Чтение онлайн

Подвох в лице Захара проявил себя довольно жестко, быстро. В долю секунды Воронцов оценил ситуацию: прямо перед ним стояла машина с ключами зажигания в замке.

Если он сейчас начнет "умничать": выбивать, точнее, выдавливать, заранее подготовленное стекло локтем внутрь салона непонятных жигулей за мусорными бачками, появится вопрос - а на фига такие заморочки, когда перед самым носом стоит машина с работающей полицейской радиостанцией и готовыми ключами?

Вопрос занятный и он волновал Захара куда больше опешившего полицейского шофера. Шофер глядел на пистолет в крепкой, наверняка бандитской руке и туго прикидывал варианты: запрыгнуть в салон, закрыться? юркнуть за бачки, прикинуться ветошью? смело дать отпор и получить по шее или пулю?

Предупреждая выбор "смело дать отпор", Воронцов метнул в шофера пистолет, в неповторимой манере попал тому рукоятью по центру лба. Выбор тут же перестал водилу мучить.

За спиной Воронцова тяжело и нервно сопел племянник авторитетного разбойника Алиева. Захар "пошарил" глазами по сторонам, "нашел" в бурьяне, именуемом "клумбой", давешний деревянные брусок. Смахнул с крыльца Маратку, приладил колышек упором к двери. Мгновение полюбовался работой: если ОМОН ринется вдогонку напрямик через ресторанный зал, получится облом, придется мужчинам прогуляться вокруг длиннющего дома.

Пока Воронцов возился с клином и дверью, очнувшийся Маратка проявлял расторопность. Оттащил от жигулей бесчувственного шофера, забрался на водительское место, торчащими в замке ключами забренчал...

Теперь выбора не осталось и у Воронцова. Маратик шустро справился ключами, мотор заурчал - надсадно, громко, пару раз чихнул.

Досада. Вместо хорошо знакомого рысака из личной конюшни, придется укрощать облезлого неухоженного мерина из стойла государственного гаража. Тьфу!

Воронцов подошел к полицейской савраске, глухо буркнул Маратику:

– Место уступи.

Племянник босса безропотной юркой змейкой перескочил с водительского сиденья на пассажирское. Захар за это время успел "связаться" со своим помощником. "Ты как, Приятель?
– отправил зверю сочувственный вопрос. Перед глазами поплыли нечеткие картинки лестничной площадки. Трансляция утратила обычную плавность, кот передвигался резкими, колеблющимися скачками.
– Досталось?" - сопереживая другу, спросил Воронцов.

Ставшее привычным успокоительное мысленное поглаживание его не обмануло: в схватке со снайпером коту досталось крепко. Приятель, хромая, ковылял по лестнице - мазнул глазами по стене, появилась цифра "пять". Недавно шустрый кот только-только достиг площадки пятого этажа.

Паршиво. Воронцов отправил зверю ободряющий посыл, составил зрительный образ места встречи в парке у вокзала и, глянув на Маратку с неприкрытой злостью - из-за вас уродов хороший чело... КОТ страдает!!
– сел за руль.

– Слушай рацию, - приказал ворчливо.
– Будем выбираться из города на восток.

– С ума сошел?!
– отпрянул к дверце Алиев.
– Они мост перекроют и - кердык!

Если бы Захар сидел за рулем верного скакуна, он мог бы быть уверен - до единственного в черте города моста через реку они доберутся менее чем за шесть минут, успеют, пока доступ не перекрыли. Вчера, изучая по схеме города пути отхода, Воронцов о преградах на мосту вообще не переживал. Главное было добраться до набережной, высадить бандита, доставшегося в свидетели и на глазах прогуливающихся горожан, полицейских и очевидца из окружения Алиева, совершить самоубийственный поступок: пробить на полном ходу ограждение моста или набережной и сигануть в воду. Вчера Захар решил, что подмастерье из лавки Амбарцумяна должен перестать существовать. Пустую машину позже извлекут из реки, признают, что тело унесло течением, Захара Воронцова объявят погибшим, перестанут искать и бандиты, и полиция.

Сорок минут назад потенциальный суицидник узнал, что развлечь зевак самоубийством не получится. Теперь Захару - кровь из носа!
– надо выбраться из города с Маратом. Найти укромное место и выбить из гаденыша признание, узнать, где держат Диану и Гамлета.

В принципе, это можно сделать и в городе... Найти пустырь, уединенную помойку, заброшенную промзону и там устроить допрос с пристрастием. Но где вероятность, что за кустами не будут торчать вездесущие мальчишки с сотовыми телефонами, что некая бабушка не отправится к помойке искать запропастившуюся кошечку, что сволочной Маратка не разорется так, что всполошит округу...

Для дельного разговора, решил Воронцов, нужно выбираться из города. Причем - на восток, так будет короче всего, на пути всего одна опасность - мост. Но достаточно по нему проскочить и выбирай любой проселок, а дальше тихую полянку для мужской беседы по душам.

На ухоженной машине с форсированным двигателем Воронцов успел бы улизнуть. Как поведет себя непредсказуемый агрегат из полицейского гаража, покажет только личное общение.

За долю секунды обмозговав все вероятности, Захар утопил педаль газа в пол, агрегат чихнул, испортил воздух и потрусил к проспекту. Метров через двести разъездился, погнал вполне прилично.

Марат взволнованно ерзал по сиденью:

– Сворачивай на Кирова!
– только что не цепляясь за руль, орал, заглушая рацию.
– Если объявят "Перехват", мост самое узкое место!!

– Не успеют, - сурово сжимая челюсти, упорствовал Захар.
– Заткнись и слушай рацию. Они скоро на другую волну перейдут.

– Да остановись же ты!!! Ненормальный!!!

– Не истери, придурок.

Общаясь в подобной дружелюбной манере, соперники пересекали центр города. Маратка показательно вцеплялся в волосы, кажется, несколько прядок реально повыдирал. Бесновался, пучил глазищи. Воронцов невозмутимо продвигался к цели. Как много раз бывало, накатило ощущение неправильности бытия, нереальности событий. По улицам ходили люди: мамочки везли в колясках малышей, вприпрыжку неслась ватага мальчишек, неутомимые старушки волокли из магазинов полные авоськи... Мир был обычным - бархатный сентябрь, приветливое солнце, улыбчивые люди, голуби на крышах, а не снайперы... Захар Воронцов существовал отдельно от нормального мира. Не пересекаясь. Как рыбка в аквариуме, наблюдал мир, изломленный толщей воды и выгнутым стеклом. Солнечная улица и горожане сами по себе, Захар Воронцов в другой среде, в иной системе, он отрешенный, непричастный наблюдатель. И как бывало раньше, равно присутствовало необъяснимое ощущение чужого, внимательного взгляда, присматривающегося к мечущейся по замкнутому кругу рыбке. Странное ощущение не давало понять, откуда нацелен этот взгляд - снаружи или изнутри? из скрытой сути подопытного человека или приходит извне, как продолжение некоего эксперимента высшего порядка?

Захар до предела увеличил скорость. Его всегда раздражало ощущение исключительной отсеченности, он мечтал выбраться из тихого аквариума, где толща воды искажает нормальную жизнь. Накатывающее состояние стороннего наблюдателя, взгляд на людей "из-за стекла" он ненавидел до судорог души! Сегодня к неприятию внутреннего состояние добавился нервирующий внешний фактор - в "аквариуме" салона жигулей Воронцов путешествовал не один. Подле плавала истеричная зубастая рыбка с дипломом инженера. Уговаривая Захара свернуть в нужный переулок, рыбка попутно рассуждала о делах всеобщих скорбных:

– Кто же сдал? Кто же всех сдал, а?!
– Марат искусал заусенцы на пальцах обеих рук, отвечал сам себе: - Артур. Артур пропал. Не появлялся. Пошел под Кускова? ПРОДАЛСЯ?!?! Вот сука!! Ур-р-р-ою!!!

Захар покосился на местную ошалевшую "пиранью", подумал, а не выключить ли этот истерический фонтан ударом локтя в переносицу?... Все равно лупить придется, так зачем нервы портить, визги слушать?.. Но двинуть не успел, из рации послышался приказ всем полицейским машинам срочно перейти на другую чистоту.