Чтение онлайн

— Она нацепила на шею одно из моих ожерелий, — сухо бросила Норма, — а тут, как назло, другой покупатель нечаянно задел поднос с сережками. Они так и покатились по полу! Я нагнулась, чтобы их подобрать, а когда поднялась, этих двоих уже и след простыл. Это был настоящий кошмар!

— Я бросился за ними в ту же минуту, как Норма подняла крик, — с искаженным досадой лицом вставил Сонни. — И задержал бы их, поверьте, да надо же было мне поскользнуться на этом чертовом льду! Даже не сумел записать номер их машины. Зато зуб я ему все-таки выбил! — Сонни не без гордости продемонстрировал свой внушительный кулак. — И у меня остались шрамы, чтобы это подтвердить!

— Вы выбили ему зуб? — удивленно спросил Киф.

Сони самодовольно ухмыльнулся:

— И не один — так мне кажется!

Киф задумчиво кивнул, а затем повернулся к Норме и спросил:

— Вы не припоминаете, о чем они между собой говорили?

— После того как это произошло, я записала все, что мне удалось запомнить, — ответила Норма. — А все, что записала, выучила наизусть, так что мои записки мне больше не нужны. Они выбирали ожерелье для ее матери. Мужчина еще пошутил, что ему позарез надо подарить теще нечто особенное, потому что они, дескать, редко ее навещают.

— А его жена засмеялась этой шутке?

— Нет. Я тоже не сочла это смешным, сказала ему, что теще надо всегда дарить нечто особенное, и предложила им на выбор одно из наших прекрасных фирменных ожерелий.

— Что еще они говорили?

Норма слегка смутилась:

— Она… эта его жена… сказала кое-что. Если б не вся эта история, я б на такие слова и внимания не обратила. Вам я их передам, потому что очень хочу, чтобы вы их поскорее поймали. А когда поймаете, я просто мечтаю остаться с ними наедине — хоть на минутку, — чтобы высказать им все, что я о них думаю!

— Сначала я! — запротестовал Сонни, снова ударив кулаком в ладонь.

— Так что же она сказала? — спросил Киф.

— Когда они только подошли к прилавку, женщина отметила, что у меня безупречный макияж. Притом добавила, что я наношу его как настоящий профи.

Риган и Джек решили остаться в студии и послушать интервью Шейна Мэгилликадди. Шейн оказался очаровательным старичком весьма преклонных лет с окладистой седой бородой. Стоило ему заговорить о своей бесценной находке, его глаза так и засияли от возбуждения.

— Собираюсь оставить одно из них себе на память, — сказал он Джеку и Риган во время рекламной паузы, демонстрируя кольцо Кладда на своем пальце. — Я чувствую себя одним из тех, кому посчастливилось сорвать банк на закате жизни. Мне давно уже надо было навести порядок в моем подвале. Подумать только, сколько лет я мог бы кормиться этой находкой! И все-таки правильно говорят: лучше поздно, чем никогда. Сейчас я без ложной скромности могу заявить, что в полной мере доволен собой и своей жизнью.

— Кольцо просто бесподобное, — согласилась Риган. — Не сомневаюсь, ваш аукцион обречен на успех.

— Надеюсь, вы тоже придете в нем поучаствовать. Я вас приглашаю. Будет весело, не сомневайтесь.

— Попробуем прийти, — пообещала Риган. — Только, видите ли, на нас сейчас столько дел навалилось!

— Ловите этих двух жуликов, да?

— Пытаемся, — улыбнулся Джек. Они с Риган встали. — Мы дослушаем ваше интервью в машине. У нас был тяжелый день, и нам еще целый час добираться до замка Хеннесси.

Было уже половина двенадцатого, когда они сели в машину. Джек снова включил свой сотовый. Поступило новое сообщение от Кифа.

— Будем надеяться, что на этот раз нас ждет добрая новость, — сказал он, набирая его номер.

Киф сразу же ответил; судя по его тону, он был чем-то сильно взволнован.

— Киф, что там у вас стряслось? — быстро спросил Джек.

— Есть подозрение, что та парочка, которая стянула ожерелье в торговом центре Нануэта, и есть наши неуловимые Джейн и Джон Доу.

Джек внимательно выслушал рассказ напарника, который особенно подчеркнул тот факт, что женщина-воровка сделала комплимент продавщице из ювелирного салона, похвалив ее макияж. Джек сжал трубку так, что пальцы побелели от напряжения:

— Она сделала ей комплимент по поводу макияжа?

— Ну да. И тот парикмахер, Рокко, с которым я разговаривал, сказал, что до последнего момента ее мать проживала в северной части штата Нью-Йорк. Те двое, которые стянули ожерелье, поведали продавщице, что покупают ожерелье в подарок ее маме. Сейчас мы пробиваем всех Хейгеров в штате Нью-Йорк. Если б нам только удалось найти ее мамашу и поговорить с ней, это бы нам здорово помогло. Если Анна и в самом деле наша сорока-воровка, держу пари, ее мать об этом знать ничего не знает и потому выложит все, что ей известно.

— Здорово, Киф, просто здорово! Только что мы принимали участие в ночном эфире кузена Риган Джеральда Рейли в Голуэе. Мы предупредили радиослушателей, чтобы они держали ухо востро, обращая внимание на всех мужчин со странным смехом.

— Не сомневаюсь, вскоре на вас обрушится лавина самых интересных звонков.

— Надеюсь, что хоть один из них принесет нам какую-то пользу. — Джек отключил телефон, повернулся к Риган и слово в слово повторил ей все, что только что рассказал ему Киф.

— Если Анна Хейгер и есть наша Джейн Доу… Нет, ты представляешь? Вдруг у нас появилась еще одна зацепка! Кто знает, может, этого окажется вполне достаточно?

— Дай-то бог, — тихо согласилась Риган.

Ей так хотелось, чтобы именно Джек накрыл этих неуловимых Доу! По дороге из Голуэя она рассеянно смотрела в окно. Надеюсь, они все еще здесь, думала она. Мое ирландское чутье подсказывает мне, что мои догадки верны.

Но если так, где же они прячутся?

В ванной комнате уединенного домика, затерянного в окрестностях Голуэя, Бобби Марстон, он же Джон Доу, чистил зубы, как вдруг временная коронка доктора Шарки выпала и полетела в раковину.