Завет
Шрифт:
– Косметичку забыла?
Регина проигнорировала выпад.
– За нарколабораторией обнаружено неевклидово пространство[5] неизвестного размера. Похоже, пикси организовали побочный бизнес и только благодаря этому мы смогли найти кое-что поинтереснее. Так вознесём же хвалу Господу за то, что сотворил их настолько тупыми и жадными.
– Тебе ещё не надоело всем этим заниматься, Регина? – спросил Виктор.
– Жить без этого не могу. Чем чаще попадаешь в говно – тем лучше живётся.
– Не пытайся походить на одного из нас, тебе не идёт.
– В глазах Бога нет труда благородного или презренного, Виктор, все мы в равных условиях. А теперь выметайся.
Виктор опёрся на плечо Каина и запрыгал по аппарели.
– Как была сукой, так и осталась, – сказал он, но только когда «Архонт» остался позади, и Регина не могла его услышать.
– Надо дать тебе прозвище Окорок, – пробурчал Каин, поддерживая приятеля.
– Судьба у тебя такая – таскать на себе полумёртвые тела.
Кальфу шла следом за ними.
– Давно ты знаешь Квантрейн?
Виктор не ответил. Вокруг бегали санитары с носилками, гномы-механики ковырялись во внутренностях подбитых джипов.
– Ты видел рисунки? – спросил Виктор.
Время от времени на стенах зданий появились граффити, отмечающие места трагедий и массовых смертей. Мрачные изображения стирали, но они продолжали проступать, слегка видоизменяясь. Художника так и не нашли, что давало повод для всё новых и новых слухов.
– Не до того было. Да и рано ещё.
– Как раз самое время. Кое-где уже появляются.
– Ты что, веришь в эту чушь?
– Это не чушь, брат, – убеждённо заявил Виктор. – Это реакция Офенпешта на происходящее.
– Ну да, – фыркнул Каин. – Как и байка про часы, которые иногда показывают одно и то же время.
– Давай туда.
Виктор указал в сторону мобильного госпиталя, расположенного под большим тентом. Каин усадил его на одну из каталок и стал ждать санитаров.
– Поздравляю, – сказал Виктор, внезапно протянув ему руку.
Каин машинально пожал её.
– С чем?
– Теперь ты побывал в настоящем говне и достоин хоть какого-то уважения. Ещё немного и перестанешь быть салагой.
– Пошёл ты.
– И ещё – на твоём месте я бы не стал упускать эту симпатичную попку. – Виктор указал подбородком куда-то вдаль.
Каин обернулся и увидел Кальфу, которая залезала в вертолёт с цифрой XIII на борту.
– Не о том думаешь, Виктор.
– Как раз о том.
Подошедшие санитары заставили Виктора лечь.
– Морфиновую клизму ему вкатите, – посоветовал напоследок Каин. – А то не успокоится.
Виктор поднял руку и показал ему средний палец.
– Увидимся на базе.
На место посадки начал заходить вертолёт с эмблемой «Девятихвостого Лиса». Каин побежал – не стоило заставлять Альфреда ждать.
– Как тебе первое самостоятельное задание? – спросил он, подав Каину руку.
Альфреду Аденауэру было слегка за пятьдесят. Лицо острое, морщинистое, седые волосы коротко острижены. Уже пять лет он курировал работу оперативников, сменив на этом посту погибшего коллегу.
– Могло быть и лучше, там весь район в руинах. – Каин пристегнулся, путаясь в хитросплетениях страховочных ремней. – «Иерихон» и «Искариот» всегда так действуют?
– Чем больше трупов – тем меньше внимания уделять каждому в отдельности. Так что…
Вертолёт начал взлетать.
– Где остальные? – спросил Каин, стараясь перекричать шум винтов и двигателя. – Мы не будем их ждать?
– Некого ждать. Миссия оказалась сложнее, чем мы предполагали. Остальные оперативники из твоей группы погибли.
– Я видел ещё одного, он не из наших. Там действовала группа из другого полка?
– Нет, – отрезал Альфред.
Каин хотел продолжить расспросы, но промолчал. Поведение куратора показалось ему подозрительным.
– А что насчёт девчонки? – спросил Альфред.
– Какой девчонки?
– Не прикидывайся, Каин.
– Я не прикидываюсь.
– Она ещё волосы заплетает и красит их в дикие цвета. – Альфред пощёлкал пальцами. – А, вспомнил. Кальфу. Она тебе нравится?
– Допустим.
– Открою тебе один секрет – церковь одобрит ваш брак. Но я тебе этого не говорил.
– Пока что рано говорить о браке.
– Не может же духовное лицо поощрять блуд, – произнёс Альфред тоном, который обычно приберегал для проповедей.
– Правильно, поощрять надо только изготовление резиновых жён по спецзаказу.
Они рассмеялись.
– Ты видел, как она на меня смотрит? – спросил Каин.
– Как?
– С таким презрением, что даже описать сложно.
– Прояви немного настойчивости, ей это понравится. Ты ещё молод, не понимаешь всех тонкостей общения с женщинами.
– Зато понимаю церковную специфику – перебросился парой слов с Кальфу и могу считать себя женатым. Я даже её настоящее имя не знаю.
– Узнать всегда успеешь.
О Кальфу Каин знал не так уж много. У неё не было никакой жизни вне миссий, не было друзей или хобби – если не считать за хобби страсть к татуировкам. Она никому не доверяла и избегала знакомств. До вербовки она была преступницей, которая несколько раз попадала в тюрьму. Прошлая жизнь оставила ей тонкие, едва заметные шрамы на лице, которые она скрывала под слоем краски или косметики.