Зеленая мать
Шрифт:
Орб с испугом глядела на музыкантов. Как же ей теперь извиниться? Она понимала, что Иезавель никому не желала зла, зло было неотъемлемым свойством ее натуры.
— Я… я попробую помочь вам, — сказала Орб. Она взяла у одного из музыкантов книгу, открыла ее и запела:
Вперед, Христово Воинство, Господь зовет нас в бой.
Мы Крест Святой и Веру в сердцах несем с собой.
Орб оставила арфу в Ионе, зная, что там она в полной безопасности. Но и без инструмента магия затопила всю улицу. Иезавель отпрянула, а музыканты подхватили припев. Магия Орб коснулась их голосов, слилась с ними, усиливая эффект.
Спешившие по своим делам люди остановились послушать пение; кто-то даже специально вышел из магазина. Когда песня кончилась, вокруг музыкантов собралась целая толпа. Деньги дождем посыпались в чашу для сбора пожертвований. Их с лихвой хватило, чтобы возместить нечаянно нанесенный суккубом ущерб.
И тут Орб увидела Иону и бросилась поднимать с земли свои многочисленные свертки.
— Благослови вас Господь, Воинство! — крикнула она. — Идем, Иззи!
Иона распахнул огромную пасть, и женщины вошли внутрь. Никто этого даже не заметил. Толпа постепенно начала рассасываться, хотя монетки продолжали со звоном сыпаться в чашу. Сбитые с толку музыканты заулыбались.
Иона прилетел как раз вовремя. Не успели они войти, как солнце село и Иезавель сменила обличье.
— Я так боялась, что задержусь на улице до темноты!. Знаешь, Орб, если это у тебя не Ллано, то что-то очень похожее. То, что ты сейчас сделала, ничем не отличается от Ллано.
— Никогда так не думала, — удивилась Орб. — Но, наверное…
— Эй, пора двигать отсюда! — прикрикнул гитарист и направился к выходу.
— Скоро начинать!
— Я знаю! — отозвалась Орб и поспешила в свою комнату за арфой. — Сначала мы совсем забыли о времени, а потом еще Иона опоздал. Кстати, куда это вы запропастились?
— Никуда, — удивился гитарист. — Иона торчал себе на одном месте и ждал. До вас он доплыл в минуту. А вы что, звали его раньше?
— Конечно! — огрызнулась Орб. Она уже держала в руках арфу. — За добрых десять минут до того, как он приплыл!
— Может, он просто не слышал?
— Должен был слышать. Приплыл же в конце концов!
Иона снова начал опускаться. Орб и гитарист стояли у самых его губ, чтобы выпрыгнуть наружу, как только Рыба откроет рот.
— Я приготовлю какао к вашему возвращению, — сказала Иезавель, подходя к ним почти вплотную. Мальчики уже успели экспериментально выяснить, что ни один наркотик, включая алкоголь и даже кофеин, не действует внутри Рыбы. Поэтому они перешли на те напитки, которые нравились девушкам. Здоровый образ жизни был законом для всех обитателей Ионы.
Огромный рот открылся. Иона шевельнул языком, и все оказались на улице.
— Эй! — воскликнула Иезавель.
— Но я думала, ты собираешься остаться там! — удивилась Орб.
— Это я так думала, — возразила Иезавель.
— Он нас просто выплюнул! — сказал гитарист.
Орб обернулась:
— Иона, Иезавель не должна была…
Она замолчала на полуслове. Ионы не было.
— Где мы? — спросил гитарист.
— Как где? У концертного зала, где же…
Орб снова умолкла. Концертного зала тоже не было. Они стояли перед дверью городской больницы.
— Иона спутал адрес! — воскликнул гитарист. — Никогда с ним такого не случалось!
— Спутал, говоришь? — откликнулась Иезавель. — А зачем же тогда он меня выплюнул? С этими демонами нужен глаз да глаз. Уж я-то знаю. Нет, ему почему-то захотелось от нас избавиться.
— Я не верю! — заволновалась Орб. — Ему надо было просто объяснить нам свое желание, и мы бы сами ушли!
— Слушай, сейчас малость не до этого, — прервал ее гитарист. — У нас концерт начинается!
— Но больница и концертный зал находятся на противоположных концах города! — воскликнула Орб. Она совсем расстроилась. — А концерт начинается прямо сейчас. Мы не успеем!
— А как насчет меня? — спросила Иезавель. — Вы представляете, что со мной будет через час?
Орб схватилась за голову:
— Ума не приложу, что делать!
— Надо позвонить ребятам, поймать такси, — сказал гитарист. — Сейчас устрою.
Но вокруг не было видно ни телефона, ни такси. Ветер завывал и пытался сбить их с ног.
— Может, в больнице есть телефон? — предположила Орб.
Они открыли дверь и вошли. Вход оказался боковым, и рядом с ним не было ни телефона, ни дежурной. Пришлось идти неизвестно куда по бесконечным пустым коридорам.
Из-за угла вылетел врач в белом халате, чуть не столкнувшись с гитаристом.
— А, вот вы где! — воскликнул врач. — Не сказал бы, что вы слишком рано! У нас все кончилось еще час назад, а пополнение доставят только завтра.
— Произошло недоразумение, — вмешалась Орб. — Мы совсем не отсюда, мы просто ищем телефон…
— Так вы не привезли лекарства? — спросил врач. Он был явно разочарован. — Нам передали, что оно есть у этого нового эстрадного ансамбля. У наших пациентов сильные боли. Не знаю, как они переживут ночь. Вот послушайте сами!
Они прислушались. Из некоторых палат доносились стоны и даже крики.
— Больным дали обычные медикаменты, — объяснил врач. — А они слишком слабые, и боль не проходит.
Гитарист сглотнул:
— Годится вам заколдованная АП?
Врач обернулся к юноше. В глазах его снова вспыхнула надежда:
— Вы и есть курьер!
— Похоже на то.
Гитарист вытащил из кармана пакетик. Доктор взял его и прикинул на ладони вес.
— Сильная?
— Сильнее не бывает.
— Замечательно! С этим мы сможем пережить ночь. Сколько?
Гитарист опять судорожно сглотнул:
— Бесплатно. Это так, знаете…
Врач кивнул:
— Мы высоко ценим ваш дар. Полтора десятка пациентов будут благословлять вас, сэр!
И он умчался.
— Ты отдал ему всю свою «адскую пыль»? — Орб была потрясена.
— Ну, знаешь, это очень хорошее болеутоляющее. Действует даже на тех, кого ничто больше уже не берет.
— А ты как?
— Либо они, либо я. А чего я стою?
— Не больше, чем я, — мрачно отозвалась Иезавель. — Черт, как же я ненавижу все то, что сейчас собираюсь делать!