.

Вождь перехватил мой взгляд и своими словами подтвердил мои мысли — Увы, но наше племя лишено знаний древней магии, которую ведают джанийцы! Следовательно, нет и бойцов, которые у вас носят волчьи шкуры! И мне горько это сознавать. Хотя общее количество воинов в моих стойбищах раза в два будет больше ваших, но знания тайных умений придают вашим воинам побеждать одному как минимум пару десятков врагов.

Бер добавил — Сотню как минимум!

Вождь озадаченно пробормотал — Даже так! — покосившись на старейшин, он увидел и в их глазах удивление эим фактом. Затем он посмотрел на юного жреца и подумал, что неплохо бы с ним подружиться. Подумав, вождь отдал приказ и ему подали шкатулку, из которой он достал пояс из ремня, вдоль которого были закреплены золотые пластины с изображением крылатого хищника с рогами, терзающего коня и в виде грифа, терзающего козла. Пряжка тоже была золотая с изображением каких-то фантастических животных.

— Возьми подарок, юный жрец, да сопутствует тебе удача в охоте на этого волка!

Я отдарился булатным охотничьим ножом и тот пошел по рукам старейшин, обсуждающих невиданную сталь. И вождь, посчитав что его дар выглядит беднее моего, вручил мне отличный халкидский шлем, отлитый из бронзы! Бронза, в отличие от железа, становится прочнее именно после отливки, ковка ее разрушает. Шлем был украшен: посреди верха голова хищной птицы, по бокам загнутые вперед крылья, со стороны лба по шлему шли переплетения каких-то выпуклых то ли узоров, то ли символов. Нащечники на шлеме отсутствовали — видно их кто-то сорвал с петлей, посчитав лишними. Шлем был огромным и хорошо садился на мою овчинную шапку-ушанку, которую я сам изготовил к зиме.

Затем в честь гостей устроили пир, забив баранов и предварительно проведя ритуал окропления меча кровью забитых животных. На пиру нас расспрашивали о земледелии, о домашних животных. Старейшины этого племени видно хотели понять, стоит ли и им попробовать перейти на оседлый образ жизни.

Проведя три дня в гостях, мы двинулись дальше. Больше приключений не было и нам удалось к первым морозам добраться до деревни, в которой жил Бер. Его землянка осталась незаселенной и мы поселились в ней. Очаг топился естественно по черному и с непривычки я раскашлялся.