Чтение онлайн

Ему пришлось повторить несколько раз для того, чтобы Мериам услышала. Зато, услышав, она быстрее потока магических частиц вылетела из кабинета, заперлась в комнате и согласилась выйти только тогда, когда госпожа Нора трижды заверила через дверь, что документы на отчисление Крегс не подписал, а добавленные штрафные баллы уничтожил.

Тревеус Шардаш задумчиво смотрел на корешки книг. Прежняя его устраивала - нерадивые студенты тоже могут сослужить добрую службу. Однако в связи с недавними событиями приходилось всё менять.

Выбор профессора пал на тоненькую методическую брошюру. Взяв карандаш, он открыл книжонку на первой странице и углубился в исследование. Удовлетворившись результатом, Шардаш засунул брошюру в карман и подумал о том, что неплохо бы провести ревизию рабочего стола: слишком много хлама скопилось. Часть его профессор намеревался уничтожить, часть использовать для собственных нужд, часть раздать. Заодно и проверит, все ли штрафные баллы начислены верно.

– Вот вы где, Тревеус! А я вас повсюду ищу.

Селениум Крегс затворил дверь преподавательской библиотеки и скользнул взглядом по столам. В уголке приютилась молоденькая учительница риторики: хорошо поставленный голос не последнее дело для мага. Её присутствие внесло коррективы в разговор: директор планировал застать Шардаша одного. Но отступать Крегс не собирался.

– К вашим услугам, - откликнулся профессор.
– Вероятно, речь о списке на отчисление. Знаю, фамилий много, но успеваемость не ахти. Увы, это главная проблема Школы.

– У вас, полагаю, такого не было, - закинул удочку в прошлое директор.

– Не было, - подтвердил Шардаш.
– Дисциплина - бог учения. Слабые духом магами не становятся.

Крегс подумал, что такой принцип обучения приличествует ордену, а не обычному гражданскому заведению, но промолчал. В конце концов, к делу это не относится.

– У меня к вам деликатный разговор, - покусывая губы, начал директор, косясь на учительницу риторики. Может, попросить её выйти?
– Он касается адептки Ики.

– Пролила море слёз и умоляла простить? Но правила едины для всех. Мне тоже жаль адептку, однако... Согласитесь, я мог бы придать огласке дело с проклятием, но не стал. Вполне достаточно, по-моему.

– Вопрос об отчислении адептки решён отрицательно, - огорошил Крегс и наконец-то принял решение.
– Элоиз, оставьте нас, пожалуйста, одних.

Учительница, до этого усердно делавшая вид, что не подслушивает, разочаровано сложила губы в форме буквы 'о', собрала тетради и медленно удалилась. Директор предполагал, что ушла она недалеко, прижалась ухом к двери, и вернулся, чтобы поставить 'антиглаз' и 'антислух'. Шардаш равнодушно наблюдал за его действиями, предполагая, что Крегс попросит снять штрафные баллы с провинившейся ученицы, но директор удивил. Начал с того, что с минуту сверлил профессора глазами и в упор спросил:

– Почему вы оставили высокую должность?

– Мне кажется, или этот вопрос мы давно прояснили, - занял глухую оборону Шардаш.
– Желаете, наведите повторные справки.

'Темнит!' - мысленно вздохнул Крегс, но тут же напомнил себе, что пришёл не ради прошлого, а настоящего. Многие волшебники из-за неудач в личной жизни отправлялись странствовать - наверное, Тревеус Шардаш поступил так же.

– Адептка Ики, - напомнил Шардаш. Он нервничал, но старался не подавать виду. С чего вдруг директор разворошил прошлое? Или мерзавец не сдержал слова и всё рассказал. Тогда Шардаш сегодня же убьёт его.

– Да-да, адептка Ики, - эхом повторил Крегс и провёл рукой по лбу, утирая несуществующую испарину. Никогда ещё разговор не казался ему таким сложным, но плодить сомнения дальше - построить стену недоверия.
– Она рассказала преинтересную вещь. О вас, профессор.

– И что же приходит в столь юные головы?
– вскинул бровь Шардаш.

– Не любовные томления, - предупредил колкое замечание собеседника директор, хрустнул пальцами и закончил: - Она обвинила вас в преступлении.

Голова профессора дёрнулась. Пристально наблюдавший за ним Крегс заметил и нахмурился. Неужели в своё время просмотрел неблагонадёжного человека? И Школе это не на пользу - такой скандал!

– Каком же?

Шардаш старался оставаться невозмутимым, сдерживая порывы проверить, не торчит из кармана методичка. Безусловно, ничего противозаконного в ней нет, но в таком состоянии всё кажется пропитанным опасностью. Давненько Шардаш не чувствовал себя в роли зверя, уже успел забыть, каково оно. Надлежало проявить осторожность и аккуратно выведать, что именно известно директору.

– Контрабанде запрещённых растений.

Шардаш рассмеялся:

– И вы поверили? Право, директор, вы меня удивляете! И что же и кому же я якобы продаю? Оружие?

– Тавиоку, - Крегс извлёк травинку и продемонстрировал Шардашу.

Тот прищурился и присвистнул:

– Даже не сушёная! Одного такого стебелька хватит, чтобы отправить нас к праотцам. Ну да, логично: учитель ядологии тайно продаёт ингредиенты. Оправдываться не собираюсь, просто вот вам ключ от моей комнаты - обыскивайте.

Профессор взмахнул рукой, и на его ладони возникла медная пластина с рунами - преподавательский состав предпочитал нечто более надёжное, нежели обычная железка. Шардаш протянул её директору и ушёл, без труда завеяв заклинания на двери.

– Ты идиотка?!
– шипела Инесса. Она одновременно жевала и беседовала с Мериам.

– А что я могла?
– оправдывалась адептка, уныло ковыряясь вилкой в тарелке.
– Меня бы исключили, я защищалась.

Кусок тушёного картофеля шмякнулся на стол, заставив и без того взвинченную Мериам занервничать ещё больше. Она торопливо вытерла скатерть и стрельнула глазами по сторонам: видел ли кто?