Чтение онлайн

— Я такой приказ не отдавал! — приказал знакомый голос, придавливая гонца коленом к брусчатке и сдирая с него маску, положив ее рядом. Второй охранник принял «преступника», выламывая ему руку. Альберт снял маску и встал во весь рост, тряся правой рукой, по которой все еще бежали разряды тока. Маг выл от боли. Надо запомнить, а то вдруг за руку приспичит здороваться.

Отлично! А я-то думаю, чего он так уперся с этим дипломом! Интересно, а много магов среди инквизиции? Надо будет выяснить! Нет, статью я, конечно, писать не буду, но все же. Просто любопытно.

— Отпустите! — заорал маньяк, пряча расцарапанное Боней лицо и пытаясь дотянуться зубами до браслета. — Я буду жаловаться канцлеру от магии! Это — произвол!

— Щиты! Живо! — заорал Альберт, гася искры в руках. У инквизиторов появились полупрозрачные светящиеся щиты. Боня уже был тут как тут! «Ма-а-ам! Ты меня жвала?». Он метнулся к одному инквизитору, который попытался отбить удар, но дрогнул, чем порадовал Боню. Чудовище попытались сбить с ног волной, но магия Боне была вообще до лампочки. Он очень злился, при виде знакомых плащей и масок. Как ни крути, он поддается дрессировке. Может, палочку приносить и лапу давать он не будет, но если дело касается убийств, то здесь его вкусы вполне сформировались. Его целенаправленно притравливали на инквизицию. Меня тем временем передали кому-то в руки и принялись оттаскивать за границу круга, но я успела ударить «безвестного спасителя» локтем и бросится в самую гущу событий с ложкой наперевес. Меня перехватили на подлете к Боне.

— Пустите! — заорала я, кусаясь и вырываясь, пока меня хватали за руки. — Он вас всех поубивает! Я знаю, как его остановить!

— Разрешаю использовать телепортацию! Освальда сюда, живо! Пусть любуется! Смотрите, чтобы тварь не вышла из круга! — услышала я знакомый голос над ухом, когда впивалась зубами в чужую руку, державшую меня мертвой хваткой. Мои внезапно разжавшиеся зубы сразу же стали на всякий случай прощаться друг с другом. «На первый-второй в последний раз рассчитайсь!» — обреченно вздохнул первый кандидат на удаление и единственный выросший зуб мудрости по совместительству. Остальные заныли.

— Пусти меня! — заорала я, вырываясь. — Я сказала! Пусти! Я знаю, что делать!

Единственное, что смущало Боню, так это гастрономическое разнообразие. «Мммм! Я не знаю, они все такие вкусненькие!» — прокашлялся демон, глядя на то, как Боня метался от одного инквизитора к другому. Инквизиторы сражались достойно, отвлекая Боню от очередной жертвы, давая ей возможность телепортироваться в тыл. С одного инквизитора слетела маска, обнажив молодое, искривленное ненавистью, лицо. Парню было лет двадцать, но он тут же снова надел ее и бросился в бой, прикрывая щитом упавшего товарища. Кто-то из инквизиции пустил странное заклинание в Боню, отвлекшее зверюшку от отползающей жертвы, мгновенно исчезающей с поля боя. Нет, Альберт — не один. Здесь как минимум магов пять.

Главгад лежал на земле, придавленный ногой чьей-то ногой в черном сапоге и закованный в светящиеся наручники. Его маска валялась рядом. Атаки Бони худо — бедно отбивали полупрозрачными щитами, отвлекая его внимание поочередно. Надо отдать должное. Никто из инквизиции не дрогнул.

И тут Боня увидел вдалеке кого? Правильно! Меня! Дорогого и любимого человека! Или он решил припомнить мне все хорошее, или просто приревновал, но этого было достаточно, чтобы со всей прытью ломануться в нашу сторону, откровенно игнорируя попытки сбить его с ног ударной волной. Теперь он был уже не размером с овчарку, а в два раза крупнее. Свирепые желтые, полыхающие огнем ненависти ко всему человечеству глазища, смотрели только на меня. Рука, оттаскивающая меня, закрыла мне глаза. Через секунду мы были в тылу, но Боня заметил, куда мы перенеслись. У него хорошая память и с наблюдательностью проблем нет.

Остальные участники игры «развлеки Боню, пока маги выбирают, какие медальоны наденут», попытались отвлечь его от выбранной жертвы, но чудовище шло напролом, сбивая с ног всех на пути к цели.

И тут я сумела высвободить свою руку с ложкой, которую чуть не уронила, и продемонстрировать ее Боне. Я знаю, что снится этому чудовищу в кошмарных снах.

«Колобок-колобок! Я тебя съем!» — икнул демон, представляя весь абсурд картинки. При виде ложки Боня обомлел и шарахнулся в сторону.

— Смотри, — прокашлялась я, поведя плечом и держа перед собой «орудие пыток». Боня стал пятиться и нервничать. — Видел! Его держали со мной в одной камере! В клетке. Я просто ложкой его… воспитывала, когда он был маленьким! Теперь он ее боится до судорог!

Через пять минут свершился самый страшный Бонин кошмар. Его взяли в кольцо. Первые ряды инквизиции стояли, выставив вперед… простите, я сейчас умру от смеха… ложки. Среди них были и маленькие — чайные, и большие — столовые. При виде огромной ложки в руках одного инквизитора, у Бони вся его короткая, но чертовски насыщенная жизнь, пролетела перед глазами.

Неизвестный науке зверь замер в центре круга, затравленно озираясь по сторонам, как волк при виде красных флажков. Среди инквизиции стали раздаваться смешки и всхлипы.

Грудь, к которой меня прижимала рука, подергивалась. Их нее вырывались приглушенные стоны. Короче, я сделала чей-то вечер!

Я и сама едва сдерживала смех, выставив вперед свою погнутую трофейную ложку. А вот Боне было не смешно.

— Где он? — услышала я недовольный голос Освальда. Делегация магов раздвигала ряды инквизиции. — Что здесь вообще происходит? Пропустите! Что вы мне суете! Опять ваши дурацкие шутки! Себе засунь!

Со стороны картинка была эпической. Боня, при виде Освальда и делегации сильно оживился и обрадовался! Еще бы!

— Это что еще тако… — сурово начал Освальд и тут же увидел Боню. Маги выставили щиты, попытались уничтожить его заклинаниями, но Боня был настроен решительно. Через пять минут тщетных попыток обезвредить чудовище, я услышала знакомый голос. Рука, державшая меня, сжалась.

— Бери ложку, Освальд, и расхлебывай. Почувствуй себя идиотом. Выдать ему самую большую. Ему еще хлебать и хлебать.

Я прыснула, глядя, как инквизиция стала выяснять у кого самая большая ложка. Победитель вручил свою ложку канцлеру от магии.

— Я не понял, — изумленно возмутился Освальд, держа ложку на вытянутой руке и подходя к перепуганному насмерть Боне. — Что это вообще такое?

— Ты у меня спрашиваешь? Такое чувство, будто я его каждое утро выгуливаю на коротком поводке! — раздался голос над ухом. — Это я у тебя спрашивать должен! Хозяин там валяется.

— Джей Камерон! Что все это значит? Что это? — возмутился Освальд, предусмотрительно выставив ложку вперед и глядя в сторону лежащего на земле хозяина.

— Я не знаю. Меня подставили! — уверенно ответил маг, когда его поставили на ноги.