Чтение онлайн

– Похвально, что вы оттачиваете свое мастерство, потому что пришло время посмотреть, на что вы способны.

– Моя госпожа… - с растерянным видом и ужасом в глазах, шагнул к ней мужчина.
– Я сделаю для вас все, что в моих силах.

– Надо сделать так, что бы Совет Матерей ничего не смог разглядеть в свой магический кристалл, когда настроит его на мои покои. Понятно? Я не желаю, чтобы за мной подсматривали.

Маг побледнел и, схватившись за сердце, начал хватать ртом воздух.

– Налейте себе вина и… не надо падать в обморок. Да что это такое? Что я такого сказала?

– Меня… меня казнят, - прохрипел маг.
– Никто не смеет совершать подобное… это же Совет Матерей…

– … и я Мать Первого в Мензоберранзане Дома. Правительница этого города, черт побери!
– стукнула кулаком по столу Ника, выведенная из себя.

Маг осел на пол, лишившись чувств.

– Дай ему каких нибудь нюхательных солей, или что тут у вас предусмотрено для слишком чувствительных мужчин. Вот так…

Маг дернулся, когда Клопси сунул ему под нос маленькую подушечку, которую вынул из шкатулки. По комнате разнесся резкий запах. Маг очнулся и сел. Он был бледен, руки его заметно дрожали.

– Не поднимайтесь, - сказала Ника, встав перед ним.

Хотя ей совестно было мучить беднягу, но ведь и ей деваться было некуда. Однако перепуганного мага прежде следовало успокоить.

– Неужели вы допускаете мысль, что у меня не хватит сил и власти, чтобы защитить вас. Верных людей я не сдаю. Совету же доходчиво объясню, что не желаю, чтобы за мной подсматривали в то время, когда разбираюсь с непокорными, видя, какими методами я привожу его к послушанию. Может, я не желаю раскрывать свои секреты раньше времени. Ясно?

– Да, моя госпожа. Но я, способен лишь на то, чтобы затуманить кристалл, слышимость, увы, останется.

– Хорошо. Идите и сделайте то, что обещали. Через полчаса Совет не должен видеть ничего из того, что здесь будет происходить.

— Да, моя госпожа, - поднявшись с пола маг, все еще бледный и дрожащий, низко поклонился, и пошатываясь, вышел, прежде пропустив в дверях старшую сестру-прислужницу, подобострастно поклонившись ей.

Встав перед Никой, та выжидательно смотрела на нее, а Ника, в свою очередь, на нее, не понимая, чего та от нее ждет. Чего надо-то?

– Сделать все, как обычно?
– наконец вкрадчиво спросила старшая сестра.
– Убить мага, как только он закончить заклинания?
– уточнила она, не дождавшись ответа.

– С чего вдруг?
– грубо поинтересовалась Ника, сжав зубы от отвращения.

– Тогда ты сможешь сказать Совету, что это он виноват. Что он действовал без твоего ведома, и что ты уже наказала его за то, что своими опытами он помешал Совету наблюдать за тобой.

– Ты подслушивала под дверью?

Та пожала плечами, словно говоря: что в этом такого?

– Не трогай его. Он мне еще пригодиться и не раз.

– Не мне напоминать тебе, что на мужчин полагаться нельзя? Они слабы, порочны и лживы. Смотри, я предупредила тебя…

– Принеси мне, что-нибудь. Я голодна, - посмотрела на нее Ника, как смотрела на них училка по английскому, когда они “плавали” на зачетах. В ответ старшая сестра, которой напомнили, что она всего лишь прислуга, поклонившись, удалилась.

А Ника пожаловалась, испытывая сосущее чувство голода:

— Хоть бы яблочко, какое ни-будь или сухарик, черствый-пречерствый… Вкуснятина! Слушай, шпингалет, а здесь что-нибудь подают кроме той гадости, что я видела за завтраком?

— Дроу изготовляют отменное терпкое вино, - тут же отозвался Клопси.

— Сгодиться.

— Еще сладкие коренья, моченый мох и грибы, но эта пища простых дроу.

— Ничего, как-нибудь переживу все, кроме моченого мха.

— И все же вы зря отказываетесь от мяса подземного червя. Оно очень питательно и вкусно…

– Меня сейчас стошнит прямо на тебя, и спасать тебя я не буду. Теперь займемся тобой, маленький лгунишка, - подошла Ника к столу, где Клопси устроился на узкой изящной шкатулке, вольготно развалясь на ней.

— Почему отсюда сдернула твоя госпожа?
– и тут же прикрикнула на него, не давая опомниться и что-то сообразить.
– Быстро сказал!

– Но Клопси то неведомо, моя владычица, - захныкал кроха, перепугано заметавшись по столу между баночками с мазями и хрустальными флаконами.

— Мне очень, очень интересно, с какой радости вдруг твоя госпожа, вот так, за здорово живешь, решила махнуться со мной телами именно на три дня.

— Но она не говорил со мной, ничтожным, об этом! Клянусь своей бедной головой! Кто такой Клопси, чтобы посвящать его в большие и важные дела?
– трясся он, глядя на Нику большими умоляющими глазами.

— Знаешь, тебе лучше определиться. То ты говорил, что ты, и только ты, являешься поверенным ее тайн, то теперь уверяешь меня в обратном, - и ухватив его двумя пальцами за тонкую шейку, и приподняв над столом, Ника как следует встряхнула беднягу.
– И не пытайся меня разжалобить. Понял?

— Владычица.., умоляю.., пощадите!
– придушенно пропищал человечек.
– Я скажу… скажу все, что знаю…

— Я вся внимания, - Ника осторожно опустила его на стол.

Одна створка высокой двери бесшумно отворилась, впуская старшую сестру с подносом, на котором высился серебряный кувшин с вином, блюдо с кореньями и бирюзовая миска с грибами.

— Благодарю, - машинально сказала, воспитанная Ника, на что старшая сестра никак не отреагировала. Тогда Ника, раздраженная ее высокомерием, поинтересовалась: - Это так необходимо, все время торчать у моих дверей?

— Вы сами пожелали, чтобы мы неотлучно находились при вас, - едко напомнила ей та в ответ.

— Думаю, мой урок не прошел даром для вас и немного научил смирению, - в одном этом единственном случае Ника полностью одобряла действия Фиселлы по отношению к своей сестрице.