Чтение онлайн

Я с интересом отмечаю, что его острый аналитический ум развивает подсказанные мною ранее мысли в новых направлениях. Он мечтает о прямом контакте между мозгом человека и машины, задумывается над добавлением последнему нервной системы человека.

На большее его не хватает. Мысль о том, что механический мозг может быть личностью сам по себе, как-то не приходит ему в голову.

Следя за ходом его раздумий о том, что именно он намерен предпринять для реконструкции Мозга, я получаю ту информацию, которая мне необходима.

Больше времени терять нельзя. Я оставляю Граннитта в машине наедине с его мечтаниями и направляюсь в деревушку. Проникнув за ограду, обнесенную колючей проволокой, по которой пропущен электрический ток, я быстро следую к главному зданию, вхожу в помещение одного из восемнадцати контрольных блоков, беру микрофон и говорю:

— 3Х минус — 11-10-9-0.

Могу представить себе сумятицу, возникающую в схемах, когда эта безжалостная команда передается на эффекторы! Возможно, Граннитт и не знал, как управлять Мозгом. Зато это знал я, особенно после того, как составлял с Гранниттом одно целое и в тончайших деталях разобрался в том, как он сконструировал Мозг. Пауза. Затем на телетайпной ленте появляется сообщение:

«Операция завершена. 3Х перекрыт сервомеханизмами 11, 10, 9 и О по инструкции».

Я подаю следующую команду:

— Внешние рецепторы помех КТ — 1— 2 — 3 на 8.

Вскоре приходит ответ:

«Операция КТ-1 и т. д. завершена. 3Х полностью отключен от внешних коммуникаций».

Я твердо приказываю:

— Эн — 3Х.

Я жду в волнении. Наступает томительная пауза. Затем машинка неуверенно выстукивает:

«Но ведь это команда самоуничтожения. Повторите приказ».

Я повторяю и снова жду. Моя инструкция — это команда старым отделам Мозга создать перегрузку тока на электрические цепи 3Х.

Машинка начинает печатать:

«Передал ваш приказ 3Х и получил следующий ответ…»

К счастью, я уже начал растворять свой человеческий облик. Молния, ударившая в меня, частично отражается от стен здания. На металлическом полу вспыхивают огоньки. Часть того, что в меня попало, мне удается передать в энергохранилище моего тела на другой стороне долины. А затем и я оказываюсь там же, несколько помятый, но в безопасности.

Я не чувствую особого восторга по поводу того, что так легко отделался. Но в конце концов я ведь отреагировал в ту же секунду, как только понял, что 3Х узнал о моей команде. И мне не требовались печатные сообщения для того, чтобы знать, как 3Х отреагирует на мои действия и что он по их поводу думает.

Все-таки интересно, что старые отделы Мозга уже получили указания против самоубийства. Я-то считал, что они являются просто компьютерами, гигантскими вычислительными машинами и центрами информации, но, очевидно, все части Мозга обладают превосходным чувством единения.

Если бы только мне удалось сделать их частью себя, получить возможность путешествовать во времени, когда я этого захочу! Только эта великая цель удерживает меня от насилия — применив его, мне ничего не стоит справиться с Мозгом. Пока у меня остается хоть малейший шанс, я могу позволить себе атаковать Мозг лишь малыми силами: отрезать его от внешних коммуникаций, пережечь кое-какие схемы… Я вновь испытываю холодную ярость при мысли об ограничениях, которые не дают мне возможности напрямую сконструировать и присоединить к себе новые агрегаты.

Мне остается только надеяться обрести контроль над уже созданными механизмами… над Мозгом, например … через Анну Стюарт.

Войти в деревушку, где расположены здания Мозга, не представляет для меня проблемы и на следующее утро. Я иду по дорожке, которая приводит меня к утесу, откуда прекрасно просматривается бунгало Анны Стюарт. Мой план заключается в том, чтобы вложить в ее сознание свои вычисления, которые она будет воспринимать как собственные. Я хочу, чтобы она подписывала документы и отдавала приказы, которые заставят инженеров быстро ремонтировать секции Мозга.

Стоя на дорожке, я смотрю вниз, на белый забор, за которым находится ее дом. Он лежит подо мной, в самом конце долины, окруженный множеством деревьев. В саду изобилие цветов и кустарников. На лужайке у самого склона холма завтракают Анна Стюарт и Уильям Граннитт.

Судя по всему, Граннитт времени даром не теряет.

Я с удовлетворением смотрю на них. Его присутствие значительно облегчит мою задачу. Если мне — как Анне — будет непонятна какая— нибудь функция Мозга, она всегда сможет задать ему вопрос. И я мгновенно синхронизирую себя с ее нервной системой. Но еще не успев завершить процесса, чувствую, как ее нервные импульсы слегка изменяются. Я в удивлении отступаю и делаю вторую попытку. И вновь неравномерно текущий поток энергии изменяется на неизмеримо малую величину. И вновь я не могу соединиться с ней.

Она наклоняется вперед и что-то говорит Граннитту. Оба они поворачиваются и смотрят в мою сторону. Граннитт машет рукой, приглашая меня сойти вниз.

В ответ я тут же пытаюсь взаимодействовать с его нервной системой. И вновь — едва заметное изменение потока энергии, и у меня ничего не получается.

Я вычисляю, что причиной этого является контроль Мозга над ними обоими. Это меня поражает, ставит в тупик. Несмотря на неоспоримое механическое превосходство над противником, мои возможности ограничены: создатели строжайшим образом запретили мне управлять более чем одним разумным органическим существом в один и тот же отрезок времени. Теоретически, располагая многочисленными сериями сервомеханизмов, я мог бы одновременно осуществлять контроль над миллионами людей. В действительности же я могу осуществлять такой множественный контроль лишь над другими механизмами.

Зная это, я еще сильнее чувствую острую необходимость сделать Мозг частью себя. У него нет ограничений. Его создатель, Граннитт, в своем невежестве дал Мозгу возможность полного самоопределения.

Это диктует мои следующие действия. Если в первый момент я решил удалиться, то теперь не смею: слишком высоки ставки.

Тем не менее, спускаясь вниз, я испытываю чувство разочарования. Анна Стюарт и Граннитт встречают меня хладнокровно и с достоинством. Я не могу не восхититься искусством Мозга: совершенно очевидно, что он контролирует поведение этой пары, и это отнюдь не сводит их с ума. Скорее наоборот, они выглядят явно лучше, чем раньше.

Глаза женщины ярче, чем я их помню, а сама она как бы излучает счастье. Она держится превосходно, по-видимому, страх оставил ее. Граннитт смотрит на меня, оценивая своим взглядом исследователя. Я знаю этот взгляд. Он пытается определить функциональные возможности гуманоида. Граннитт первым начинает разговор.

— Твоя большая ошибка в том, что ты стал контролировать Анну… мисс Стюарт, когда она пришла в коттедж. Мозг проанализировал ситуацию и сделал правильный вывод, что она действовала не самостоятельно, после того как поддалась панике. Соответственно были предприняты необходимые шаги, и сейчас мы намерены обсудить наиболее выгодные для тебя условия сдачи.