Чтение онлайн

— Что значит, «конечно нет»? Ты же на них работаешь.

Разобравшись с серебром, он закрыл обитую тканью коробку.

— Люди говорят, что Сдерживающие единственные борцы со злом, — он посмотрел на меня. — Сдерживающие всего лишь люди, Клэр. Некоторые хорошие, некоторые плохие, некоторые обычные. Как и любой организации, ей можно доверять настолько, насколько доверяешь людям внутри нее.

— Не знала, что ты так думаешь.

Он фыркнул.

— Не очень популярное мнение, которое не помогает людям. Им нужно верить в добро и зло, и что между ними очень четкая граница. Так мы и пережили войну, Клэр. Потому что среди трагедий, жестокости и смерти, оставалось хоть что-то хорошее. Потому что были еще хорошие люди.

А вот теперь это похоже на знакомых мне Сдерживающих. Но Гуннар не говорил, что мир черно-белый, лишь о том, что людям надо верить в это. И ведь не поспоришь.

— Прости, — сказала я.

Гуннар заворчал.

— Главное, что я не верила, что ты даже случайно причастен к этому. Но вариантов не так уж много.

— И снова, предлагаю Куинна.

Я покачала головой.

— Пусть он и строит из себя крутого, но мне кажется, у него доброе сердце, — хотя ему я этого не скажу. — Ему платят Сдерживающие, но не думаю, что между ними теплые отношения.

Гуннар подошел к прилавку.

— Он рассказывал тебе о старой работе на Сдерживающих?

Я кивнула.

— Ага. Именно поэтому Бруссард нацелен на него. Думаешь это его мотив?

— Не знаю, — в этот раз в его глазах появилось сожаление. — Мне жаль. Знаю, что значил для тебя этот магазин. Но клянусь, я об этом не знал. Ордера не могут попадать к Коменданту, минуя меня.

Я чуть выпрямилась. А вот это интересно.

— Не могут?

— Нет, а значит, кто-то избегал меня. Не думаю, что у Бруссарда есть подобные возможности, но кто знает. Я проверил его, когда ты рассказала о вашем разговоре. Он, как собака с костью, нацелен на Куинна после последнего контракта.

— Но этого недостаточно, чтобы решить, что я провожу чаепития Восприимчивых. Серьезное обвинение.

— Но ты же этого не делаешь?

Он ухмылялся, и значит, между нами мир.

— Нет, но лишь потому, что чая не достать.

Гуннар улыбнулся.

— Не дели мир на добро и зло, Клэр. Эти ярлыки ничего не значат. Думай о том, что правильно и что неправильно. Именно так я сохранил свою работу у Сдерживающих. Потому что понимаю разницу между этими вещами.

Господи, как бы я хотела рассказать ему обо всем. Но знала, что не могу, иначе подвергну всех риску.

Он смотрел на разруху в магазине уперев руки в боки.

— Я работаю на Сдерживающих, Клэр, потому что они помогают Новому Орлеану. Я был рожден для этого, но это еще не все для меня. А теперь сделаем все, что сможем. Давай работать.

Гуннар был хорошим человеком. Рано или поздно я поступлю правильно и расскажу ему правду.

* * *

Уже стемнело, когда я закрыла магазин, выключила свет и пошла наверх. У меня были силы лишь на то, чтобы упасть спать.

Я дошла до площадки второго этажа, повернулась… и увидела лучи света. Я точно помню, как выключила свет, я всегда проверяла это в целях экономии энергии.

Кто-то снова включил его.

Лиам узнал о том, что случилось и пришел утешить меня? Тогда непонятно, почему он не воспользовался главным входом, ведь он предпочитал его. Хотя сейчас все было нелогичным.

Господи, я была бы рада ему. Он стал моим стержнем, центром, вокруг которого вращалось все это безумие.

Я положила руку на перила и призвала магию, на случай, если это был не он, и мне придется ей воспользоваться против того, кто вломился в мой магазин. Я медленно поднималась, скрип ступеней звучал, как выстрелы. Выйдя на площадку, огляделась.

Он стоял посреди комнаты, на лбу локон русых волос, крылья, сложенные за спиной, растворялись в воздухе. Окно открыто, шторы раздвинуты. Луна освещала его тело, от нее по всей комнате шел мерцающий свет.

Малахи.

На третьем этаже моего дома во Французском Квартале стоял ангел и выглядел так расслабленно, будто был обычным человеком, зашедшим в гости. Вот только это не про него.

Я зашла в комнату.

— Если кто-то заметил тебе и доложит, у нас будут неприятности.

— Никто меня не видел, — сказал уверенно Малахи.

— Что ты здесь делаешь? — слегка обеспокоенно спросила я.

— Я показал голубю флагшток, прикормил его. Это часть тренировок.

Голуби. Ну конечно же.

Я подошла к окну и задернула шторы.

Малахи улыбнулся.

— Он скоро улетит домой. Когда увидишь его снаружи в следующий раз, дай ему немного крупы. Скоро он научится прилетать сюда, когда нам понадобиться передать сообщение.

Я кивнула.

— А еще я пришел тебя проведать.

— Слышал о рейде?

Он кивнул.

— Если это так можно назвать. Я хотел сам посмотреть на твой магазин, когда сядет солнце. Ждал неподалеку, я умею быть терпеливым. Увидел, как пришли они, — на его лице появилось раскаяние. — Прости, что не вмешался.

Не стоит его винить за это.

— Они бы быстренько тебя арестовали.

— Скорее всего, — сказал он. — Но это не оправдывает то, что я остался в стороне. Тебе не причинили вреда?

— Все хорошо. Мы начали уборку в магазине.

— Мы?

— Мне помогал мой друг Гуннар.

Он скрестил руки на груди.

— Зачем приходили Сдерживающие?

— Они считают, что у меня здесь проходят тайные собрания Восприимчивых.

Он приподнял брови.

— И с чего их посетила эта мысль?

— Не знаю. Наверное, кто-то хочет перевести их внимание с Завесы, которая открывается снова, на меня.

— Разумная стратегия. И явно успешная.

— Ага.

Малахи подошел, глядя на потолок. Туда я повесила звезды: хрустальные, блестящие и старомодные, посеребренные. От них на пол отражался свет. Иногда я лежала на кушетке и смотрела, как они крутятся и ловят свет. Обычно это помогало мне успокоиться.