Чтение онлайн

В настоящем — они стояли вдвоем у черного камня, под лучами восходящего солнца.

В будущем — перед ними в разных направлениях простиралось множество дорог. Если бы Мерлин захотел, он мог бы направить Нимью к тому будущему, которое казалось ему единственно правильным. Но он не стал этого делать. Выбор был за ней.

— Мое заветное желание — добиться совершенного мастерства в Искусстве, — медленно проговорила Нимью. — Я могу приобрести это мастерство, лишь заполучив звезду, но для этого я должна принести в жертву мое заветное желание. Интересная загадка.

— Постой здесь и подумай об этом, — сказал Мерлин. Он отошел от камня, центрального в круге. Этот круг из камней он построил почти двадцать лет тому назад. Трудней всего было создать этот черный камень, хотя он был небольшим и плоским, не похожим на стоящие в круге гранитные монолиты. Он нашел этот камень в глубинах земли, камень был дымящимся и текучим, как вода. Это он, Мерлин, придал камню его теперешние очертания. — А меня призывает завтрак, и я хотел бы ответить на призыв.

Нимью улыбнулась и, скрестив ноги, села на камень. Она смотрела вслед удалявшемуся Мерлину. Когда он шагнул из круга камней, его окружал мерцающий воздух, вокруг головы и рук, извиваясь, заплясали яркие столбы света. Свет потонул в волосах Мерлина, и волосы стали такими белыми, что он показался ей совсем глубоким старцем. Нимью знала, что он воспользовался магией. Возраст ассоциировался с мудростью, и Мерлин находил полезным являться миру старым и немощным. Нимью подумала, что она, вероятно, делала бы то же самое, если бы получила силу и власть. Старуха всегда более убедительна, чем девушка.

Нимью очень хотелось стать взрослой женщиной. У нее были четкие планы, касающиеся этого шага. И Мерлин был частью этого плана, хотя еще не знал об этом. Нимью не нужен деревенский парень или один из рыцарей Артура. Единственным мужчиной, которого Нимью хотела видеть в своей постели, был Мерлин. За последние годы находилось много желающих повлиять на ее выбор и преодолеть ее нерешительность. Она превращала этих наглецов в лягушек, и некоторые из них до сих пор прыгали среди камышей на озере, квакая и грея на солнышке свои бородавчатые спины. Нимью удивляло, что они так долго живут. Большинство мужчин умирало после таких превращений. Иногда она жалела выживших и кормила их мухами, но никогда не позволяла дотронуться до себя. Никому. Ни лягушкам, ни мужчинам.

Нимью вернулась от мыслей о незадачливых кавалерах к загадке, предложенной Мерлином. Как же возможно обрести силу, потеряв заветное желание?

Она почесала затылок и улеглась на камень, подставляя солнцу ладони, ловя его лучи. Солнце было источником энергии, которой она умела пользоваться, даже не владея очень сильной магией. Особенно ей это удавалось при ясном небе. Нимью могла получать силу и от многих других источников — от земли, от бегущих потоков, даже от дыхания животных и людей.

«А что потерял Мерлин? — с интересом подумала Нимью. — Что было его заветным желанием?»

Он должен был так же, как и она, хотеть власти и силы. Он получил это и, насколько она видела, не лишился ничего. Он был самым выдающимся чародеем эпохи. Советником и создателем королей. Не было знания, каким он не обладал бы, не было заклинания, которого он не знал.

«Возможно, ему и нечего было терять», — подумала Нимью.

Заветное желание, которое могло бы осуществиться, но не осуществилось, не было потерей. Видеть будущее — не то, что жить им. Возможно, она должна увидеть свое заветное желание в сердечном огне и понять, что оно никогда не исполнится. Насколько же тогда велика потеря?

Ничто не могло сравниться с возбуждением, которое дает магия.

— Сегодня ночью, — прошептала она и свернулась на черном камне, как кошка, которая отдыхает, готовясь к очередной проделке. — Этой ночью и навсегда.

Мерлин не спал, когда она пришла в его комнату. Он лежал на кровати с открытыми глазами, они светились в тонком луче лунного света, падающем из окна башни. Нимью чуть замешкалась у двери, внезапно засмущавшись и испугавшись. Она решила прийти обнаженной, но так, чтобы ее длинные черные волосы были и покрывалом, и приглашением. Ей понадобилось много времени, но сейчас они держались, благодаря магии и заколкам.

— Мерлин, — прошептала она.

Мерлин не отвечал. Нимью вплыла в комнату. Ее кожа, казалось, сияла внутренним светом, а улыбка обещала большое наслаждение. Любой мужчина вскочил бы и тут же отнес бы ее в постель. Но не Мерлин.

— Мерлин, я пойду к черному камню перед рассветом. Но я пойду как женщина, познавшая мужчину. Как твоя женщина.

— Нет, — прошептал Мерлин. Он не шелохнулся, он лежал неподвижно, будто известняк, врезавшийся в траву холма. — В деревне много мужчин. Сегодня к Артуру приехали два рыцаря. Оба — хорошие, молодые и неженатые.

Нимью покачала головой и шагнула вперед. Когда она встала на колени у кровати, ее прическа распалась, магия истончилась, и заколки не смогли удержать массу черных волос.

— Я хочу тебя, — яростно сказала Нимью. — Тебя! И никого другого. Ты тоже хочешь меня! Я знаю это так же хорошо, как знаю десять тысяч названий зверей и птиц, которым ты меня научил.

— Я хочу, — прошептал Мерлин. — Но я — твой учитель, и понимаю, что мы не должны быть вместе, мы не равны ни по годам, ни по силам. Возвращайся к себе.

Нимью окаменела. Затем она поднялась, топнула ногой, вихрем кинулась прочь, и вслед ей заплясали свет и тени. У двери она оглянулась, и сквозь темноту комнаты сверкнула ее улыбка.

— Завтра я буду сама себе хозяйка, и ты не будешь властен надо мной, — сказала Нимью. — Я поймаю свою звезду, и мы сможем стать мужем и женой.

Мерлин не пошевельнулся и ничего не ответил. Нимью ушла, и в комнате наступила тишина. Луч лунного света медленно прокрался по лицу Мерлина, а темнота сокрыла слезы, которые струились из его ясных синих глаз. Из глаз молодого человека, из глаз, не затуманенных ни возрастом, ни чарами.