Чтение онлайн

— Да, программист Олсен?

— Программист Олсен! — прогремел глуховатый голос Селестена. — Вы назначаетесь ассистентом в рабочую группу физика Корна и планетолога Растелли. Немедленно отправляйтесь с группой в Замок, вы и так уже всех задержали.

Нортон усмехнулся в очередной раз. Нет, Стен просто неисправим.

— Что-то срочное, Марк?

Компьютерщик пожал плечами, косясь на грозного начальника экспедиции.

— Да, в общем… наверное, нет. Я и сам еще не уверен… Я еще раз перепроверю сеть, и, если вдруг подтвердится… хотя чепуха. Не берите в голову, командир Нортон. — Он развернулся на пятках, бросился прочь и скрылся за корпусом корабля.

— Даже не поел как следует, — с материнской укоризной сказал Олег.

Селестен Брюни прищурился вслед удаляющимся катерам. Александр только сейчас заметил, что лысина биолога сплошь усеяна бисером пота; прям-таки хотелось промакнуть ее носог вым платком. А ведь, пожалуй, толстый Кертис где-то прав: надо переходить на более легкую форму одежды. Интересно, припасена ли таковая на складах «Атланта»? Возможно; даже скорее всего. Те, кто устанавливал на корабле Самодостаточную навигационную систему, наверняка предусмотрели абсолютно все.

И эту планету тоже?.. И Замок спящей красавицы?., и людей со стержневой или мочковатой корневой системой? Разумеется, нет; не впадай в крайности, граничащие с маразмом.

Но проблема, с которой подходил к тебе Марк Олсен, до сих пор не покидавший борта, явно касается «Атланта» и ничего кроме. Уж ее-то они не могли не предусмотреть. Так что волноваться нечего.

— Навигатор Нортон, — вклинился в раздумья голос Селестена, — поторопитесь. Вопрос с питанием на месте надо решить сегодня, иначе эти обеденные посиделки войдут в привычку и перетянут на себя половину рабочего времени. Берите Караджани и летите. Связист Ланский, помогите навигатору Нортону загрузить катер.

— Слушаюсь, коман… — Олег молодцевато вскинул подбородок и вдруг беззвучно, по-кошачьи чихнул в рыжие усы.

— Будьте здоровы, — машинально, по-человечески отозвался Стен.

И Александр, отвечая на приказ произнес синхронно с Олегом:

— Слушаюсь, командир Брюни.

Он снизился и повел катер на сверхмалой высоте, едва не задевая за верхушки деревьев. Парк был огромен и дик; пожалуй, правильнее было бы назвать его лесом. Ветерок прогонял по буйной кучерявой зелени легкие волны, похожие на морскую рябь. Смотреть вниз было так спокойно и мягко; почему-то вспомнилось, как давным-давно по вечерам Лиза клала на его воспаленные глаза примочки из крепкого чая…

Но организовывать стоянку в этой глуши, разумеется, нет никакого смысла. Александр с сожалением выполнил разворот над зеленым морем и полетел к опушке, то бишь краю парка. Нужно подобрать что-то вроде поляны, где бы мог опуститься катер и где хотя бы в радиусе пары десятков метров не было бы спящих. Понятно, поближе к месту, где ведутся основные работы… хотя последнее — величина в высшей степени непостоянная. И стоит поторопиться: солнце уже низко, а собирать мобильную кухню придется одному.

Габриэла Караджани Нортон перед вылетом не нашел — правда, положа руку на сердце, не очень-то и искал. Пару раз окинул взглядом лагерь, между прочий спросил у Олега, не видел ли тот неоантропсихофизиолога. Можно было разумеется, просто набрать код передатчика Караджани, но этого Александр делать уже не стал. Допустим, не было времени…

И вообще ученый высокого ранга и уникальной специальности, волевым — самолурским — решением начальника экспедиции низведенный до роли помощника интенданта, — не самая приятная компания для полета над спокойными темно-зелеными волнами.

Далеко впереди поднималась — стена; Нортон прибавил высоты. Парк оборвался резкой неровной линией, дальше пестрели серые, охристые и красно-коричневые лоскутья крыш. Александр немного покружил над ними. В узенькой щели улицы копошились две фигурки: он узнал физика Корна и планетолога Растелли. Программиста Олсена видно не было. Ученые собирали какую-то установку, сверху похожую на стрекозу с растопыренными крыльями. Тень от катера упала на ее серебристые перепонки, но ни Йожеф, ни Джино не подняли голов.

Вернувшись к парку, Александр только сейчас заметил, что его территория с этой стороны окружена высокой чугунной решеткой — черный штрихпунктир, просвечивающий сквозь зелень. Придется вырезать в ней проход, и не один. Вот тебе и первое посягательство на архитектуру древнего памятника иной цивилизации… А если эта ограда — и не ограда вовсе, а, скажем, передатчик сигналов в космос, нацеленный в небо пиками антенн? Он усмехнулся. Идейка, достойная мальчишеской фантазии Феликса Ли.

В поисках подходящей площадки пришлось улететь довольно далеко от места, где работали Растелли и Корн. Что ж, будем надеяться, что вторая группа ученых расположилась где-нибудь поближе. Уже приземляясь, Александр вдруг увидел прямо под собой муравейник — и меньше чем в полутора метрах над землей резко бросил катер в сторону. Едва не врезался в дерево и шумно перевел дыхание. С мягкой посадкой, навигатор Нортон!

Муравейник оказался высоким, чуть ли не по пояс. Насекомые деловито текли вверх и вниз непрерывными ручейками, покачивая, как на волнах, щепки и сухие травинки. Муравьи? Или биолог Брюни, описав этот вид, назовет его как-нибудь по-другому? Например, букашками Нортона. Имеешь право — ты их первооткрыватель и спаситель…

Надо бы осмотреть местность вокруг на предмет спящих. Если кто-нибудь укоренился по соседству, это вряд ли поднимет команде аппетит. А вообще, наверное, самое подходящее место для такого вот сна — парк. Лежишь ничком в траве, и густая крона защищает тебя от дождя, а корни твои свободно переплетаются с корнями дерева… Он передернул плечами. Нет, в самом деле. У тех; кто спит на улицах, корни порой извиваются немыслимым образом, чтобы проникнуть в щели между камнями брусчатки. А в помещениях, особенно на верхних этажах? Сегодня утром Нортон видел девушку, один-единственный корень которой, вырастая из мизинца, тонюсенькой лозой спускался с балкона — там было метров семь-восемь, не меньше. А если кто-нибудь — да хотя бы те же муравьи — оборвут, перегрызут эту тоненькую нить? Что будет тогда со спящей девушкой?

Неизвестно. Мы еще ничего не знаем о них: ни об их физиологии, ни об истории, ни о возможном разуме. Не знаем даже, патология или норма их растительный сон.

Скоро узнаем?..

Внезапно он уловил в кустах перед собой движение. Не шорох, не шелест листьев и не треск ветвей — но уверенность, что там кто-то есть, свалилась на голову, словно кирпич: в его реальности сомневаться не станешь.

Александр помедлил. Если тут есть муравьи, то могут водиться и звери покрупнее. Медведи, например. А почему бы и нет, в диком, как джунгли, бывшем парке? Правда, в десятке метров отсюда решетка, дома и улицы… тоже дикие и, по сути, безлюдные уже очень много лет.