Заклятье Неры
Шрифт:
Ладно. Все проходит. Я отпустила эту историю, вернее перечеркнула страничку и открыла новую - чистую. Переписала только хорошие воспоминания и начала жить дальше.
Кроме любимой работы, на которую с моей беременностью таз опрокинулся, я имела целый ряд ненормальных увлечений. Лошади, собаки, кошки - это все понятно и логично. Кто шагает прямым курсом в ветеринарку, тот так или иначе неровно дышит ко всем мелким и не очень братьям нашим меньшим.
Но я отличалась особой оригинальностью в пристрастиях. Моей слабостью были туристические походы, разного рода слеты, туристические базы в горах, сплавы на байдарках по леденющим рекам, прыжки с парашютом и скалолазание. Самое настоящее экстремальное безобразие. Если бы не рождение Кольки, то я бы и альпинизмом занялась! Так горы меня тянули! Чем выше и страшнее, тем мне приятнее на них глядеть.
Еще в школе это началось. Сначала лагерь спортивно-оздоровительный, где я единственная девочка, сражалась на эстафетах наравне с мальчиками и большинство мальчишек обыгрывала. Как меня хвалили! Приятно чувствовать себя сильной и ловкой! Потом лагеря трудовые - да, да! Пока не развалился наш "Союз нерушимый", были при школах и такие лагеря! У нашей продвинутой в математическом плане школы был трудовой и спортивно-оздоровительный лагерь. Круто - выбирай куда тебя больше тянет- перетягивать канат или прыгать с ветки на ветку в Краснодарском крае! Меня тянуло во все стороны сразу.
Краснодарский Край. Село Красное. Смена первая: клубника и черешня, смена вторая: вишня, смена третья: яблоки. Один год, правда, мы уже прикатили на поезде в Красное, а черешня и клубника не поспели, и мы три недели пололи саженцы не пойми чего.
Я тогда уже начала интересоваться, что растет и что сажают - узнала у нашего бригадира, как оказалось, мы пололи саженцы яблони. Взволновало это меня одну, остальным было проще - главное запомнить, что саженец не сорняк и оставить деревце в земле. Я же уже в мыслях представляла: вот вырастет из саженца большое дерево, и каждый год на нем будут созревать красные яблоки.
Выросло ли в итоге деревце, я не узнаю уже никогда. Видимо выросло, раз яблоки на прилавках в магазине не кончаются ни летом, ни зимой. Но что стало с моим конкретным рядком саженцев, история умалчивает. Выросли, я надеюсь!
В общем, и в частности - я росла любознательным, чересчур впечатлительным ребенком, остро реагирующим на каждую мелочь окружающей меня природы.
Потом мой ботанический интерес перерос на интерес зоологический, потянуло к братьям нашим меньшим. Я начала приносить домой голубей, сбитых машинами воробьев, а мама моя всех их начала пристраивать, в "хорошие руки". Я с мамой обеспечила живностью всю нашу многочисленную сельскую родню! Как они радовались!
Но вот с какого бока все это притянуло ко мне страсть к экстремальному туризму, я не понимала. И мама с папой не понимали - они люди сугубо городские. Дома чистота и порядок, никаких канареек орущих в пять утра, никаких кошечек, никаких пудельков, стриженных шариками. "Природа и ее обитатели должны жить в этой самой природе!" - мамин тезис. Тогда, в стародавние и такие добрые времена, люди жили устоявшимися десятилетиями правилами, лозунгами были украшены все площади и стенды, а тезисы мы некоторые заучивали наизусть на уроках политологии. Хорошее было время! Доброе!
Союз нерушимый приказал нам все, его гражданам, долго и счастливо жить... без него, пришли лихие девяностые, а я окончила школу.
–
С началом интересного положения слеты и туристические походы тоже накрылись медным тазом. Очень громко. Я отправилась в лечебное учреждение на сохранение, а мне на домашний телефон позвонили друзья и пригласили в очередной поход. Мама за меня ответила, что мол, не пойду я в этот раз, и в следующий раз тоже наврятли.
Звонки прекратились, друзья перестали меня беспокоить своими идеями, на работе тоже нерадостная картина, мне предложили самой уйти. Я забрала трудовую книжку с двумя записями - первая: учеба в ВУЗе 5 лет, вторая: работа в клинике пять месяцев, и осела в четырех стенах.
За месяц до родов перебралась в бабушкину квартиру.
Из самых-самых, остались Светка, Лёнька, Станислав и Ольга. Самые верные мои приятели: ребята - по школе, а девчонки их подруги.
Эта бедовая и всегда готовая сорваться с места в поход четверка, меня единственная не забросила на дальнюю полку, звонила родителям, приехала меня из роддома встречать, кричала под окнами всякую чушь и пела веселые стишки. Но самое главное! Они терпеливо ждали пока я оклемаюсь, а Колька дорастет до того момента, когда меня можно будет брать хотя бы за город.
И вот Колька дорос...Первые три мероприятия мы с ним на пару осилили. А вот четвертое, последнее...
Колька еще на подходе к месту сбора как-то расклеился. Погода еще подкачала. Мы уже отмахали 15 км в одну сторону, его успели понести на своих плечах все по очереди. Особенно досталось Лёньке, как самому крупному. На месте сбора Колька всю ночь хныкал и не давал никому спать. Разболелся. Лёнька его понес и назад.
Все закончилось хорошо. Сынулька выздоровел, а я затосковала..., недели через полторы.
Лето в самом разгаре. Народ обязательно сорвется из города на выходные. Мне тоже ох как хочется сорваться с ними! Но встает вопрос ребром, захотят ли ребята нести в случае чего Кольку? Это без балды напряжённо. Есть ведь еще и рюкзак, и всякое барахло, электричка битком забита бабульками и дедульками, и компания других ненормальных рядом, с гитарами и алкоголем. Мой Колька не вписывался в круг моего прежнего общения никак. Я же видела!
Мама работала посменно, папа работал ежедневно, я сидела дома. Детский сад только осенью, да и какой прок от него?! Все походы в выходные дни.
И я сижу, томлюсь от мысли, как Светка протрясет вопрос. Спелеологи. Значит пещеры, значит не карабкаться по скалам, а ползти по расщелинам и спускаться в темные дыры. А там камни и вода, а еще опасность, которая меня как магнитом притягивает.
Не возьмут, созрел ответ и очень скоро. Не возьмут. А значит, скоро сегодня или утром завтра позвонит Светка и откажет.
Я вздохнула. И тут зазвонил телефон...
–
Я вытолкала сонного Кольку из квартиры и захлопнула дверь. Глянула на двери лифта. Мы опаздывали. Лифт стоял где-то на этаже, что ниже нашего 9. Нет, ну так нельзя! Я подошла к двери и пнула ее ногой. Орать не стала - 4 утра. Суббота. Да меня прибьют все, кого я разбужу.