Чтение онлайн

Гроза продолжалась. Если так пойдет дальше, скоро Иона будет со всех сторон окружен дождем. Однако на это у огромной Рыбы нашелся ответ — Иона нырнул. Он пролетел вниз до самой земли и не останавливаясь провалился под землю. Сразу стало темно.

Темнота! Орб взглянула на Иезавель. Та спокойно продолжала мыть стаканы. Внешность женщины осталась прежней. Очевидно, она меняется при наступлении ночи, а не от отсутствия света. Разумно. Ведь иначе существовала бы очень простая защита от суккуба — достаточно было бы все время палить яркий огонь.

Но ведь ночь тоже когда-нибудь придет!..

Чем позже становилось, тем сильнее нервничала Орб. Она знала, что поступила скверно, и чувствовала себя виноватой. Впрочем, ничего уже не изменишь.

Мальчики ушли в общую комнату и включили телевизор. По мнению Орб, их любимые передачи представляли собой смесь насилия и эротики, сдобренную капелькой юмора. Ну и ладно, пусть получают то, что заслуживают!

Да, но с ними Луи-Мэй. Если девушка будет там, когда…

Орб снова взглянула на Иезавель, и ее худшие опасения подтвердились. Только что их новая кухарка была неряшливой пожилой женщиной. Однако стоило где-то наверху закатиться солнцу, и она превратилась в пышную двадцатилетнюю красотку в соблазнительном платьице. Суккуб принял свое истинное обличье.

Иезавель тем не менее по-прежнему мыла стаканы, а потом взялась за тарелки. Изменилась только внешность кухарки, но не ее мысли.

Орб принялась помогать ей — брала вымытые тарелки, вытирала их и убирала на посудную полку, которая, как и мебель, росла прямо из стены.

— Да, Иезавель… — начала девушка.

— Что?

Орб внезапно оробела. Возможно, ответ на ее вопрос придет уже очень скоро.

— Откуда взялись все эти тарелки, да и еда тоже? Вы их что, как-то наколдовали?

— Это посуда из моей коллекции, — ответила Иезавель. — Можете пользоваться ею, сколько хотите. А еда должна быть свежей, поэтому я беру ее в местных заведениях.

— Тогда получается, что мы… мы просто крадем…

— Нет. Счета оплачивает миссис Глотч. Я оставляю им расписку, чтобы они знали, где получить деньги. Замечательная вещь современная электроника!

Они продолжали болтать, пока не перемыли все тарелки. Вдруг Иезавель замолчала и внимательно оглядела себя.

— Опаньки! Я, оказывается, переменилась! Ночь настала. А я и не заметила!

— Вы переменились уже полчаса назад, — сказала Орб.

— Не может быть! Мое проклятие…

Иезавель посмотрела на часы:

— Нет, правда! Как же это могло случиться?

— Вы хотите сказать, что больше не…

— Совершенно, — с удивлением промолвила Иезавель. — Раньше никогда такого не происходило!

— Это Иона! — воскликнула Орб. — Мальчики не принимают наркотик с тех самых пор, как сюда попали! Вероятно, Рыба и на другие проклятия действует!

— Значит, я смогу ночью отдохнуть? И не будет никаких лишних часов и потных мужчин?

— Похоже на то.

— Я знала, что эта Рыба — замечательное создание, однако понятия не имела, что настолько! Истинное…

Внезапно Иезавель задохнулась в кашле.

— Что случилось? — испугалась Орб.

— Просто я не могу произносить некоторые слова. А постоянно общаясь со смертными, я иногда забываю об этом. Я хотела сказать такое слово, знаете, его обычно говорят, когда происходит что-то очень хорошее и…

— Благословение?

— Вот-вот. Думаю, Иона в силах помочь только в том, что от нас не зависит. Ну, я же могу выбирать слова, и раз я не должна произносить этого слова, то я и не могу этого сделать. Но это все мелочи, по сравнению с тем, что сделала Рыба. Просто потрясающе!

Орб тоже испытывала облегчение, хотя и по другой причине. Иона нравился ей все больше и больше.

В кухню вошла Луи-Мэй. Девушка хотела налить себе стакан воды. Увидев Иезавель, она остолбенела.

— Кто вы?

— Это Иезавель, — сказала Орб. — Ночью она выглядит немного по-другому.

Луи-Мэй прищурилась. Очевидно, новая внешность Иезавель напоминала ей совсем не о домашнем хозяйстве.

— Я — суккуб, — объяснила Иезавель. — Но сейчас вышла в отставку. Твой молодой человек меня нисколько не интересует.

Взгляд Луи-Мэй метнулся в сторону двери, за которой сидели мальчики. Она явно не поверила этим словам.

— А чего тогда может хотеть от нас такое создание, как вы?

— Я ищу Ллано. Мне нужно освободиться насовсем.

— Вы же сказали, что вышли в отставку!

— Только по милости Ионы. Боюсь, что снаружи это не действует. Как у твоего мальчика с наркотиком.

Луи-Мэй немного подумала.

— Тогда во время представлений вам лучше оставаться здесь.

— С радостью!

Девушка смягчилась:

— Хотите посмотреть с нами телевизор?

— А там показывают что-нибудь стоящее?

— Ох, едва ли!

— Тогда с удовольствием. Что-то в этом роде я и люблю.

Они вышли в соседнюю комнату. Орб сперва заколебалась, потом пожала плечами и последовала за ними.

Ударник обернулся, чтобы посмотреть на Луи-Мэй, и заметил Иезавель. Он уставился на нее, открыв от изумления рот. Двое остальных тоже обернулись и оцепенели.

— Это Иезавель, — сказала Луи-Мэй. — Ну, что пялитесь? Никогда кухарок не видели?

Ударник с видимым усилием взял себя в руки и повернулся к экрану. Гитарист и органист, поколебавшись, последовали его примеру. Иезавель и вовсе не обратила на парней внимания — ей действительно было неинтересно.

Ночь прошла спокойно. Наутро Иезавель снова превратилась в пятидесятилетнюю кухарку и принялась спокойно готовить завтрак.

— Послушайте, мисс Кафтан…

— Орб.

— Хорошо. Вы не замечали…

— Вы про слышимость, да? — подхватила Орб. — Я так понимаю, мальчики говорили о вас, когда остались одни.