Чтение онлайн

В его манерах сквозит высокомерная уверенность. Мне приходит в голову

— уже не впервые, что, пожалуй, придется отступиться от плана по захвату и присоединению к себе особых отделов Мозга. Я посылаю команду моему телу на другой стороне долины. Я ощущаю, как один из сервомеханизмов осуществляет связь с управляемой ракетой на засекреченной воздушной базе в тысяче миль отсюда; я обнаружил ее в первые дни своего пребывания в этой эпохе. Я вижу, как по моей команде ракета скользит на стартовую площадку. Там она останавливается в ожидании сигнала, который пошлет ее в небо.

Я предвижу, что мне придется уничтожить Мозг.

Граннитт продолжает:

— В результате логического анализа Мозг сделал вывод, что он значительно слабее тебя, а потому он решил объединиться с мисс Стюарт и со мной — на наших условиях. А это означает, что в новые секции Мозга навечно вмонтированы контрольные механизмы и мы можем использовать его компьютеры и интегральные схемы как свои собственные.

Я ни минуты не сомневаюсь в правдивости его слов, потому что, если бы Мозг не сопротивлялся, я установил бы с ним точно такую же связь и, вполне возможно, попал бы в рабскую зависимость от него.

Теперь ясно одно: мне нечего больше ждать от Мозга.

На далеком полигоне я активизирую стартовый механизм. Управляемая ракета со свистом взлетает в небо; из ее дюз вырывается пламя. За полетом ракеты следят передатчики и телевизионные камеры. Каких— нибудь двадцать минут — и она будет здесь.

Граннитт обращается ко мне:

— Я не сомневаюсь, что ты принимаешь против нас контрмеры. Но, прежде чем наступит развязка, не хотел бы ты ответить из несколько вопросов?

Мне любопытно, что это за вопросы.

— Возможно, — говорю я.

Он не настаивает на более определенном ответе. В голосе его звучит нетерпение, когда он спрашивает:

— Почему через тысячи лет Земля лишится своей атмосферы?

— Не знаю, — признаюсь я.

— Ты же можешь вспомнить! — говорит он настойчиво. — Я — человек, и я говорю тебе: бы можешь вспомнить!

Я холодно отвечаю:

— Человек для меня пустой зву…

Я замолкаю, потому что мой информационный центр начинает вдруг передавать мне точные данные: знания, которые не были доступны мне тысячи лет.

То, что произошло с земной атмосферой, — феномен природы, вызванным изменениями гравитационного поля Земли, в результате чего скорость убегания по орбите уменьшилась вдвое. За какую-нибудь тысячу лет атмосфера улетучилась в космос. Земля стала такой же безжизненной, как Луна в ранний период энергетического распределения.

В данном случае, объясняю я, важным фактором является то, что такого феномена, как материя, не существует, а потому в главном энергетическом поле «Илем» претерпевает изменения иллюзия массы.

Я добавляю:

— Естественно, что разумная органическая жизнь была перенесена на обитаемые планеты других звезд.

Я вижу, как Граннитт дрожит от волнения.

— Другие звезды! — говорит он. — Бог мой!

Но тут же берет себя в руки.

— Почему тебя оставили на планете?

— А кто мог заставить… — говорю я.

И замолкаю. Мой центр восприятия уже получил ответ на его вопрос.

— Да, но ведь я… должен наблюдать и регистрировать…

Я опять замолкаю, вне себя от изумления. Мне кажется невероятным, что я получил доступ к информации, которая так долго была скрыта в ячейках моей памяти.

— Почему ты не выполнил данных тебе инструкций? — резко спрашивает Граннитт.

— Инструкций?! — восклицаю я.

— Ты можешь вспомнить! — повторяет он.

Не успел он произнести эти, по-видимому, магические слова, как в моем мозгу вспыхивает ответ: метеоритный дождь. Внезапно я вспоминаю, как мириады метеоритов — их число превышает мои возможности справиться с ними

— пробивают мою защиту. Три жизненно важных для меня попадания.

Я не объясняю этого Граннитту и Анне Стюарт. Мне вдруг становится ясно, что когда-то я служил людям и свободу получил только после того, как поток метеоритов нарушил схемы определенных контрольных центров.

Но для меня важна моя настоящая свобода, а не прошлая рабская зависимость. Автоматически я отмечаю, что управляемая ракета находится в трех минутах полета от цели. Мне пора уходить.

— Еще один вопрос, — говорит Граннитт. — Когда тебя переместили на другую сторону долины?

— Примерно через сто лет, если брать отсчет времени от настоящего, — отвечаю я. — Пришли к выводу, что скальное основание, которое находится на этой стороне…

Он иронически смотрит на меня.

— Вот именно, — говорит он. — Интересно, не правда ли?

Мои интегральные схемы уже подтвердили мне правоту его слов. Мозг и я

— одно и то же, только с разницей в тысячи лет. Если Мозг будет уничтожен в двадцатом веке, я перестану существовать в тридцатом. Или не перестану?

У меня нет времени, которое понадобится компьютерам, чтобы ответить на столь сложный вопрос. Одним синхронизированным движением я активизирую предохранители на атомной боеголовке ракеты и посылаю ее на пустынные холмы к северу от деревушки. Она зарывается в почву, не причинив никакого вреда.

— Ваше открытие, — говорю я, — просто означает, что теперь я буду относиться к Мозгу как к союзнику и сделаю все возможное, чтобы спасти его от вас.

Не переставая говорить, я как бы случайно подхожу к Анне Стюарт, протягиваю руку, касаясь ее, и одновременно направляю поток электрической энергии. Через мгновение от нее останется лишь кучка пепла.

Но ничего не происходит. Никакого энергетического потока нет. Я стою, не веря в происходящее, и напряженно жду, когда компьютеры сообщат мне о причине неудачи.