Чтение онлайн

Личка – наш талантливый гений театрального мастерства и искусства убеждений, восседает в центре хлипкой студенческой кровати, а мы с Майкой – «Санчо Панса» сидим по обе стороны от нее.

– Глянь-ка, Поленкина, какие самцы! – облизывая губы, протягивает Лика. Может показаться, что Беккер специалист в любви, но на самом деле это не так. Строгий папа Лики за версту не подпускает молодых людей к дочери. От слова совсем. Представляете, она никогда ни с кем не встречалась! Ни одного свидания, даже тайного. Не понимаю, как она собирается представить Федьку семье? Они же толком не разговаривали друг с другом, так… перебрасывались парой фраз и встречались только в универе.

– Смотри, Варюха, вот этот, по-моему, ничего, – важно поджимает губки Майка. Деловито прищуривается и со знанием дела тычет пальчиком на слащавое фото «самца». Эксперты, блин!

Марк Гром. Двадцать два года, эксклюзивная модель бренда «H&M», студент-заочник, рост сто девяносто сантиметров, вес восемьдесят килограммов… Размер ноги, одежды, длина бедра, ширина плеч… Они там сбрендили, что ли? Ну… красавчик, ничего не скажешь. Боюсь представить, сколько его «услуги» мне обойдутся.

– Варь, звоним или как? – наседает Лика.

– Давай еще посмотрим. Нам нужно минимум два кандидата. А лучше три!

– Зачем, Варюха? – недовольно протягивает Майка. – Нормальный же парень!

– Малинина, а ты не допускаешь мысль, что этот нормальный парень заломит неподъемную цену? У нас должны быть варианты. В конце концов, будем торговаться с кандидатами, брать их на понт.

– Как это? – синхронно протягивают девчонки.

– Скажем, например, Степану Одинцову, – тычу в случайное фото, – что Марк Гром согласился мне помочь за десять тысяч рублей.

– С ума сошла? Один час его работы стоит дороже! – всплескивает ладонью Лика и сразу же осекается, стыдливо поправляя прическу.

– А я скажу, что согласился, – хитро улыбаюсь я. – Давай звони, Беккер. Вот этим двоим.

Пока Лика собирается с духом, Майка ходит из угла в угол, молитвенно сложив на груди руки. Того и гляди, молиться начнет за успех сомнительной операции! А уж в ее странности сомневаться не приходится – мало ли кем окажутся эти парни? Может, они тайные маньяки, отрезающие болтливым девушкам языки?

– Добрый день, Степан. – Пропевает Лика в динамик. – Меня зовут Анжелика Львовна, я преподаватель философии одного из самых престижных университетов нашего города.

Ха, это она про наш лесотехнический? Ну ладно, слушаем дальше. От серьезного, даже напыщенного вида «профессора философии» Беккер мы с Майкой валимся на кровать и зажимаем смеющиеся рты подушками.

Лика взмахивает ладонью, требуя тишины и продолжает:

– Степан, университету требуется помощь самой известной, перспективной мужской модели в городе. Это вы, Степан. Что нужно делать? Выступить на мероприятии. Какие даты? Эм-м-м… Давайте обсудим при встрече. Конечно, не беспокойтесь, о гонораре тоже поговорим. Встречаемся сегодня в торговом центре «Горизонт» на Доваторцев, в фуд-корте на шестом этаже. В чем я буду одета? – глаза Лички испуганно бегают по сторонам. – Это неважно, Степан. Я работник кафедры и одежда… для меня не имеет значения.

Ну все, мы с Майкой ржем в голос, словно городские сумасшедшие. Лупим друг друга подушками, пока Личка прощается с «перспективной моделью».

– Хватит ржать, дурехи! Варька, подъем! – приказывает она. – Ну-ка покрутись.

Я выполняю ее просьбу, демонстрируя дешевые джинсы и свитер крупной вязки. Что поделать, я не модель, а простая девчонка. Пишу за балбесов рефераты, подрабатываю по выходным официанткой в баре.

– Нужно тебя приодеть, Поленкина, чтобы у Степана челюсть отвисла. – Прикусив губу, резюмирует Лика. Майка согласно кивает, сканируя меня взглядом.

– И парикмахерская не помешает. И маникюр! – взвизгивает Малинина. – И каблуки! Ты такая мелкая, Варюха, а эти модели наверняка привыкли видеть рядом с собой высоких красоток!

– Девочки, а давайте попросим экспертное мнение со стороны? – оживляется Лика. – Какая одежда сводит парней с ума? Вы же понимаете, что глубокое декольте и короткая юбка ассоциируется с низкой социальной ответственностью? Заодно я с Федей повидаюсь… – Лика мечтательно закатывает глаза. – Ну чего ты, Варька? Звони давай своему дружку, пусть едет с нами тебя наряжать.

Я медленно тянусь к телефону и набираю номер Федора. После парочки длинных гудков в динамике звучит его глубокий бархатный тембр:

– Варя, привет.

– Ты мне очень нужен, Федечка. Вернее, твое мужское мнение. Экспертное. – Сдуваюсь от стыда, как шарик.

– Чего? Ты не заболела, Поленкина? Что вы там задумали? – выпаливает Федька. Вот же зануда, в своем репертуаре!

– Расскажу все при личной встрече. Жду тебя через час в «Горизонте».

– Только ради тебя, Варюха. Пока.

Варя.

– На свидание намылилась? – прищуривается маникюрша, похожая на бочонок с медом. Старательно пилит ногти, битый час пытаясь меня разговорить. Можно подумать, маникюр делают исключительно перед свиданием. Какие-то варварские стереотипы, ей-богу!

– Нет, почему сразу свидание? – кисло протягиваю я и поджимаю губки, словно речь идет о чем-то оскорбительном или преступном.

– Ну и ладно, – бодро соглашается она. – Какой цвет гель-лака?

Малиновый, какой же еще? Майка проявила недюжинную способность к убеждению и записала меня в салон возле торгового центра. Наплела там что-то про «безвыходную ситуацию» и «вопрос жизни и смерти». Неудивительно, что маникюрша Виолетта вместе со всем коллективом сгорают от любопытства.

– Красный… Или ярко-розовый. – Важно произношу я как раз в тот момент, когда Майка вихрем вваливается в салон. Растрепанная, розовощекая, с длинным шарфом, неопрятно свисающим до самого пола.

– Поленкина, мы там тако-ое платье присмотрели с Ликой! Там не только у Степана, у всех особей мужского пола челюсть отвиснет. Ты скоро? – подруга переводит взгляд с меня на маникюршу. – И когда уже Федор приедет, а то там Беккер изнывает от тоски?